От чумы не зарекаются: маленький вирус против большого мира

Опубликовано: 16 Марта 2020 Автор: Ярослав РАЗУМОВ | Алматы
просмотров 3295

Как пандемия коронавируса может повлиять на мировую экономику и Казахстан в частности? Об этом «ЭК» рассказывает китаист, доктор исторических наук Алексей Маслов.

– Китай в борьбе с эпидемией показал свою эффективность, а остальной мир просел. Почему?

– Три фактора. Во-первых, сыграла свою роль очень жесткая централизованная система управления. Во-вторых, Китай традиционно проводил политику патернализма, и при Си Цзиньпине это усилилось: государство заявляет, что заботится о народе, и действительно это делает. Снижает налоги, улучшает систему социальной поддержки, но при этом требует от народа исполнения определенных моральных и этических обязательств. Такой социальный договор. В Китае так было всегда, а сейчас просто сработало, когда власть и народ объединились перед общей бедой. В-третьих, самый главный фактор – колоссальная финансовая подушка, которая позволила Китаю на два месяца фактически остановить производство. Мощь, создававшаяся все предыдущие десятилетия. Сам не зная того, Китай готовился к этому испытанию почти все последние 40 лет.

1.jpg

– На днях сенсационно выстрелили обвинения Китая в адрес США, что вирус пришел от них. Это часть пропагандистской войны?

– Это просто китайский ответ на американские обвинения: США утверждали, что Пекин скрывает масштабы проблемы. Китайские заявления сейчас звучат абсолютно в таком же тоне. Но здесь важно, что Китай внезапно и очень позитивно для себя изменил дипломатическую тональность. Обычно она была серой, «застегнутой» и неинтересной. А это заявление вызвало шок у мировых СМИ, показало, что Китай начинает реагировать иначе.

Не думаю, что обвинения в адрес американцев подкреплены хоть какими-то реальными доказательствами. Но вопрос в другом. Обратите внимание: и США, и Китай ищут друг в друге виновников трагедии. Это крайне плохая ситуация, потому что в реальности коронавирус должен был объединить мировых лидеров. Но оказалось, что разобщение между странами настолько велико, что договориться они не могут даже в такой ситуации. Вот это настоящая трагедия.

– И как быть в такой ситуации Казахстану? С нашей экономической привязкой к рынку Китая и в то же время политической привязкой к Западу. Не обострятся ли наши проблемы?

– Наиболее болезненна сейчас ситуация как раз для стран, которые не являются маленькими или отсталыми, но при этом и не относятся к числу мировых лидеров. Почему? В последние годы некоторые из них пытались максимально нарастить свою экономику и при этом очень активно себя пиарили. И на таком фоне реакция на любую катастрофу – техногенную или вирусную – от такой страны ожидается как от страны-лидера: быстрые действия, жесткие и эффективные решения, успешные медицинские и социальные меры. Если этого нет, то страна может быстро потерять свой позитивный имидж. Вот Китай, несмотря на масштаб трагедии, его только нарастил.

– В Китае проблема распространения эпидемии уже закрыта окончательно?

– Первая фаза – да. В Пекине сейчас опасаются возврата инфекции, если кто-то привезет ее из-за рубежа. Вторая волна либо начнется в ближайшие две-три недели и продлится до лета, либо не начнется вообще. Но в целом Китай проблему решил. Сейчас мы видим то, что совсем недавно было трудно предположить: оказалось, что Китай на фоне пандемии коронавируса оказался островком стабильности во всем мире! Сейчас он восстановит логистику и инфраструктуру, заметно нарастит имидж. Китай прошел стресс-тест. Не факт, что он полностью восстановится к концу года, потери экономики велики, но восстановление начнется довольно быстро.

– Как может идти восстановление экономики вне Китая?

– Надо понять, что вообще произошло. Нужно четко осознать: никакой прямой корреляции между масштабами заболевания и масштабами падения экономики нет. Но никогда за всю историю такого рода эпидемия не освещалась в СМИ в подобных масштабах. И никогда не было таких объемов вброса слухов в информационное пространство. Естественно, это показывает, что тут есть определенные интересанты. Кто они? В этом абсолютно не заинтересован Китай. Не очень заинтересованы США – американская экономика сейчас тоже проседает, и это прямо перед президентскими выборами… Заинтересованы могут быть некоторые транснациональные корпорации – их интерес заключается в том, что накопился целый ряд мировых проблем, решение которых зависит не от отдельно взятых стран. Речь в первую очередь о том, что за последние десятилетия серьезно раздулись фондовые рынки. Все больше денег уходило на них из реального производства. И это абсолютно нездоровое состояние мировой экономики.

