просмотров 2127

Есть полицейские, которые сочиняют легенды и сами же в них верят

Опубликовано: 01 Апреля 2021 Автор: Галина ВЫБОРНОВА | Тараз
Есть полицейские, которые сочиняют легенды и сами же в них верят
Сотрудники Миграционной полиции сразу откликнулись на просьбу Александра помочь с восстановлением документов / © Ольга ЩУКИНА

Человека чуть было не отправили на тот свет. Но уголовное дело было заведено только после вмешательства генерала полиции.

Нет, в нашей полиции ничего не меняется: как «марафетили» дела в 90-е и нулевые, так и сейчас рисуют лубочные картинки безмятежной жизни граждан. Ну разве только кто-то… кое-где… порой… честно жить не хочет. А в целом все хорошо, прекрасная маркиза!

Объясняю для непосвященных: «замарафетить дело» на полицейском сленге означает так все ловко отобразить в документах, убрать лишнее и приукрасить, что от преступления ничего не останется, будто его и не было. История Александра Воронова – тому пример.

К корреспонденту «ЭК» обратилась жительница Тараза Лидия Красильникова и рассказала вопиющую историю:

Мне позвонила незнакомая женщина. Голос взволнованный: «Знаете ли вы Александра Воронова?». «Он мой двоюродный брат, – отвечаю. – А в чем дело?». «Ваш брат сейчас в больнице в тяжелом состоянии, его сильно избили». Я бросила все и помчалась в больницу. Александр – сын моей покойной тети. На какое-то время он пропал из виду. Так, значит, вон оно что с ним приключилось… Меня провели к нему в палату, и я просто обомлела: брат лежал на больничной койке с перебинтованной головой, весь в трубочках, худющий. Не мог ни двигаться, ни есть самостоятельно, ни разговаривать. Заведующий отделением нейрохирургии Бахытжан Досжанов объяснил, что Александр был доставлен в больницу с тяжелой травмой головы, практически без сознания. Ему сделали трепанацию черепа, после этого он провел две недели в коме. И вот только сейчас его перевели в палату. Доктор сказал: удивительно, как он вообще выжил. Я подошла поближе: «Саша, ты меня узнаешь?». Прочитала по губам: «Да». «Тебя избили?». Он едва заметно кивнул. И по лицу его потекли слезы…

Лидии разрешили навещать брата. Она готовила для него перекрученную на блендере еду, кормила с ложечки. Мужчина потихоньку приходил в себя, к нему возвращалась память. И он рассказал, что избил его знакомый – Александр Ч. Еще раньше этот Ч. вывез из дома его имущество: стиральную машину, телевизор, холодильник.

2.jpg Насколько мне известно, когда в больницу попадает человек с травмами, доктора в обязательном порядке информируют полицию, – продолжает свой рассказ Лидия. – Я была уверена, что уголовное дело уже заведено, и решила поинтересоваться ходом следствия. Обратилась в ОП-2 управления полиции города Тараза. Оказалось, что им ничего не известно об этом случае! Мне предложили написать заявление и объяснение, что я и сделала, указав фамилию драчуна и место, где его искать. Каково же было мое удивление, когда на следующий день мне приходит на телефон эсэмэска: «По вашему обращению от 14.03.2021 года принято решение: оставлено без рассмотрения». Я просто глазам своим не поверила: как же это получается? Человека избили, покалечили, и за это никакого наказания? И формулировка-то какая: «оставлено без рассмотрения». То есть, даже не рассматривая заявление, отказали в расследовании дела. А в каких же тогда случаях расследуются дела? Когда уже обнаруживается труп на месте преступления?

Вопросы к следствию Лидии Красильниковой, на мой взгляд, совершенно обоснованные, я решила довести до сведения начальника департамента полиции Жамбылской области Жаната Сулейменова. Позвонила, обрисовала ситуацию и задала уже свой вопрос: не усматриваете ли вы в столь странном отношении сотрудников ОП-2 к заявлениям потерпевших укрытие преступления?

Как дети вернулись в семью, из которой были изъяты
читайте далее

Реакция генерала не заставила себя ждать – через пару часов Лидии поступил звонок от начальника ОП-2 Бейбита Налекова, который радостно сообщил, что «по вашему заявлению возбуждено уголовное дело и уже завтра сотрудники выедут в больницу, чтобы опросить потерпевшего».

