Яблочный порог

Опубликовано: 16 Октября 2017 г. Автор: Гульсум КУНЕЛЕКОВА | г. Алматы
Яблочный порог
liter.kz
просмотров 874

Символ Алма-Аты, национальная гордость казахстанцев, царь-яблоко, чудный дар Жетысу… Как только не называли алматинский апорт в советские времена. Однако, к большому сожалению, о знаменитом сорте яблок сегодня больше приходится говорить в прошедшем времени. Плоды мельчают, их внешний вид тускнеет, а самое главное теряются прежний вкус и аромат. Что случилось с яблоком и что делается сегодня для возрождения того знаменитого апорта, слава о котором гремела на весь мир, в интервью «ЭК» рассказал профессор, доктор биологических наук, академик АСХН РК, главный научный сотрудник Казахского НИИ защиты и карантина растений Магжан ИСИН.

апорт ученый Исин 2.jpg

– Магжан Малгеждарович, в чем причины такой ситуации с апортом сегодня?

– Причин, приведших к деградации сорта, более десятка. Практически все они носят антропогенный характер, то есть порождены человеком. Поэтому и возрождение апорта тоже дело рук самого человека, то есть нас с вами.

Дело в том, что в 1951 году в Алма-Ате грянули сильные морозы, тогда погибло почти 80% яблоневого сада, много садов погибло от мороза и в 1968–1969 годах. Причем погибли практически все маточные деревья, которые давали хороший урожай с высоким качеством плодов и откуда брали черенки для размножения. Остались деревья, которые давали плоды низкого качества, не соответствующие стандартному апорту. Оттуда и начали брать черенки для размножения, и качество этого дерева передавалось по наследству. Это первое.

Второе. При заготовке семян дикой яблони их качество не контролировалось. Не учитывались урожайность и качество плодов маточного дерева, а также тот факт, что не все формы яблони Сиверса однозначны как подвой (растение, которому делается прививка черенками культурного сорта. – Авт.) для апорта. Это нами установлено путем молекулярно-генетических исследований.

Третий фактор. У апорта есть своя экологическая зона: от 950 до 1 250–1 300 метров над уровнем моря. В зонах выше или ниже этого уровня апорт не дает качественных плодов, присущих этому сорту. При посадке сада этот фактор также не учли. Апорт был вытеснен из зоны своего экологического оптимума.

Четвертая причина. Апорт – самый влаголюбивый сорт, и без 7–8 поливов за вегетацию нельзя получить качественный урожай, а обходились всего тремя поливами.

Кроме того, апорт любит пространство, и когда его загоняют под схему интенсивных зарубежных сортов, он реагирует отрицательно, снижая урожай и ухудшая качество плодов. Его нельзя сажать гуще, чем 8 х 6 м, еще лучше 10 х 8.

Не соблюдалась и дерново-перегнойная система в апортовом саду, что приводило к ухудшению качества плодов. То есть посеянные в саду многолетние травы следует скашивать 3–4 раза за вегетацию и оставлять на мульчу. Этого не делали.

Есть и другие факторы. К примеру, апорт поражен вирусной инфекцией, поэтому необходимо сад сажать оздоровленным посадочным материалом. Для сорта важен правильный подбор опылителей. Апорт отрицательно реагирует на пестицидную нагрузку, что требует интегрированной защиты от вредных организмов, которая нами разработана.

В деградации и дискредитации апорта определенную роль сыграли и наши отечественные ученые, пропагандирующие зарубежные сорта и, что греха таить, проталкивающие сорта собственной селекции.

post-11180-0-52570000-1350477649.jpg

– Допускают ли сейчас такие ошибки?

– При неоднократной попытке возродить апорт исполнители задания подходили к решению эмпирически: сажали саженцы неизвестного происхождения, не соблюдали экологические требования апорта, апортовую агротехнику и 10–12 лет ждали урожая. Конечно, ожидаемого результата не получали. А потом снова начиналась кампания по возрождению апорта и так до бесконечности.

