просмотров 1078

Казахстанские зрители оценили российскую военную драму «Крик тишины»

Опубликовано: 08 Февраля 2019 Автор: Ирина ГАЛУШКО | Санкт-Петербург
Казахстанские зрители оценили российскую военную драму «Крик тишины»
Кадр из фильма «Крик тишины»

Казахстанские зрители оценили российскую военную драму «Крик тишины», премьера которой была приурочена к 75-летию полного освобождения Ленинграда от фашистской блокады. Кинолента рассказывает о самоотверженности, мужестве и всепобеждающей любви. А еще она о подвиге, на который способен человек независимо от возраста и обстоятельств.

Сценарий картины создан по повести ленинградской писательницы Тамары Цинберг «Седьмая симфония». О блокаде она знала не понаслышке. Потеряв в 1942 году мужа и оставшись в блокадном городе с матерью и маленьким сыном, Тамара Сергеевна стала одним из бойцов местного сопротивления. В 1964 году Цинберг написала историю о двух детях-сиротах, которые были вынуждены бороться за выживание в осажденном городе. Именно их глазами в повести показаны тяжелейшие испытания, выпавшие на долю ленинградцев.

Эту историю решил экранизировать продюсер Александр Литвинов, пригласивший для реализации творческого замысла сценариста Александра Бородянского и кинорежиссера Владимира Потапова. В центре сюжета – девочка Катя, которая, потеряв родителей, сумела не только выжить, но и спасти от голодной смерти случайно оказавшегося у нее на руках мальчика Митю, брошенного собственной матерью. В поисках маленьких актеров, которые могли бы исполнить главные роли, кастинг-директор Ирина Кикимиди обошла десятки школ, детских садов и театральных студий Санкт-Петербурга.

Для нас было очень важно, чтобы дети, особенно девочка, исполняющая роль Кати, были, что называется, из того времени, – рассказывает кастинг-директор. – Мы отсмотрели десятки ребят. Четырехлетнего Леву Гиршова, исполнившего роль Мити, мы нашли в одной из театральных студий. 10-летняя Алина Саргина, сыгравшая Катю, пришла на кастинг вместе с младшим братом. Увидев, как она общается с мальчиком, я решила обязательно показать ее режиссеру и продюсерам. А еще меня поразили глаза Алины. Просто удивительные. Она мне напомнила игуменью в монастыре Святого Иоанна Кронштадтского. Читая текст на пробах без всякой подготовки, она настолько прониклась к персонажам, что расплакалась. И даже у нашего режиссера Владимира Потапова на глаза навернулись слезы. В итоге девочка единодушно была утверждена на главную роль и прекрасно с ней справилась.

– Трудно было из-за холода, – рассказывает о съемках Алина. – Я постоянно мерзла, силы уменьшались, и было тяжело играть. Больше всего понравились моменты, где мы с Митей и Вороновым едим суп. Было очень вкусно. Мы съедали по две тарелки.

Большой удачей создатели картины считают и участие в ней актрисы Людмилы Егоровой, ребенком пережившей блокаду.

Я одного года с нашим Митей – 1939-го, – говорит Людмила Ивановна. – К началу блокады мне было два года. Мама работала хирургической медсестрой и с началом войны записалась на фронт добровольцем. Отец же всю войну занимался восстановлением разрушенных мостов. Я и две мои старшие сестры остались на руках у бабушки и деда. Дед во время блокады умер, а мы все выжили. То, что бабушке удалось нас сберечь и самой не погибнуть, иначе как чудом не назовешь. Я мало что помню из того тяжелого времени, но одна картина отпечаталась в памяти на всю жизнь. Мы тогда жили неподалеку от Пискаревского кладбища. Я хорошо помню, как возле нашего дома остановилась грузовая машина, груженная телами умерших ленинградцев. К счастью, детьми мы не осознавали всего ужаса происходящего и разглядывали машину и мертвых людей больше из любопытства…

– Моя идея состояла в том, чтобы придумать под документальную хронику монтажный ряд, – рассказывает режиссер Владимир Потапов. – Я отсмотрел около трех с половиной часов сделанной в блокаду хроники, нашел в ней наиболее кинематографические кадры и придумал для них сцены с главными героями и другими персонажами картины. Некоторые сцены из сценария я заменил на хроникальные. На мой взгляд, мы ничего при этом не потеряли. Как раз наоборот – эффект присутствия получился еще более сильным. Есть известный кадр блокадной хроники, когда по набережной идет обессиленный от голода человек. В фильме мне захотелось его спасти. В критический момент рядом с ним оказывается герой ленты Алексей Воронов, который удерживает мужчину от падения и затем передает в руки подбежавшей дочери. В этой сцене зритель сначала видит реального персонажа документальной хроники, а через считанные секунды играющий его актер вместе с другими персонажами меняют ход исторических событий…

Последние новости Казахстана и мира читайте на нашем Telegram-канале