– Но эту проблему активно обсуждали во время кризиса 2008 года, в ней и видели его причины…

– Абсолютно точно. И действительно, можно предположить, что попытка обнулить фондовые рынки тогда и была сделана, но не удалось. А особенностью следующего кризиса в 2014 году стало то, что на фондовые рынки пошло все больше и больше денег. Но вот теперь ситуация меняется, мировая экономика будет пытаться прийти к реальному сектору. Выигрывать будет тот, кто больше производит реальных продуктов. Например, качественных продуктов питания, предметов ежедневного потребления – посмотрите, чего стало больше всего не хватать в мире? Как смешно ни звучит, туалетной бумаги. Границы закрываются, и оказалось, что многие страны не могут себя обеспечить даже стратегическими товарами. Не исключаю, что в ближайшее время будут вскрываться стратегические военные запасы. Это, кстати, касается и Китая, где сельское хозяйство находится в кризисном состоянии – там оно в отличие от промышленности в последнее время не развивалось.

И вот, говоря о восстановлении экономики, мы должны понимать, что будет не столько восстанавливаться ее объем, сколько происходить ее реструктуризация. И это, на мой взгляд, сделано абсолютно намеренно. Не хочу поддерживать теории заговоров, но мы видим феномен, который смущает и который пока никто не объяснил: разницу между масштабами заболевания и масштабами падения экономики. Вот это и есть ключевой момент всей этой истории.

– Что может принести реструктуризация мировой экономики таким странам, как Казахстан?

– Хороший шанс выйти со своей продукцией на внешние рынки. Особенно с агропродукцией, дешевыми товарами массового промышленного производства вроде текстиля. Или простыми промышленными товарами, например, малой сельскохозяйственной механизации. А вот продукция люксового спроса, которую в последние годы очень много выпускали США, Европа и тот же Китай, будет под давлением. Вряд ли в ближайшее время будет большой спрос на дорогие автомобили и товары сегмента лакшери. Европа будет восстанавливаться очень медленно.

5.jpg

– Предположим, что в Казахстане началась подобная реструктуризация национальной экономики. Но будет ли Китай достаточно стабильным рынком? Так ли там все хорошо? В феврале объем привлечения прямых иностранных инвестиций (ПИИ) в Китай обвалился на 25,5%...

– Ну и что? ПИИ там в последнее время падали и без вируса. Во-первых, Китай стал дорогой страной, отдача от денег снизилась. Во-вторых, там стало достаточно сложно работать. В-третьих, появились другие страны – Вьетнам, Индия, Индонезия, Малайзия, где отдача от денег может быть больше. Но! Китайцам это уже и не слишком нужно. Страна обладает огромными золотовалютными резервами и не особо нуждается в иностранных инвестициях. Наоборот – она нуждается в выводе своих инвестиций на внешние рынки. Да, снижение ПИИ – это тенденция, но не нарушающая баланса экономики. Когда мир упал в кризис 2008 года, Пекин начал резкое наращивание экспорта капитала. Сейчас он будет делать то же самое. За исключением США, КНР – единственная страна, у которой есть достаточно большое количество наличности, чтобы вкладываться в другие экономики.

– В Казахстане такая тенденция напугает многих, учитывая, увы, традиционную синофобию. Ситуация и правда складывается неприятная: с Запада деньги к нам уже не придут, а деньги нужны…

– Значит, опять же нужна реорганизация структуры национальной промышленности. Мы всегда думаем, что, для того чтобы раскрутить свою промышленность, надо срочно у кого-то взять большой кредит. Это самое простое. Почему бы не пойти иным путем? Затянуть пояса, провести тотальную налоговую реформу, освободив МСБ от налогов на 5–10 лет. Заметно повысить ставку необлагаемого налогами минимума по зарплатам, создать зоны опережающего развития, откуда агропродукция и продукция малой промышленности пойдут в другие страны. То есть развиваться не за счет кредитов, а за счет налогового маневра. Да, сократятся налоговые поступления в бюджет, но будут обеспечены точки роста. Так развивались в свое время Китай и Вьетнам. Страны с большими посевными площадями, к каковым принадлежит и Казахстан, смогут «выстрелить» и без тяжелых кредитов.

– Как происходящее повлияет на отношения в треугольнике Китай – Россия – США, в котором традиционно маневрирует внешняя политика Казахстана?

– Формально российско-китайская торговля энергоресурсами защищена долгосрочными контрактами. Но из-за изменения индекса цен может так получиться, что России придется поставлять те же объемы нефти и газа по цене в два раза меньше. Или Пекин может объявить форс-мажорные обстоятельства и не выбирать весь объем поставок. Оба варианта для России очень плохи.

