Как отличить человека с дурным глазом и почему нельзя убивать змею, заползшую в дом

Опубликовано: 13 Мая 2018 г. Автор: Перевод Гульсум КУНЕЛЕКОВОЙ | г. Алматы
Как отличить человека с дурным глазом и почему нельзя убивать змею, заползшую в дом
ЭК
просмотров 2173

У казахского народа есть немало примет и суеверий. Многие из них взяты не с потолка, а из жизни. Внимательный, наблюдательный казах из прошлого оставил в народной памяти целые легенды, посвященные тем или иным верованиям. Специалисты Центрального музея РК предоставили «ЭК» целую подборку таких фактов из архива древней Степи.

Вилы (шанышқылар)

КП 1614.jpg

Согласно древней традиции, запрещалось обращать острые концы вил в сторону неба, также, как и оставлять это орудие труда на дороге. Во-первых, чтобы избежать ранения людей и животных. А во-вторых, нельзя было направлять любые острые предметы вверх, так как считалось, что там живет Создатель. В противном случае предполагалось, что таким образом человек идет против Тенгри.

Выливать белое (Ақ құйып шығару)

Согласно поверьям, нельзя было убивать змею, заползшую в дом. Предписывалось полить на ее голову чем-то белым, к примеру, айраном или молоком, как бы угостив ее.

«На улице змею убивают, но если увидели ее в доме, то это хороший знак, так как в ее образе мог явиться ангел-хранитель», – говорится в трудах известного этнографа-тюрколога Абубакира Диваева.

Белые, в том числе молочные, продукты – это доброе намерение, светлое пожелание, символ добра. Поэтому лить на голову змеи белое – значит, желать всего хорошего этому ангелу. Также этот обряд являлся как бы ответом добра на зло. Казахи считали, что за счет святого белого у врага пропадали злые намерения.

И на стереотипное выражение у казахов: «Даже вошедшей в дом змее наливают белое», – которое они бросают в ответ на ситуацию, когда выходят из чьего-то дома несолоно хлебавши, нужно иметь в виду этнокультурный смысл этого обычая.

Выливание белого А.И. Бортников.png

Лучевая кость (кәрі жілік)

Казахи, кладя в казан мясо, приговаривая «бисмилля», начинали с лучевой кости, так как она считалась священной, держала на себе все мясо. Эту кость не рубят и не кладут на поднос сватам. Эта кость не для гостей или чужих, наоборот, для своих, поэтому ее клали на поднос для людей из своего аула, так как лучевая кость смиволизировала часть семьи, родни. Считалось, что если кость положить гостям, то вместе с ней к ним уходило и благополучие дома. Если же по невнимательности лучевая кость все же попадала на стол гостям, то те незаметно пытались унести ее с собой – значит, к ним в руки само шло богатство.

Эту кость также не давали подрастающим юным девушкам, чтобы они не засиживались в невестах. Так же, как и холостым джигитам, чтобы те не оставались одинокими.

По народным поверьям, чтобы домашний скот был цел, его не трогали воры, и чтобы он был спасен от разных плохих событий, через обглоданную дома лучевую кость продевали нитку и подвешивали на курыке – шесте с аpканом для ловли пасущихся лошадей.

кари жилик.jpg

Также по старинной традиции, чтобы детей обходили болезни ушей, лучевую кость вместе с камнем, имеющим несколько отверстий, вешали над порогом. Такой камень называли «бұлақтас». Так что если у ребенка начинало болеть ухо и из него лилась жикость, бабушки немедленно давали поручение повесить над пороком булактас. С ним вместе также подвешивали зуб волка или коготь орла. Казахи верили, что эти атрибуты охраняют дом от злых духов.

Лучевую кость также вешали на луку седла, чтобы она оберегала лошадь и верховую сбрую. В некоторых регионах эту кость носили на шее как оберег от сглаза. А у бурятов и туркменов, к примеру, ее отдавали чужим. Эти народы также считали лучевую кость оберегом. Но у них ее название ассоциируется со словами «чужой». «посторонний», и эту кость также старались носить на теле.

В культуре западных казахов было принято носить вместе с лучевой костью кусок или амулет из дерева дагдан. В научной литературе оно известно как каменное дерево или каркас кавказский.

Дагдан

Необычное свойство древесины этого довольно невысокого, не более 4–5 метров, дерева – чрезвычайная крепость и устойчивость перед гниением – давно было замечено человеком. Поэтому дагдан, наряду с арчой (можжевельником), использовался в качестве несущих балок при строительстве домов, а также при изготовлении некоторых хозяйственных предметов длительного пользования: например, деревянной основы верблюжьего седла (хатап), ткацкого берда (гылыч), ручек для вращения каменного жернова и т. д. Но наибольшую известность среди поделок из дагдана с давних времен получили амулеты от сглаза, известные под тем же названием, что и дерево, из которого изготовляются. Беленькие, привлекающие взгляд, и, подобно бронежилету, нейтрализующие «вредоносность» недоброго глаза, тумары из дагдана по прошествии лет и десятилетий желтеют, а далее коричневеют.

О дагдане, как защитном амулете, на юге Туркменистана распространен следующий сюжет. Некий джадыгой (колдун) решил продемонстрировать свою магическую силу и, увидев приближающегося верблюда, сосредоточил на нем свой взгляд, уверив окружающих, что верблюд от его взгляда должен упасть. Однако верблюд лишь споткнулся, но не упал. Колдун очень удивился этому, но потом выяснилось, что деревянная основа седла на верблюде была сделана из дагдана. От взгляда джадыгоя на ней образовалась трещина, но животное не пострадало.

