просмотров 2906

На фоне острого кризиса в США Вашингтон предлагает странам Центральной Азии неожиданный проект

Опубликовано: 15 Января 2021 Автор: Ярослав РАЗУМОВ | Алматы
На фоне острого кризиса в США Вашингтон предлагает странам Центральной Азии неожиданный проект
kazakh-tv.kz

Недавно стало известно, что США, Казахстан и Узбекистан запускают новый проект – Центральноазиатское инвестиционное партнерство. Американская финансовая корпорация международного развития DFC, МФЦ «Астана» и Министерство инвестиций и внешней торговли Узбекистана намерены за пять лет привлечь не менее 1 млрд долларов в проекты частного бизнеса. Инвестпартнерство – достаточно редкий формат взаимодействия на постсоветском пространстве. Как и в каких сферах оно может работать в этом случае?

Домнин zonakz.net.jpg

– Пока в публичном доступе нет документов, регламентирующих правовые аспекты этого проекта. Можно лишь предполагать, как будет выглядеть этот случай многостороннего сотрудничества, – говорит экономический обозреватель Сергей Домнин. – По-видимому, в данном случае под партнерством понимается инициатива, в рамках которой представители трех сторон договариваются о совместных вложениях в проекты на территории Казахстана и Узбекистана, но без образования юридического лица в виде фонда. Инвестировать в таком формате можно в любые секторы экономики. И не нести высокие административные издержки на содержание штата, аудит и так далее. Так можно добиваться максимальной гибкости в подборе участников и структурировании проекта.

Объектом инвестиций, судя по тексту совместного заявления, станут инфраструктурные проекты. Поскольку корпорация DFC в инвестиционной деятельности сфокусирована на поддержке бедных сообществ и сокращении уровня гендерного неравенства, а также учитывая специализацию региона, эксперт считает, что в приоритете будут проекты в сфере сельского хозяйства и женского предпринимательства. Возможно, туризм. В портфеле DFC в Казахстане уже есть четыре проекта общей суммой 21 млн долларов: деньги выделялись как раз на поддержку женского предпринимательства, а также на микрофинансирование сельхозсектора и туризма. В Узбекистане DFC поддержала туристический проект на 800 тысяч долларов.

Сумма в 1 млрд долларов на пять лет в масштабе двух стран представляется довольно скромной. Из чего возникает предположение, что проект более политический, чем экономический. Сергей Домнин видит этот аспект истории так:

Проект должен служить реализации формата C5+1, который США предложили Центральной Азии в 2015 году. Однако с тех пор американская сторона, от которой традиционно ждут поддержки инвестициями, не предложила никакого специального механизма в этом формате. Инициатива инвестиционного партнерства в регионе, по-видимому, призвана заполнить этот вакуум. В отличие от Китая и России государственные институты развития США не оперируют в регионе крупными средствами и не идут в мегапроекты, которые, помимо прочего, чреваты коррупционными рисками. Но, как показывает пример DFC, они стремятся к точечным инвестициям, соответствующим целям сокращения неравенства и бедности. Тактика не самая плохая, прежде всего в политическом измерении.
Логистическая сфера может оказаться в числе самых пострадавших отраслей экономикичитать подробнее

Какими могут быть источники этих средств? Одной из сторон выступит DFC, а страны могут представлять как частные инвесторы, так и государственные институты развития, инвестфонды с государственным участием, микрофинансовые организации, частные фонды и банки второго уровня. Сергей Домнин отмечает, что инициатива инвестпартнерства прозвучала на хорошем фоне казахстанско-узбекского экономического взаимодействия: с 2016 по 2019 год товарооборот между двумя республиками вырос на 82% – с 1,5 млрд до 2,7 млрд долларов. Это связано с открытием новых ниш в торговле после снятия части ограничений. Позитивные подвижки, подчеркивает эксперт, связаны прежде всего с отходом узбекской стороны от жесткого протекционизма, упразднением серии нетарифных барьеров, таких как акцизы и повышение ставки НДС на импорт в отношении некоторых товаров.

– Однако барьеров в торговле пока достаточно, поэтому в ближайшее время основная задача правительств стран в сфере двустороннего сотрудничества – снятие этих препятствий. Это обязательно даст всплеск трансграничных проектов межотраслевой кооперации, – говорит Сергей Домнин.

Но почему этот проект возник сейчас, когда, казалось бы, американцам сосем не до внешнеполитической активности? Может, это часть политики по противодействию Китаю в нашем регионе? Политолог Рустам Бурнашев считает, что китайский фактор, конечно, тоже присутствует. А в том, что инициатива появилась в разгар внутриполитического конфликта в США, ничего особенного нет: смена администрации в Вашингтоне не ведет к серьезным внешнеполитическим изменениям, это инерционный, бюрократический процесс, и столкновения Байдена и Трампа никак не влияют на внешнюю политику.

Бурнашве acca.media.jpg

– В заявлении о создании партнерства четко указывается, что это – помощь в связи с пандемией, – отмечает Рустам Бурнашев. – Экономическое давление от нее на страны региона приходится в первую очередь на малый и средний бизнес. Я в этом вижу попытку возврата к началу 1990-х годов, когда наши западные партнеры пытались оказывать поддержку странам региона через развитие бизнес-процессов, например микрокредитования. Зачем это американцам? Поскольку США – глобальный игрок, то они заинтересованы в стабильной ситуации, особенно в таких периферийных зонах, как наш регион, чтобы им потом сюда не приходить и не решать серьезные проблемы.

Может ли проект расшириться на другие страны региона? До сих пор такого в истории постсоветской Центральной Азии не случалось, хотя говорилось о региональном сотрудничестве постоянно. Политолог считает, что идея именно в этом, иначе непонятно, зачем запускать проект на такой платформе, как С5+1. Более того, исходя из сегодняшней американской политики и политики Узбекистана можно предполагать, что к этому проекту будет привлекаться еще и Афганистан. Но пока прогнозировать что-то конкретное сложно: соглашение предельно аморфно. Рустам Бурнашев даже не исключает, что в итоге сработает традиционная для США схема – «обещать, но не платить»:

То есть запускается какой-то политически обусловленный процесс, а реальных вливаний там может оказаться один пшик. А потом все забудется. Подобное случалось.

Но если инвестпартнерство все же заработает, то в каких сферах между Казахстаном и Узбекистаном оно может развиваться? Эксперт называет три возможных направления: приграничная мелиорация, совместные предприятия по производству строительных материалов и решение вопроса экспорта зерна из Казахстана в Узбекистан. Известно, что Ташкент хочет продолжать получать его, а Нур-Султан предпочел бы поставлять соседям муку. Решить это противоречие можно через создание консорциумов и совместных предприятий.

Последние новости Казахстана и мира читайте на нашем Telegram-канале