просмотров 480

История актюбинской семьи Копущу: спрятанное в лесу знамя и дружба с несостоявшимся зятем Сталина

Опубликовано: 14 Апреля 2020 Автор: Ксения ВИШЕНИНА | Актобе
История актюбинской семьи Копущу: спрятанное в лесу знамя и дружба с несостоявшимся зятем Сталина

В преддверии 75-летия Победы актюбинка Вера Копущу рассказала историю семьи своего свекра – ветерана Великой Отечественной войны Григория Ивановича Копущу. Это рассказ о том, как война разлучала близких людей, а потом жизнь вновь сводила их при самых невероятных обстоятельствах.

В 1907 году в результате столыпинских реформ в сегодняшнюю Актюбинскую область переселились 80 болгарских семей из Добруджи – района на Балканах. Около 450 человек, взрослых и детей, остановились в Ключевом районе (ныне Алгинском) близ урочища Чулуксай и основали там поселок Болгарка. Среди переселенцев была и семья Копущу.

«Ничего я не сделал»

2.jpg

Иван Копущу приехал из Добруджи с отцом. Уже здесь, на казахской земле, он женился на такой же переселенке Софии Геновой. У них родились восемь детей: Григорий, Николай, Афанасий, Степан, Тудора, Варвара, Кристина и Любовь.

Жизнь текла своим чередом, но 1 июня 1938 года все изменилось. О том вечере в семье знают по рассказам дочери Ивана Федоровича Варвары. Сейчас ей 92 года, а в день, когда она последний раз видела своего отца, девочке было всего девять лет. Женщина хорошо помнит, как в дом пришли двое военных и приказали отцу собираться. Иван Федорович ушел прямо в домашней одежде. Жена уговаривала его надеть хотя бы брюки, но Иван Копущу лишь отмахнулся: «Я сейчас вернусь, ничего я не сделал, чтобы меня забирали». Дети, чуя неладное, расплакались. Варвара Ивановна вспоминает, что у одного из военных по щеке прокатилась непрошеная слеза...

Софии Евстратьевне пару раз разрешили отвезти супругу передачи. Когда она приехала в третий раз, ей сказали, что Ивана перевели в другое место. Больше семья о нем ничего не слышала. Лишь спустя годы стало известно, что Иван Федорович Копущу был осужден по статье 58-1 УК РСФСР («контрреволюционная деятельность»). Его приговорили к высшей мере наказания и расстреляли.

В 1957 году Иван Копущу был реабилитирован за отсутствием состава преступления.

Мольба о ранении

София Копущу продолжила воспитывать восьмерых детей. Несмотря на невзгоды, ей удалось поставить их на ноги.

Старшему сыну Григорию было 19 лет, когда в январе 1940 года его забрали в армию. Службу он проходил в 778-м артиллерийском полку 244-й стрелковой дивизии в Иркутске. Когда началась Великая Отечественная война, полк перебросили на территорию Западной Украины, в самое пекло.

Позже Григорий вспоминал, что первый год войны был самым тяжелым. Не хватало оружия – одна винтовка на четверых.

Бои шли полным ходом, всюду лилась кровь. Фронтовые друзья Григория погибали, но сам он оставался целым и невредимым. Перед отъездом мать научила его старой болгарской молитве, и Григорий часто ее читал.

Молился он и тогда, когда сил сражаться уже не оставалось. Тогда он просил Всевышнего о том, чтобы его ранили. Ранят – вернется домой и снова увидит родных.

«Такому и жить не стоит»

Линия фронта проходила по территории Беларуси, войска освобождали Витебск. Во время одного из боев была оборвана связь со штабом, и группе связистов, в которую входил Григорий Иванович, приказали срочно ее наладить.

3.jpg

Первые два связиста были убиты, третьим пошел Григорий. Под градом пуль он пополз к месту обрыва связи и внезапно почувствовал обжигающую боль. Рука и нога окаменели, нос практически оторвало, из ран сочилась кровь. Григорий тогда подумал: «Такому и жить не стоит». И потерял сознание…

О том, что случилось потом, солдат узнал от своего товарища Алексея Кутаркина. На своем бушлате он дотащил Григория до окопа, а после боя его увезли в полевой госпиталь. Когда Григорий пришел в себя, ему уже пришили нос. Позже хирург рассказывал: тело солдата было настолько искалечено, что его приняли за 50-летнего, хотя на тот момент ему было всего 24 года.