Российский плюс – это развивающийся агропромышленный комплекс. При определенной кредитной поддержке там можно заметно нарастить производство муки, мяса, молока. И начать поставлять в Китай. В итоге Россия может выиграть от развивающейся ситуации, если будет действовать активно.

Есть еще один момент, от которого могут выиграть и Россия, и Казахстан, если будут расторопны. Сейчас многие иностранные предприятия уходят из Китая или, как минимум, пытаются диверсифицировать свое производство. Если российские и казахстанские менеджеры быстро договорятся с ними, то смогут локализовать на своих территориях современные производства. Но, повторюсь, здесь нужна расторопность и способность к переговорам.

4.jpg

– Если российские аграрии устремятся на китайский рынок, то появится конкуренция внутри ЕАЭС. Ведь в Казахстане также декларируется задача выхода на китайский рынок со своим мясом и зерном.

– Во-первых, есть понятие разделения продукции. Во-вторых, возможен выпуск совместной продукции. Правила ЕАЭС подразумевают создание цепочек добавленной стоимости. ЕАЭС – хороший механизм, мы просто не научились им пользоваться.

– Вы упомянули о возможности давления КНР на Россию с целью снижения цен на поставляемые из нее энергоресурсы. Логично предположить такие же действия Пекина в отношении поставок нефти и газа из Центральной Азии и Казахстана.

– Конечно. Китай сейчас многим будет выкручивать руки, пользуясь моментом. Даже США, которые пока не поставляют энергоресурсы в Китай, но готовы. У Пекина очень хорошие связи с Саудовской Аравией, а сейчас саудиты – главные игроки на рынке на понижение цен на нефть. Так что, думаю, здесь многоходовая игра: с одной стороны – крепить союз с крупнейшими поставщиками, такими как Саудовская Аравия, Кувейт, Ирак, а с другой – добиваться понижения цен на нефть, которая идет из России и Казахстана.

– Каковы перспективы американско-китайской торговой войны? Отыграет Пекин отступление первого этапа?

– Время работает на китайцев. Они получили передышку и думают сейчас, как действовать дальше. КНР получает шансы на более успешное завершение второй фазы. Например, очевидно, что американцы будут требовать от Китая изменить характер господдержки предприятий. Сейчас у Пекина есть возможность не отказываться от своей модели под давлением США, так как именно она позволила Китаю выжить в ходе эпидемии: одномоментно мобилизовать миллиардные ресурсы. Что, к слову, не могут сделать США. И если Китай станет «спасительным ковчегом» для многих национальных экономик, то, конечно, американцы уже не смогут так просто вести с ним переговоры.

7.jpg

– Пекин активно пользуется низкими ценами на нефть, что естественно. Мы же страдаем. Многие в Казахстане говорят по поводу провала сделки в ОПЕК+, что Москва вела себя не слишком предусмотрительно…

– Думаю, цена на нефть медленно поползет вверх, когда Китай запустит свою промышленность, возможно, в мае. Ко второму полугодию цены вряд ли вернутся к уровню, который был до обвала, но, вероятно, выше 45 долларов мы увидим. Но хорошо бы, чтобы все страны, живущие в основном с экспорта нефти, все же напряглись. Повторюсь: нужны серьезные реформы на внутреннем рынке, нужен налоговый маневр. Без стресса никто ничего делать не будет.

– Оптимистично предположим, что пандемия скоро пойдет на спад. Какие выводы надо сделать на международном уровне?

– Пока ни от кого не слышно никаких мыслей о перспективах мировой экономики, адекватных предложений по ее регулированию. Думаю, что первым выступит Китай, потом придут в себя США. Нужна международная конференция, причем не как встреча двадцатки, а в глобальном масштабе: встреча руководителей государств плюс экспертного сообщества. То, что сейчас происходит, не война, а только «учения». В реальности-то ничего фатального нет, и то мир отреагировал панически! А если не дай бог произойдет что-то действительно серьезное? Распространится инфекция с такой высокой летальностью? Или череда техногенных катастроф? Или масштабная атака на интернет-сети по всему миру? Это может обрушить управление энергоресурсами мира, всю инфраструктуру. Как быть тогда? Поскольку мы вступили в другую стадию развития мира и экономики, нам нужно обсудить, что нам в этом случае делать.

Последние новости Казахстана и мира читайте на нашем Telegram-канале

Читайте также
Все дороги ведут в грим
Ирина Струкова рассказала о покорении Голливуда.
536 0 0
На гребне войны
Алексей Маслов: экономическая война между США и Китаем – это надолго.
2264 0 0
Маскарад. Начало
Профессор медицины: мы все еще находимся в начале глобальной пандемии.
427 0 0
Круг замкнулся
ДНК викингов и кочевников имеют общие корни.
3191 0 0