Справка «ЭК»: В 60-е годы XX века переселенец из России Егор Васильевич Редько привил черенки апорта из родного Воронежа к местной дикой яблоне, и через 8–10 лет неожиданно эти деревья дали удивительные плоды. По внешней красоте и привлекательности, по их величине (некоторые весили 500–600 граммов), неповторимому вкусу и удивительному аромату апорту не было равных. Средняя урожайность деревьев составляла 200–250 кг, по отдельным деревьям-рекордсменам – до 500–700 кг (из книги «Алматинский апорт», Алма-Ата, 1977 г., 92 стр.). Апорт был признан лучшим сортом в мире и был награжден золотыми медалями многих престижных международных выставок по плодоводству: Франция – 1900 г., Германия – 1908 г., Россия – 1913 г., Англия – 1920 г., Германия – 1961 г., Венгрия – 1968 г., и др. Золотых медалей было бы больше, однако «железный занавес» между СССР и Западом не позволял апорту участвовать на международных выставках. Но на регулярных выставках ВДНХ СССР апорт неизменно получал золотые медали. И только в 1987 году удостоился «серебра», что говорило о начале деградации знаменитого сорта.

– Как ваша команда начала возрождать апорт?

– Мы пошли другим путем, учитывая фундаментально-прикладные аспекты. В 2009–2011 годах работа по научному проекту проводилась по гранту Министерства образования и науки РК. Тогда мы выиграли грант по конкурсу, объявленному в 2008 году МОН по фундаментальным исследованиям. Для проведения комплексных исследований в качестве соисполнителя нами был привлечен Институт биологии и биотехнологии растений МОН РК. В результате исследований двух институтов нами впервые было получено «новое растение» апорта в пробирках (in vitro) с последующим выращиванием его на искусственной почве в так называемой контейнерной культуре (in vivo) с адаптацией в условиях теплицы, затем выносом на грунт.

В 2011–2012 годах экспедиционными обследованиями яблонников Заилийского и Джунгарского Алатау было отобрано 11 форм дикой яблони Сиверса. Из них только пять форм подошло к апорту. Эти формы в 2012 году были заокулированы черенками с маточных деревьев апорта и с растений, выращенных методом микроклонирования. Осенью 2014-го получено более тысячи двухлетних саженцев нового апорта.

В 2012–2014 годах проект по возрождению апорта финансировало уже Министерство сельского хозяйства РК. На этом этапе работа проводилась совместно с Институтом плодоводства и виноградарства. Исследования по возрождению апорта были углублены и расширены. В частности, продолжены работы по микроклонированию новых клонов сорта, по генотипированию апорта и различных форм дикой яблони. В результате, как указано выше, выявлено пять форм, которые по генетическому коду (ДНК) близки к сорту, и эти формы должны быть самыми подходящими подвоями для апорта.

Также были продолжены экспедиционные обследования яблонников Заилийского и Джунгарского Алатау, и в 2013–2014 годах отобрано еще 17 форм яблони Сиверса.

Таким образом, пройденный этап научных исследований (2009–2014 годы) позволил выйти на практические рельсы решения проблемы по возрождению апорта. Весной 2015-го впервые был заложен опытно-показательный сад на площади 5 га под Алматы в районе Талгара. В итоге посажено 14 отобранных вариантов.

Посадка опытного апортового сада.jpg

– Что сейчас больше всего вас волнует?

– Меня волнует, что из этих 14 вариантов будет. Я думаю, что-то «выстрелит». Два-три варианта должны дать ожидаемый результат, но это только в 2021–2022 годах. Наука – такая вещь: всего не спрогнозируешь. Сейчас мы с моими коллегами (5–6 человек), в том числе молодыми учеными, проводим в опытном саду исследования, даем всестороннюю оценку всем этим вариантам. Но повторяю, результат мы сможем увидеть только в 2021–2022 годах, когда ожидается первый товарный урожай нашего сада.