Из Витебска, где шли ожесточенные бои, Григория перевезли в Смоленскую область. Там он пролежал на больничной койке еще полгода. Первое его письмо домой под диктовку написала санитарка.

Все последующие годы Григорий Копущу искал Алексея Кутаркина, чтобы поблагодарить за спасение. Но узнать удалось только то, что Алексей родом из Ростова и у него есть сестра.

Возвращение домой

Дорога домой была долгой. Григорий поездом добрался до Актюбинска, где его встретила мать. До родного поселка они добирались на телеге, запряженной четырьмя волами.

Что связывало автора «Батальоны просят огня» с Актюбинском?
читайте далее

Радость встречи была недолгой. Вернувшийся домой солдат ужаснулся от увиденного. Григорий Иванович вспоминал, что мать и сестры, отощавшие от голода, носили одежду из марли.

Всю оставшуюся жизнь Григорий Копущу провел с родными. Долгие годы он был председателем сельского совета, затем стал начальником узла связи, где проработал до пенсии. Воспитал четырех сыновей и дочь, успел увидеть внуков.

На благо фронта

Остальные братья из семьи Копущу тоже помогали стране в годы ВОВ. Афанасий на поле боя так и не попал. Его война проходила на трудовом фронте. Жизнь занесла молодого человека в Свердловск, где он работал помощником машиниста на станции и помогал доставлять ценные грузы на фронт.

Спустя какое-то время он вновь приехал на казахскую землю, завел здесь семью, жил в Алге, работал машинистом тепловоза.

Из огня да в полымя

Николай Копущу очень хотел на фронт, но боялся, что его не пустят, поскольку отец был репрессирован. Тогда он прибавил к своей фамилии одну букву и соврал, что родни у него нет. Так и попал на войну.

Воевал Николай возле Житомира, там попал в засаду. Николай и двое его товарищей долго оборонялись, а когда поняли, что дело плохо, спрятали драгоценное Красное знамя в лесу.

В плену Николай провел полтора года, потом ему удалось сбежать и даже найти спрятанное знамя. Его судили и отправили в лагерь для политзаключенных в поселке Инта (Коми АССР), где он провел 10 лет, один из которых – в одиночной камере. Выжить в «одиночке» ему помогала все та же материнская молитва.

4.jpg

В лагере Николай подружился с режиссером Алексеем Каплером. Режиссер известен тем, что в него была влюблена дочь Сталина Светлана Аллилуева. Роман почти 40-летнего Каплера с тогда еще школьницей Светой привел к тому, что в 1943 году Каплер был арестован, обвинен в связях с иностранцами и шпионаже в пользу Англии и выслан на пять лет в Воркуту. В 1948 году, освободившись, Каплер приехал в Москву в командировку, вновь был арестован и отправлен в исправительно-трудовой лагерь в Инту.

Родные вспоминают, что, когда Николаю потребовалась срочная операция, именно Каплер помог ему оформить документы и получить нужное лечение.

О судьбе Николая на родине долгое время никто не знал. О том, что Николай попал в плен, София Евстратьевна узнала от одной женщины, которой о злоключениях ее сына рассказал кто-то из приезжих.

По обе стороны колючей проволоки

Тем временем младший из братьев Степан тоже попал на трудовой фронт. Ему было 17 лет, когда его отправили на лесоповал в Ухту – город в нескольких сотнях километров от Инты. Оттуда Степана забрали в армию. Он оказался в офицерской школе, где выучился на кинолога. После обучения вернулся ненадолго в Казахстан, женился и отправился обратно на север.

И снова горькая ирония судьбы: по долгу службы Степану пришлось охранять политзаключенных того самого лагеря, где сидел его брат. За все время они ни разу друг с другом не заговорили. Боялись.

Степан остался жить в Ухте вместе с супругой, а когда Николай все-таки освободился, забрал его к себе. Спустя какое-то время Николай привел в дом женщину по имени Мария. Познакомились они в лагере.

Когда Степан с супругой решил вернуться в Казахстан, дом оставили Николаю. Еще пять лет после освобождения бывший узник считался невыездным, ему нужно было регулярно отмечаться. В Ухте у Николая и Марии родилась дочь Вера.

Реабилитировали Николая Копущу только в 1963 году. Умер он полтора года назад в Нижнем Новгороде, куда перебрался после смерти супруги.

Последние новости Казахстана и мира читайте на нашем Telegram-канале