просмотров 647

Диана Арбенина рассказала, как у нее снесло крышу в Караганде

Опубликовано: 11 Февраля 2020 Автор: Ольга ХРАБРЫХ | Москва
Диана Арбенина рассказала, как у нее снесло крышу в Караганде
sobesednik.ru

В Москве прошла презентация книги «Редкая птица», посвященной жизни солистки группы «Ночные снайперы» Дианы Арбениной. Автор издания – журналист и писатель Михаил Марголис, известный своими книгами о рок-музыкантах. Со многими из них, в том числе с Дианой, он дружит долгие годы. 

 На страницах книги Марголис рассказывает о начале творческого пути Дианы и ее личной жизни. Он касается даже таких деликатных тем, как пристрастие Арбениной к запрещенным препаратам. Сама же артистка рассказала журналистам о влиянии родителей на ее жизнь, об источниках вдохновения и таинственной встрече с белыми жеребцами в казахстанских степях.

– Однажды мы ехали в автобусе по казахстанским степям, и я попросила водителя остановиться. Вдруг вижу зеленую остановку, а там стоят белые лошади. Откуда они пришли туда, я не знаю, – вспоминает артистка. – Еще один случай связан с Карагандой. Это единственный город, где у нас сорвались концерты. Мы отстроились, а я, как обычно, пошла поспать перед концертом. Просыпаюсь, ко мне заходит девушка-администратор и говорит: «Диана, концерта не будет, у нас крышу снесло». Я открываю шторы и вижу клубы песка, которым занесло сцену из-за сильного ветра. Во второй раз в этом городе тоже что-то случилось. И только недавно нам удалось успешно отыграть концерт в Караганде.

– Диана, автором вашей биографии является Михаил Марголис. Но ведь вы и сами пишете книги.

– Отыграв спектакль Константина Хабенского «Поколение Маугли», я хочу улететь с детьми и наконец отдать лето прозе. Я действительно пишу рассказы, эссе. Для меня это такое удовольствие, просто наслаждение. Это беллетристика, а ни в коем случае не автобиография. Я не в том возрасте, чтобы писать о самой себе. У меня так много сил внутри, но до сих пор кажется, что я ничего не сделала. Мои рассказы всегда появляются из ниоткуда и имеют четкую фабулу. Для меня стихотворения и проза дороги не меньше, чем песня. Просто уже невозможно скрываться за количеством концертов и гастролей. Пришла пора либо сделать это, либо нет.

– Являются ли ваши песни социально значимыми?

– Какие темы звучат в моих песнях? Только любовь. Я никогда не писала никаких социальных текстов, поскольку очень не люблю конъюнктуру и не верю ей. Когда я родила детей, меня спрашивали: «Ну что, будешь теперь писать детские песни?». На что я отвечала: «Упаси господи». Вероятно, социальность присутствует в моих песнях опосредованно и исключительно потому, что мне не все равно. Я вообще человек неравнодушный. Когда люди маленькие, им не все равно, а потом они вырастают и им становится все равно. И мое «любимое» слово, которое мы постоянно вымарывали из книги «Редкая птица»: «Им все пофиг». Сейчас безумное количество равнодушных людей, и мне это претит. Потому что я в свои 45 лет до сих пор осталась тем самым ребенком, которому всегда не все равно. И возможно, это сквозит в моих песнях. Я не пишу их так, что послюнявила карандаш и сейчас что-нибудь вам сбацаю. Например, у меня есть песня про Кандагар, которую я написала в 2009 году для одноименного фильма. Меня тогда так пробило, что я думала, что не выношу детей. В тот момент я была беременна. Я просто убивалась тогда. Вот так происходит постоянно, и до сих пор ничего не изменилось. Когда я смотрю эту книгу, мне становится так трепетно и сентиментально, что я могу даже заплакать. Но не для вас, а потому что меня это трогает. Потому что единственный смысл в жизни каждого человека – быть неравнодушным, ведь мы не водоросли и не овощи.