Почему другие ученые апортом не занимаются? Сорт поздно плодоносит, дает урожай только на 8–10-й год. Поэтому и производственники тоже отходят от апорта, так как, к примеру, есть американские сорта, которые дают плоды уже через 3–4 года. Но в отношении экономической невыгодности апорта можно поспорить.

Так называемые интенсивные сады с сортом на карликовых подвоях живут от силы 10–12 лет, затем их выкорчевывают, сажают заново, и так несколько раз, пока почва не истощится. Апорт же живет в среднем 60 лет и в разы окупит все расходы, затраченные за этот период на выращивание интенсивных сортов. Здесь еще немаловажную роль играет вопрос цены. Если к вам приедет гость, то какие яблоки вы поставили бы ему на стол: неароматные, безвкусные зарубежные по цене от 300–350 тенге за кг или несколько дороже, но отечественный, возрожденный апорт?

Справка «ЭК»: Цветение апорта весной и созревание плодов осенью создавали особую ауру тогдашней Алма-Ате. Нашим апортом восхищались именитые зарубежные гости. Говорят, когда в 1973 году в Алма-Ату приезжал известный сенатор США Эдвард Кеннеди (брат президента США Джона Кеннеди), то, попробовав апорт, он сказал: «Объездил почти весь мир и изведал плоды многих стран, но таких красивых, вкусных и ароматных яблок нигде не встречал». И попросил сопровождающих доставить ящик апорта в его самолет, чтобы показать у себя на родине, какие бывают яблоки. (Из воспоминаний К. Н. Ултаракова, тогдашнего заместителя председателя Алматинского облисполкома, 1984–1987 гг. – директора Института плодоводства и виноградарства.) Советские граждане, приезжая в Алма-Ату со всех концов Союза, по возвращении домой в качестве гостинца родным всегда брали с собой апорт.

– А как обстоят дела с финансированием этого проекта?

– В 2009–2011 годах первые трехлетние исследования в рамках проекта нам финансировало по 4,5 млн тенге ежегодно Министерство образования РК, в 2012–2014 годах – Министерство сельского хозяйства выделяло ежегодно по 8 млн тенге, но на 2015-2017 годы из запрашиваемых нами по проекту также 8 млн тенге Минсельхоз выделил всего два миллиона. В итоге многие запланированные работы мы не смогли провести. Теперь у нас остался последний трехлетний период проекта (2018–2020 годы), он финишный, это период, когда мы должны получить урожай. И если нам снова дадут мизерное финансирование, то я не знаю, что в итоге у нас получится.

Сотрудники, задействованные в этом проекте, просто откажутся работать за зарплату 25–30 тысяч тенге в месяц. По положению они должны были получать 50% от базового оклада, т. е. 70–80 тысяч тенге в месяц.

Куда мы только ни писали, просили, говорили о проблеме, но результата нет. Нам вообще не отвечали или отделывались циничными отписками. Понимаете, реактивы очень дорогие, нам нужно завершить генетические, физиолого-биохимические исследования, много еще что нужно сделать. Просто чиновники не понимают важности этого проекта. А я посвятил проблеме возрождения апорта более 10 лет. Хотя можно было бы заняться другим исследованием, где не нужно долго ждать результата. Но не жалею, ибо результатов исследований по возрождению апорта ждет народ.

01.jpg

– Интересуются ли зарубежные ученые вашими исследованиями?

– Когда апорт получал золотые медали на международных выставках, его пытались выращивать во Франции, Германии, Англии, даже увозили саженцы за океан, в США. Но там апорт того знаменитого качества в итоге не проявил. Он растет только у нас и только в алматинской плодовой зоне в строго определенном экологическом оптимуме.

Говоря об апорте, нельзя умолчать о местной дикой яблоне, ибо славу знаменитому сорту создала она как подвой. Быть может, без такого подвоя не было бы такого сорта, ставшего национальной гордостью казахстанцев. Здесь, надо полагать, имела место счастливая случайность, но были и другие причины, что в одном интервью не расскажешь.

