просмотров 1048

Акмарал Зыкаева: писать музыку несложно, если ты не от мира сего

Опубликовано: 29 Сентября 2020 Автор: Мария ГАЛУШКО | Алматы
Акмарал Зыкаева: писать музыку несложно, если ты не от мира сего
Акмарал Зыкаева / facebook.com

Казахстанская певица, композитор и актриса Акмарал Зыкаева, известная под сценическим именем Мерген, смело соединяет этническую и современную музыку, наполняя новым звучанием казахские народные песни. В интервью «ЭК» она рассказала о своем творческом пути.

– Акмарал, откуда у вас любовь к музыке?

– Она родом из детства. В три года мне подарили маленькое пианино в одну октаву. Оно так очаровало меня, что ни на какие другие игрушки я уже не смотрела. В шесть лет родители отдали меня в музыкальную школу, где я отучилась 12 лет по классу скрипки. Скрипка – не совсем мой инструмент. Я думала, что буду пианисткой. Но школьные педагоги убедили родителей отдать меня на скрипку. Помимо музыкальной школы я отучилась четыре года в Казахской национальной консерватории им. Курмангазы. И тоже по классу скрипки, хотя мечтала о другом.

– Как и когда возникла идея продолжить обучение в Америке?

– Обучаясь на первом курсе консерватории, я начала писать рингтоны для Хит-ТВ. Их было написано очень много как для зарубежной эстрады, так и для казахстанской. За четыре года я научилась делать аранжировку, появилось базовое понимание, что мне нужно и чего я хочу. Поэтому выбор Америки и Голливуда был осознанным. В Штатах я училась полгода по экспериментальной программе Independent Artist Programming в рамках систем DIY (Do It Yourself) в Musician Institute (MI Hollywood). Тогда, в середине 2000-х, у музыкантов впервые появилась возможность записывать свою музыку самостоятельно и презентовать ее публике. Для этого уже не нужны были большие студии. Это было чем-то новым и вызывающим в шоу-бизнесе. Чтобы стать знаменитым, больше не нужно было попадать в большие лейблы. После окончания консерватории я выпустила свой дебютный альбом «13», который вызвал определенный резонанс. Но через полтора месяца после релиза я улетела в Америку, и у меня уже не было возможности заниматься его раскруткой.

2.jpg

– Ваш второй альбом «Аян» завоевал награду «Выдающийся проект». Кто его оценивал и где?

– Это была награда за проделанную работу от Musician Institute. Мы должны были сдать полноценный альбом из пяти-шести песен. На экзамене я представила «Аян». Из 120 проектов был выбран именно мой. Для американцев казахская музыка в электронике была настоящей экзотикой, думаю, поэтому альбом всем понравился. Казахская публика услышала эту музыку с большой сцены только в 2017 году, хотя альбом вышел шестью годами раньше. Мой проект оценивала большая комиссия из известных в музыкальной индустрии людей. В их числе Эрик Корне, Бобби Борг и Аппу Кришнан, который также был моим преподавателем. Сейчас Аппу пишет песни для Димаша Кудайбергенова.

– Что вам дало обучение в Штатах?

– Я прокачала свои навыки в звукорежиссуре и аранжировке. Получила представление о том, как делается музыкальный бизнес и какая разница между ним в Казахстане и США. У нас в стране, к примеру, нет мастеринговых студий с оборудованием для финальной проработки трека, не говоря уже о конкуренции в этой сфере. Мастеринг у нас делает тот же звукорежиссер, который занимается сведением. Для этого необходимо другое оборудование и другие специалисты. Получается, в казахстанской звукорежиссуре нет целого пласта, что отражается на качестве звучания треков. К счастью, сейчас появились онлайн-услуги мастеринга, и люди заказывают его за рубежом. Но Казахстан не конкурентоспособен на рынке музыки.

Интервью с российским актером Азаматом Нигманым
читайте далее

– В вашем активе шесть альбомов. Чем они отличаются друг от друга?

– Первый альбом «13» я считаю пробой пера. А например, Qazaq Lounge 2013 года – это альбом-трендсеттер. Именно благодаря ему был задан тренд писать слово Qazaq через букву Q. Это была идея Рауана Кенжеханулы – финансового и административного продюсера альбома. Кстати, благодаря ему в Google-переводчике появился казахский, и материалы в Википедии на казахском. Альбомы «Аян» и «Түн» концептуально похожи. В «Түн» достаточно сложные и глубокие слова в песнях и музыка. Но аудитория у этого альбома получилась небольшой в сравнении с «Аян», который задал тренд в направлении прогрессивной казахской музыки. Последний, сольный, вокальный альбом на английском Tales of Mergen – это уже другая история. Создавая его, я поняла, что выросла из старого.

– На какую аудиторию рассчитана ваша музыка?

– У каждого альбома своя аудитория. Среди моих слушателей много казахов, живущих за рубежом. Qazaq Lounge – это народная музыка в обработке, и аудитория у этого альбома достаточно широкая. Слушатели последнего альбома Tales of Mergen совершенно другие. Это более искушенная публика, которая хорошо разбирается в музыке, знает английский, любит кинематограф. Их меньше. Моя музыка подойдет не каждому.

Mergen - Tolqyn from mergenmusic on Vimeo.

– Вы смешиваете электронику и поп-рок с казахскими этническими мотивами. Чем обусловлен выбор этих направлений?