Ну а мне позвонил заместитель начальника управления криминальной полиции департамента полиции Ардак Мадимаров и стал объяснять, почему так получилось, что в ОП-2 вовремя не возбудили дело. Ситуация, со слов полковника, вырисовывалась такая: некие фельдшеры, которых опросили полицейские, уверили их, что поступивший в больницу Воронов не имел никаких телесных повреждений. Его и брать-то в больницу не хотели, но парень слезно просил: дескать, положите меня, а то мне податься некуда. В общем, уговорил докторов, оставили они его в стационаре. И не ошиблись: у него вдруг бац ­– и черепно-мозговая травма! Больного сразу на операционный стол.

Как говаривал начальник одесского угрозыска Давид Гоцман: «Картина маслом!». Одно непонятно: откуда вдруг черепно-мозговая травма? Медики, что ли, ее причинили?

Версия про «не было телесных повреждений» в оправдание своего бездействия, видимо, так понравилась стражам порядка, что на следующий день в больнице они попытались «втюхать» ее Лидии.

3.jpg К Александру в палату зашли трое полицейских, – говорит женщина. – Один из них все время писал, а другой пытался убедить меня в том, что мой брат пришел в больницу своими ногами и совершенно здоровым, правда, в алкогольном опьянении. «Зачем тогда ему было делать трепанацию черепа?» – спросила я у этого баечника. «Не знаю, – пожал плечами. – Может, он обо что-то ударился…». В общем, нес какую-то ахинею. Тогда как я доподлинно знаю, где и когда был избит мой брат. Об этом рассказала Сашина соседка, именно она обнаружила его лежащим без сознания, вызвала «скорую» и полицию. Но у меня такое ощущение, что сотрудники ОП-2 не хотят знать эту неудобную для них правду. Тот, который все писал, по имени Азамат, дал мне свой телефон. Но сколько бы я не пыталась по нему дозвониться, чтобы сообщить какие-то новые детали, о которых говорил Александр, номер так ни разу и не ответил.

Чтобы не оставалось уже никаких сомнений по части возникновения черепно-мозговой травмы, я связалась с заместителем главного врача городской многопрофильной больницы Тараза и попросила вспомнить, в каком состоянии поступил в больницу Александр Воронов.

А что вспоминать, у нас все зафиксировано, – пояснил замглавврача Сакен Жумашев. – Больной был доставлен «скорой помощью» 15 февраля в 12.30. Почти без сознания. В палате интенсивной терапии, куда мы его поместили после первичного осмотра, ему стало хуже. Компьютерная томография показала наличие субдуральной гематомы лобно-височно-теменно-затылочной доли правого полушария. В 13.50 нейрохирурги начали делать ему операцию. Окончательный диагноз: закрытая черепно-мозговая травма, ушиб головного мозга тяжелой степени, острая субдуральная гематома, ну и сопутствующие заболевания. Операция и лечение, конечно, были непростыми, из комы больной вышел только на 16-й день. Я скажу так: этому парню крупно повезло, что на пути его встретились наши нейрохирурги…

Что еще добавить к этой истории? Наверное, немного позитива, чтобы не показалось так печально все, что связано с ОП-2 УП Тараза. В этом отделе есть достойные, добросовестные сотрудники, как, например, ответственный за организацию деятельности опорного пункта полиции Жанболат Капарбеков.

О чем бы его ни попросили в связи с данной ситуацией, когда предстояло после больницы заселять Александра в дом, ограждать от прежних знакомцев, наводить какие-то справки, всегда этот майор выражал готовность помочь. Как он говорил, «в любое время суток», – делится Лидия. – И реально содействовал, а то и просто ободрял добрым словом. Я таких участливых, сердечных полицейских никогда не встречала, низкий ему поклон.

Благодарна женщина и сотрудникам миграционной полиции, в тот же день откликнувшимся на ее просьбу восстановить уничтоженное преступником удостоверение личности Александра.

В общем, мир не без добрых полицейских. И это внушает оптимизм!

Последние новости Казахстана и мира читайте на нашем Telegram-канале