Справка «ЭК»: Когда-то алматинский апорт был кремлевским деликатесом. По специальной разнарядке советского правительства в 50–70-е годы, да и в начале 80-х ХХ века ежегодно в Кремль для правительственных приемов поставлялось по две тонны апорта. И как рассказывал тогдашний постоянный представитель Казахской ССР при Совете Министров СССР Сулейменов, случайно оказавшийся на одном из этих правительственных приемов: «Зарубежные гости среди изобилия деликатесов обращали внимание в первую очередь на наш апорт, восхищаясь величиной его плодов, внешней красотой и особенно бесподобным вкусом и ароматом». 

Зарубежные ученые также интересуются нашей дикой яблоней. Ведь давно подтверждено мировыми научными исследованиями, что центр происхождения культурной яблони – наше Семиречье, Жетысу. Яблоня Сиверса из Казахстана – прародительница всех сортов яблонь в мире. К примеру, в этом году в августе приезжали ученые из Канады, Америки, Англии по программе «Паломничество в Страну яблок». Вместе с Би-би-си они создавали международный документальный фильм. Снимали в Джунгарском Алатау, где мы реализуем наш грантовый проект. Фильм покажут по всему миру, в том числе, как обещают, и у нас.

almaty.jpg

После них приехала доктор биологии Катрин Пэкс с ассистентом из Франции, которая создала научно-документальный фильм о происхождении яблок, в этом году французское правительство профинансировало ей продолжение съемок по этой теме.

В первом и во втором случаях интервью давал ваш покорный слуга. По просьбе менеджера проекта «Паломничество в Страну яблока» я рассказал зарубежным ученым о дикой яблоне Сиверса, о проблеме, связанной с ее деградацией, об исследованиях казахстанских ученых по естественному возобновлению этого природного феномена. По просьбе слушателей рассказал о профессоре Аймаке Джангалиеве как ученик и продолжатель его дела.

Катрин Пэкс в 2015 году присутствовала при закладке наших опытов по изучению роли животных в естественном возобновлении дикой яблони. Ее в первую очередь интересовали результаты наших научных исследований по естественному возобновлению яблони Сиверса. Интервью я давал как раз на стационарном опыте, заложенном накануне ее приезда. Доктор Пэкс убедилась, что нами проводится большая работа по изучаемому вопросу и признала перспективность направления исследований.

32-02.jpg

25 августа был организован семинар, где присутствовали работники (90 человек) трех филиалов Жонгар-Алатауского государственного национального природного парка. В своем докладе я рассказал о фитосанитарном состоянии диких яблонников, об угрозе проникновения на территорию природного парка опасного карантинного заболевания – бактериального ожога, об ожидаемой вспышке массового размножения яблонной моли и непарного шелкопряда, которые в 2018–2019 годах создадут большую проблему.

В 2010 году приезжал посмотреть нашу дикую яблоню Сиверса и английский лорд, бывший директор Королевского ботанического сада Эрл Селборн, его сопровождал известный английский селекционер сэр Эндрю Лардж. Я им показал наши дикие яблонники, они были в таком восхищении, говорили о важности наших проектов. Знаете, создается впечатление, что нашими яблонями и их возрождением по-настоящему интересуются за рубежом, но не у нас… Вот что обидно.

Говоря словами героя из известного фильма: «Мне за державу обидно».


Читайте также
Близкие контакты третьего сорта
Инопланетные цивилизации продолжают нас игнорировать, несмотря на смартфоны
75 0 0
От Адама до Сиверса
Дословный перевод слова «алма» – «не бери». Но оно же – «яблоко»! Вам это ничего не напоми
879 0 0
Дез-Руин – Медный замок Афрасиаба
Казахская мифология, связанная с горным делом и металлургией, уходит корнями в энеолит.
1490 0 0
Урок генетической мудрости
Или «Текті айғыр өз байталына шаппайды».
2708 0 0