дерево дагдан02.jpg

Дагданы-амулеты имеют самые различные формы: тыквочек, колесиков, грибов, гребней, символических бараньих рогов (гочак), мундштуков и т. п. Поверху по ним в качестве украшения вырезаются примитивные узоры, которыые в последние 20–30 лет иногда и раскрашиваются. Женщины носят их на груди, детям и некоторым старикам они пришиваются к тюбетейке.

Над входом в жилье или на воротах в качестве амулета можно встретить и просто кусок дагдана. За использование в магических целях дагдан в народной традиции получил название священного дерева (кераматлы агаш), хотя некоторые из собеседников относили его к разряду «нечистых деревьев» (харам агаш), что вполне объяснимо в связи со спецификой использования дагана против «дурного», «нечистого» глаза.

Казахи Западного Казахстана делали из дагдана четырехугольный тумар, на который наносили рисунки диких зверей, орла и прикрепляли к передней части головного убора ребенка или вешали на шею молодой невестки, чтобы амулет свисал ниже груди. Считалось, что таким образом дагдан охраняет ребенка от сглаза и различных болезней, а только пришедшей в дом невестке давал возможность родить многочисленное потомство.

Одна из разновидностей такого тумара, который вешали над порогом вместе с лучевой костью, – это вышлифованный из дерева дагдан колокольчик. Эта традиция сохранилась в культуре Западного Казахстана и сейчас.

дерево дагдан.jpg

Сглаз (көз тию / көз-сұқ тию)

Согласно традиционным народным верованиям, если на маленького ребенка, красивую девушку, хорошего человека, быстрого коня, корову, дающую много молока, и других, посмотрит человек с холодным взглядом, пристальным взглядом или с сильным удивлением, завистью, недовольством, те могут заболеть.

Признаки сглаза: человека болезнь буквально сбивает с ног, он теряет сознание, может даже умереть на следующий день. Как гласит легенда, если посмотреть на тело ребенка или девушки, которых сглазили, то можно увидеть на них черные, буквально проженные недобрым взглядом пятна. Также быстрый конь, которого коснулся сглаз, вдруг падает на ходу, а у лошади, коровы или верблюдицы в таком случае пропадает молоко. Если кто-то сглазил огород, то он перестает давать урожай, листья растений высыхают.

В народе такую болезнь называют по-разному: көз тию, көз өту, сұқ тию, сұқ көзге ұшырау. А глазливого человека наделяют такими прозвищами, как назаркерде (назаркерден, назаркерді), назары аш, көзі жаман, көзінің сұғы бар. Причем, встречаются такие люди как среди мужчин, так и женщин. Если они приходят в дом, то из поля их зрения уводили маленьких детей.

Раньше даже могли отличить, кто именно сглазил ребенка, – мужчина или женщина – по тому, как малыш ходил в туалет и другим болезненным признакам. Так, если тельце у ребенка холодело, он часто справлял малую нужду и не сидел на руках, то, значит, его сглазил мужчина. Если же у малыша поднималась температура, ухудшался аппетит, начинался истошный плач, он не хотел брать грудь, то его сглазила женщина.

Глазливых в древней Степи также отличали по следующим признакам: внутри их глаза или рядом с ним есть родимое пятно. Их взгляд эмоциональный, пронзительный, холодный. Глаза обычно черные. У человека же, который наносит сглаз словом, на языке, или возле губ, на щеках, на лице есть родинки, говорится в народных поверьях. Также на самом языке, который может быть очень маленьким, могут быть пятнышки.

КП 132.JPG

Для наведения порчи на домашних животных даже использовали известных глазливых людей. Вот что говорится по этому поводу в одной народной легенде.

Жил раньше хан Жайык. И была у него дочь-красавица по имени Шынгырлау. Когда она подросла, стала заметна ее красота. И было много охочих до такой красавицы. Хан объявил во всеуслышание, что готов отдать дочь замуж за человека из народа, мастера на все руки, творческого, победившего не в одной борьбе, не в одной байге. Много собралось желающих. Через какое-то время к ним присоединился молодой джигит на буланом коне. Всех победил он в борьбе. Хан стал смотреть на отличившегося джигита с ревностью. На следующий день рано утром, перед началом байги, завистники решили посмотреть на коня этого молодца. А он держал его внутри юрты. Дождавшись, когда джигит выйдет из нее, несколько парней вошли внутрь. А там светлым светло, все сияет! Сильно удивились они. Впереди и с двух сторон буланого коня стояло по ведру воды. Из переднего ведра он пил, а в ведра по бокам опускал охлаждать свои крылья. Поняли джигиты, что с таким конем состязаться в байге бесполезно, и задумали недоброе. Из соседнего аула они привели глазливую старуху и показали ей коня. И вот началась байга.

Красавица Шынгырлау очень ждала, что первым придет победивший всех джигит на буланом коне. Однако не сбылись ее мечты: на середине пути упал его конь замертво.

Пришлось вернуться в аул потерявшему коня и надежду на ханскую дочку джигиту. По дороге он поставил голову любимого погибшего коня на вершину горы. А Шынгырлау, полюбившая этого джигита, от горя утопилась в речке. Лишившийся единственной дочки хан наплакал целую реку слез. Она увеличилась и позже превратилась в речку Жайык. Гора, на вершине которой джигит поставил голову коня, назвали Торыатбас, а река, в которой утопилась красавица, – Шынгырлау.

 

Источник: Энциклопедия «Қазақтың этнографиялық категориялар, ұғымдар мен атауларының дәстүрлі жүйесі».

Последние новости Казахстана и мира читайте на нашем Telegram-канале