просмотров 1921

Казахстанские аграрии и пчеловоды не могут найти общий язык

Опубликовано: 01 Марта 2019 Автор: Илья МИЛЛЕР | Семей
Казахстанские аграрии и пчеловоды не могут найти общий язык
©ЭК/Илья МИЛЛЕР

По запросу «сокращение популяции пчел» в Интернете можно найти добрый десяток ссылок, причем одна страшнее другой. В числе возможных последствий якобы наметившейся тенденции обывателей пугают и тем, что мор пчел может повлечь за собой гибель всего человечества... Однако «медовая житница» нашей республики – Восточный Казахстан – пока испытывает совсем другие проблемы.

Отечественные пчеловоды воспринимают информацию о «вымирании» пчел скептически, поскольку нередко она противоречит здравому смыслу.

Однажды в Сети написали, что в Словакии, территория которой в пять раз меньше Восточно-Казахстанской области, единовременно погибло более миллиона пчелосемей, – говорит председатель общества пчеловодов города Семея Павел Сердюк. – Даже если предположить, что в небольшой Словакии наберется столько пчелосемей, то необходимо учитывать, что в каждой такой семье насчитывается по меньшей мере 20 тысяч насекомых. То есть тельца мертвых пчел должны были покрыть эту страну толстым слоем. Однако этого не произошло. Тогда вопрос: где все эти пчелы?

Во Всемирной паутине можно найти и разоблачающие статьи по поводу информации о массовой гибели пчел. Дескать, слухи запускают намеренно, чтобы выбить финансирование на разработку препаратов против внезапно охватившего этих насекомых недуга. При этом пасечники признают, что проблем на их век хватит и без этого. Одна из них – бесконтрольное применение аграриями химикатов, которые приводят к снижению пчелиного иммунитета.

Ослабленный иммунитет провоцирует вспышки заболеваний, которые внутри популяции распространяются стремительно: через поилки или те же самые цветы, – поясняет Сердюк. – Вот это самая настоящая и большая проблема. Изображение 034.jpg

По словам пчеловода, минимум, что обязаны делать крестьяне, это под роспись предупреждать пасечников о проведении химической обработки полей. Увы, на деле этого не происходит.

Все чаще нам приходится слышать: что хочу, то и делаю, – вздыхает председатель общества пчеловодов. – В прежние времена химобработку проводили хотя бы в вечернее или ночное время. Сейчас же льют прямо днем. Для нас это плохо еще и потому, что пчелы сразу слетаются на влагу.

При этом пасечник с 40-летним стажем не знает прецедентов, когда дело доходило до суда и кто-нибудь добивался компенсации ущерба из-за потравленных пчел.

Для того чтобы судиться, нужно предоставить неопровержимые доказательства. А доказать, что была проведена обработка, непросто. Если ты просто соберешь погибших пчел и принесешь их в ветлабораторию, то у тебя их не возьмут, потому что забор должен делать специалист. А их не хватает, – продолжает Павел Геннадьевич. – Другой вопрос – смогут эксперты провести соответствующие анализы или нет.

Стоит ли говорить, что такое положение дел негативно отражается как на количестве, так и на качестве меда – главной продукции пчеловодства. А это в свою очередь сказывается и на объемах экспорта в целом. Сегодня потенциальные покупатели предъявляют к качеству продукта строгие требования, которые наш мед рискует не выдержать.

Зарубежные лаборатории могут выявить не только следы препаратов, применявшихся для лечения пчел, но и химикатов с полей, – приводит пример Сердюк. – Именно поэтому страны, экспортирующие мед, сегодня отказываются от использования химии либо снижают объемы ее применения. У нас же ситуация обстоит иначе.

По мнению пчеловода, проблему можно решить только на государственном уровне.

Последние новости Казахстана и мира читайте на нашем Telegram-канале