просмотров 979

Прерванное детство

Опубликовано: 31 Мая 2018 Автор: Татьяна КУАН | Алматы
Прерванное детство
verywellmind.com

Накануне Международного дня защиты детей казахстанские общественники подняли проблему сексуального насилия в отношении несовершеннолетних. По данным фонда «НеМолчи», в прошлом году от домогательств взрослых пострадали 699 детей. Реальная картина, утверждают эксперты, гораздо печальнее, ведь далеко не все жертвы педофилов рассказывают о случившемся с ними.

С этого года в Казахстане введена химическая кастрация педофилов. Ожидается, что инъекции, вводимые в организм насильников, снизят их либидо и тем самым предотвратят сексуальные преступления в отношении детей. Однако препарат дает лишь временный эффект – именно это обстоятельство смущает общественников, называющих химическую кастрацию не решением, а уходом от проблемы.

Дина Смаилова.jpg Преступнику важен не сам процесс изнасилования, а факт подавления и унижения, – пояснила лидер движения «НеМолчи» Дина Смаилова на пресс-конференции в Алматы. – И потом, не всегда ведь насилуют именно половым органом. Поэтому считаю, что норма о химической кастрации не принесет должного эффекта.

По ее словам, гораздо важнее нормы, которые сейчас разрабатывают Генеральная прокуратура и детский омбудсмен.

На данный момент происходит так: если в школе выявлен факт сексуального насилия, то это учебное заведение теряет рейтинг, – продолжает Дина Смаилова. – Данную норму хотят убрать, поскольку она только вредит – учителя боятся и замалчивают такие случаи. Мы же, напротив, должны хвалить педагогов за то, что они выявили такой случай и предали огласке. И вторая разрабатываемая норма касается ужесточения уголовной ответственности в случае, если насилие над ребенком совершил кто-то из родственников.

К слову, семейные преступления – одни из самых тяжело раскрываемых. Сейчас в производстве фонда «НеМолчи» находится дело алматинки, которая в девятилетнем возрасте была изнасилована собственным дядей. Сегодня девушке уже 17 лет, а ее мучитель до сих пор на свободе.

Дело закрывали трижды, – рассказала Смаилова. – При этом было доказано, что повреждена девственная плева и что девочка не фантазирует. Было проведено множество экспертиз и в Астане, и в Алматы… Есть постановление прокуратуры о проведении с подозреваемым очной ставки. Но этого дядю сделали почему-то не подозреваемым, а свидетелем! Айжан Карменова.jpg

По словам Айжан Карменовой, бабушки потерпевшей, после изнасилования у ее внучки начались серьезные проблемы со здоровьем. Девушке грозит удаление половых органов. Более того, она оказалась изгоем в собственной семье. Родственники стали избивать девочку и издеваться над ней, а родная мать и вовсе отказалась от «запачканной» дочери.

Они думают, что я устану и сдамся, но я буду бороться, пока есть силы, – говорит бабушка девочки. – Сейчас ей предстоят операции, она постоянно болеет, а насильник ходит на свободе. Как же так?

Таким же вопросом задаются и родители подростка из Тараза Бехзода Тошпулатова. 17-летнего юношу осудили за изнасилование по одной лишь фотографии, да к тому же во «взрослом» суде.

Неля Тошпулатова.jpg Права моего сына полностью нарушены, – со слезами на глазах рассказала мама подростка Неля Тошпулатова. – Он несовершеннолетний. Его должен был судить ювенальный суд, а судил межрайонный специализированный суд Тараза.

По рассказу мамы, главным аргументом в суде стала фотография, на которой пострадавшая девушка занимается оральным сексом с неким мужчиной, лица которого не видно.

Мы просили сделать экспертизу запечатленной на кадре руки и экспертизу пениса нашего сына. Но все наши ходатайства были отклонены, – возмущена Неля Тошпулатова. – Мой мальчик шел на «Алтын белгі», а сейчас ему дали семь с половиной лет тюрьмы.

По мнению Дины Смаиловой, оба эти случая объединяет человеческое равнодушие. Зачастую, говорит она, следственным органам важнее закрыть дело в нужный срок, нежели вникать в детали преступления.

Следственные органы имеют на вооружении бумажный заслон из отписок, – сетует Смаилова. – Поэтому несмотря на то, что государство прилагает массу усилий, а уполномоченные органы разрабатывают множество всевозможных программ, в любом случае на месте какой-то один следователь замкнет все на себе, и дело остановится.

В результате, продолжила Смаилова, до суда доходит лишь малая толика уголовных дел, а реальной картины преступлений в отношении несовершеннолетних нет. Хотя наказание за педофилию в нашей стране довольно суровое – от 15 лет лишения свободы.