– Поп-рок у меня был только в первом альбоме. Во втором появился трип-хоп. От рока в моей музыке сейчас ничего нет. В последнем альбоме смешаны казахская семантика, электроника и кинематографичная музыка. А например, жанр песни «Толкын» из альбома «Түн» мы с трудом определили как техно-этно-готика. Направление в музыке я выбираю в самую последнею очередь. Когда я сочиняю новую композицию, то отталкиваюсь от своего внутреннего состояния. Соответственно ему выбираю звуки и форму будущего произведения.

– Что или кто вас вдохновляет?

– Недавно меня спросили, сложно ли писать музыку. Я могу ответить, что если ты немного не от мира сего, то писать очень легко. А если ты видишь мир реалистично и трезво, возникнут сложности. Я живу в немного оторванном мире, который не очень похож на мир остальных людей. У меня нет чего-то, что меня вдохновляет. Я не слушаю другую музыку, не смотрю лишних фильмов, не забиваю свое пространство чьим-то творчеством, чтобы получить вдохновение. Я, скорее, борюсь с собственной головой, потому что мне приходит много идей, на воплощение которых уходит все мое основное время.

3.jpg

– «Мерген» в переводе с казахского «искусный охотник», «меткий стрелок». Почему вы выбрали этот псевдоним?

– Когда я начинала писать музыку, женщин-звукорежиссеров в Казахстане почти не было. Я хотела быть самодостаточной и конкурентоспособной. Поэтому отдала предпочтение мужскому имени. Мир продакшна мужской. Записывая свой первый альбом, я слышала много критики от коллег-мужчин. Мне хотелось почувствовать себя сильнее, чем Акмарал, – это имя переводится с казахского как «белый олень». Это нежный образ, и, по сути, это добыча охотника. Соединив Акмарал и Мергена, я получила баланс. Это имя придало мне сил.

Интервью со сценаристкой Лейлой Ахинжановой
читайте далее

– Вы по-новому интерпретируете казахские народные песни, и ваши композиции становятся популярными и узнаваемыми. Какую цель вы преследуете?

– Я вижу, как можно интерпретировать эту музыку так, чтобы она была интересна, необычна и достаточно качественна. У меня есть знания, которые я приобрела на Западе, есть опыт, который я получила дома, работая на студиях, и есть свое собственное видение. Я думаю, нужно идти в этом направлении и не бояться экспериментировать. Сейчас создается много музыки на казахском языке, но ее лекало, гармония, построение, форма – европейские. Понять, что это казахская музыка, можно только вслушавшись в слова. Важно сохранить казахскую семантику, которая передается через определенную гармоническую цепь и мелодический язык. Поэтому есть цель – поднять казахскую музыку до уровня мировой через интерпретацию. Даже если я пишу на английском, казахская семантика остается внутри. Это не по-европейски, и это распознается.

– Расскажите о вашей работе на киностудии «Казахфильм». С чего все начиналось?

– Вернувшись из Штатов, я больше года проработала звукорежиссером на «Казахфильме», а спустя годы вернулась туда уже в качестве кинокомпозитора и дебютировала в ленте «Конокрады» Ерлана Нурмухамбетова. Этот фильм помог мне попасть на фестиваль Berlinale Talents в Берлине.

– В прошлом году вы дебютировали как актриса, сыграв в короткометражном фильме «История цивилизации». Как вы попали в проект?

– 2020 год оказался для меня богатым на сюрпризы. «История цивилизации» получила награду «Серебряный леопард» в основном конкурсе на фестивале в Локарно и вошла в топ-10 по версии Directors Notes. Пока мы работали над «Конокрадами», меня заметила второй режиссер ленты Жаннат Алшанова и позже пригласила сыграть главную роль в ее собственном фильме. Так я оказалась в кино. Благодаря сценическому опыту скрипачки, а в исполнительском искусстве от каждого твоего движения зависит то, как будет звучать произведение, я почувствовала некую параллель в кино. Там все так же – картина складывается от каждой эмоции и ощущения, которое ты хочешь передать.

mergenmusic InstaUtility_-00_Br5KB5Hh-f5_11-47582484_669786446751122_7143796709986101034_n.jpg

– Чему сегодня вы посвящаете больше времени?

– Я хочу сфокусироваться на инструментальной музыке. Все лето занималась классической музыкой, участвовала в конкурсе композиторов Казахстана фонда «Арт-Мирай». Они отбирали композиции для алматинского симфонического оркестра. Мое классическое произведение «Байконур» прошло отбор. Пишу квартеты, пытаюсь изучать разные техники атональной и кластерной музыки. Это все то, что преподают в консерватории на факультете композиции, но у меня нет времени на получение классического образования композитора дополнительно к скрипичному и айтишному. Поэтому я много занимаюсь самостоятельно, пробуюсь во многих композиторских конкурсах. Ближайшие годы хотела бы посвятить изучению написания симфонической музыки. Продолжу писать и эстрадную.

– Как сегодня живется казахстанскому композитору, сочиняющему музыку в разных жанрах и направлениях? Чем вы зарабатываете на жизнь?

– Это больной вопрос, особенно во время карантина. В этом смысле я немного привилегированный композитор. Ко мне обращаются за музыкой для имиджевых проектов. Если говорить о композиторах, которые окончили консерваторию и хотели бы работать по профессии, то для заказчика они люди неизвестные. По сути, их нет в поле зрения. Мне повезло, что я пела и была на слуху у людей. В кино меня пригласили из-за кинематографичности моих песен. Большинство композиторов не поют, а если выступают, то в кавер-бэндах и играют не свой материал. У них нет возможности привлечь внимание и показать себя. В основном они занимаются тем, что развлекают публику в сфере той-бизнеса или работают в других профессиях. Но это не их вина, это заколдованный круг правил шоу-бизнеса.

Последние новости Казахстана и мира читайте на нашем Telegram-канале