– В книге затрагиваются и очень личные мотивы…

– В книге есть эпизоды, где рассказывается, как я проходилась по всему запрещенному. Тогда мы работали с японцами. И вот на одной из пресс-конференций я сижу и даже не могу поднять микрофон, поскольку с перепоя у меня трясутся руки. Помню, один из журналистов говорит: «Поднимите микрофон». Я же отвечаю: «Ой, да как же мне все эти вопросы надоели». И тут кто-то задает вопрос: «Диана, а что делать с Курилами?». Я выдаю: «Да отдайте уже ваши Курилы». А на следующий день вышли материалы с громкими заголовками… Моя пресс-атташе была в шоке, так что     аккуратнее с формулировками.

2.jpeg

Вообще, говорить об этом периоде мне больно и стыдно. Но я делаю это, потому что я туда не хочу. Ведь я пережила такое количество эксцессов, когда невозможно взять в руки микрофон, подойти к зеркалу. У меня непростая судьба. Я не человек-глянец. У меня было действительно такое количество заскоков, но чем я могу похвастать сейчас? Тем, что я вам и самой себе нравлюсь. Никто не может быть застрахован от того, что попадет под влияние алкоголя и наркотиков. И это ужасно. Однажды из-за этого был отменен концерт в Питере, а на следующий день мне прислали фото, на котором люди клали на сцену цветы. Я не вижу смысла лепить из себя прекрасную правильную артистку. У меня в жизни было много интересных моментов, например рождение детей. Я вообще очень боюсь за них, они такие клевые.

– Вы сказали, что раньше не нравились себе. А как себя полюбить?

– Работать над собой, понимать, что ты еще ничего не сделал. Когда о тебе пишет книгу Михаил Марголис, понятно, что корона от этого появиться не может. Звезды на небе, а мы просто люди. Я сейчас отвечаю на ваши вопросы, а может быть, потом будет наоборот. Самое главное – это каждый день двигаться вперед. Не надо строить планов Барбаросса, просто нужно понимать, что если сегодня ты сделал меньше, чем вчера, то день прошел впустую.

Книга «Гарри Поттер и философский камень» переведена на казахский язык
читайте далее

– У вас непростой характер. В школе вас не считали «белой вороной»?

– Там я старалась не выделяться, считала, что мне нужно быть такой, как все. Меня очень любили одноклассники, поскольку я не была ботаном. Я не перетягивала на себя одеяло, но какие-то выходки у меня были.

– Кого можете назвать своими кумирами?

– Я была во втором классе, и у меня появился тятя, которого я никогда не называла отчимом. У меня совершенно удивительный второй отец. Он хирург, тогда как папа – журналист. Мои родители воспитали меня, и это мои самые главные учителя и друзья, и одновременно оппоненты.

Однажды, когда мы были на гастролях в Чите, мне организовали встречу с монахом. Я помню, как передо мной возник громадного вида человек и попросил вытянуть мою руку. А потом спросил: «Чья это рука?». Я удивленно ответила: «Моя». А он сказал: «Это рука твоих мамы и папы». Мы все – продолжение своих родителей.

Что же касается музыки, то я всегда слушала БГ, Цоя, ACDC, итальянскую эстраду. Также я любила песню «По ниточке, по ниточке». А композиция Михаила Боярского «Все пройдет» вообще была нашим семейным гимном.

– В спорте человеком движет девиз «Быстрее, выше, сильнее!». А в музыке?   

– Я всегда была человеком спонтанным. У меня никогда не было никаких таких целей, чтобы я проснулась и сказала: «Я хочу собрать «Олимпийский». Но мне важно сделать все максимально сейчас, именно в этот день. Не строить далеко идущие планы, а сделать в данный отрезок времени. Я постоянно думаю о том, что моя лучшая работа еще впереди. И понимаю, что если не сделаю хорошо сейчас, то не достигну никаких мифических рекордов.

Последние новости Казахстана и мира читайте на нашем Telegram-канале