просмотров 13913

Каиргельды Майданов – последний Герой Советского Союза и первый Герой России

Опубликовано: 24 Августа 2018 Автор: Эрик АУБАКИРОВ | Алматы
Каиргельды Майданов – последний Герой Советского Союза и первый Герой России

Сколько казахстанцев было удостоено звания Героя дважды? Школьник-отличник ответит: четверо – Сергей Луганский, Талгат Бегельдинов, Леонид Беда и Иван Павлов. И будет не прав. Потому что есть и пятый – Каиргельды Саинович Майданов.

Он был последним, получившим высокое звание Героя Советского Союза. И при этом был одним из первых представлен к звезде Героя Российской Федерации – но, к сожалению, посмертно. И долгое время оставался единственным, награжденным этими званиями одновременно. Сейчас таких людей четверо. Но и среди них Майданов единственный, кому оба звания были присвоены за подвиги на поле боя.

2.jpg

О нем мало знают в нашей республике. Прости нас, Каиргельды Саинович, что под именем Николая Майданова и Коли-счастливчика чтят тебя только на российской стороне, а вот в Казахстане ты совершено неизвестен…

Он родился 7 февраля 1956 года в поселке Таскудук Джамбейтинского района Уральской (ныне Западно-Казахстанской) области. Отец его, Саин, был простым рабочим. Мать, Галина Людвиковна, происходила из семьи ссыльных немцев. Растила двух дочерей и пятерых сыновей. В поселке жили в основном русские и немцы, поэтому неудивительно, что Каиргельды переименовали в Колю.

Жила семья Майдановых хоть и небогато, но весело и дружно. Еще учась в школе, Коля подрабатывал на кирпичном заводе и на элеваторе, отдавая матери первые заработанные рубли. Он был веселым, добродушным и общительным. Но в минуты опасности становился невозмутимым, действовал точно и расчетливо.  

Еще одно, редкое нынче качество было в характере Николая Майданова. Он умел по-настоящему дружить, для него немыслимо было бросить товарища в трудную минуту. После окончания десятилетки он с закадычным другом детства Алешей Шурихиным поехал в Актюбинск поступать в училище гражданской авиации. Сам Николай поступил, а вот друг завалился на врачебно-летной комиссии. Так вот, как Алексей его ни отговаривал, Майданов тоже не остался в училище.

Но небо манило. После армии Майданов поступил в Саратовское военное вертолетное училище. Его выпускники не блистали на парадах, не служили в столичных гарнизонах, но они были настоящими пахарями неба, солдатами авиации. Майданов места офицерской службы не выбирал, честно отслужив в шести военных округах. Прошел все ступени профессионального роста – от рядового летчика до командира полка. Еще один малоизвестный факт: бортмехаником на вертолете Майданова был Анатолий Вячеславович Лебедь – будущий Герой России, единственный офицер спецназа, служивший с протезом.

3.jpg

В 1984 году Николай Майданов первый раз попал в Афганистан. Вертолетчиков Афгана солдаты называли «ангелами-хранителями». Без преувеличения можно сказать, что вертолеты вынесли на себе всю тяжесть афганской войны. Главным типом вертолета был Ми-8, за штурвал которого и сел Николай Майданов. По большому счету на этой машине, без всякого преувеличения, держался весь наш контингент. Спросите любого ветерана Афгана, с чем ассоциируется его служба, и он обязательно назовет ключевое слово – «вертушки»!

Ми-8 был и остается универсальной машиной. Ее использовали и как транспортную, и как боевую. Не было вылета, чтобы на фюзеляже не оставались следы от винтовочных и пулеметных пуль. 5-6 вылетов в день, 7-8 часов в воздухе. В боевой обстановке забылись мирные полеты – летали с перегрузками, делали виражи с креном под 90°, самолетно-истребительные развороты, горки с перегрузками, крутые пикирования. Все то, что запрещалось инструкциями, и то, что надо было делать в реальной боевой обстановке. Пилоты вертолетов предпочитали работать на самых малых высотах – хотя там они подвергались обстрелу из стрелкового оружия, зато попадания «стингеров» сводились к минимуму. Самое главное, на малых высотах вертолеты оказывали большее психологическое воздействие на противника. Многотонная машина, изрыгая огонь, неслась на уровне второго этажа. Моджахеды боялись наших «вертушек» больше всего и установили специальную премию в 500 тысяч афгани за каждый сбитый вертолет.

Анатолий Лебедь и Николай Майданов..jpg

Настоящая слава пришла к Майданову во время второй командировки в Афганистан, в 1987 году. Он принимал участие в боевых операциях в Панджерском ущелье, у Ташкудука, Мазари-Шарифа, Газни, Джелалабада. Совершил 1250 боевых вылетов, высадил более 200 разведгрупп, уничтожил 10 караванов с оружием, вывез с поля боя 85 раненых солдат и офицеров, перевез до 1000 десантников и более сотни тонн груза.

Именно с тех дней за Николаем Майдановым укрепилось прозвище «Коля-счастливчик». Он стал настоящим королем афганского неба, лучшим асом-вертолетчиком Афганистана и Советского Союза, а, значит, и всего мира.

5.jpg

Его помнят не только наши солдаты, но и сами афганцы. Однажды ему пришлось эвакуировать бойцов правительственной армии со скалы высотой 3500 метров. Из-за разреженного воздуха пришлось облегчать вертолет – сняли все навесное оборудование и даже двери. В пустыне Регистан Майданов спас несколько сотен кочевников-белуджей, вывезя их из бушевавшего песчаного смерча.

Летное мастерство офицера было так высоко, что командование разрешило ему поиск целей в режиме «свободной охоты», то есть без согласования с начальством. Редко когда с таких вылетов он возвращался с неиспользованным боекомплектом. В Газни «духи» повысили премию за голову Майданова вдвое – вместо 500 тысяч предлагали миллион афгани.

А потом был был полет, который обессмертил имя Майданова. До сих пор про него ходят легенды среди спецназовцев и вертолетчиков. О нем помнят даже постаревшие афганские моджахеды.

Летом 1988 года наши спецназовцы, узнав о передвижении крупной банды душманов, устроили на пути засаду. Информация оказалась неточной, «духов» было гораздо больше, чем предполагалось. И это были не простые крестьяне с ружьями, а элитное подразделение спецназа моджахедов, отлично обученные и вооруженные бойцы – отряд «Черные аисты». Командовал ими тогда еще молодой, но дерзкий Усама Бен Ладен. Группу «шурави» они окружили на маленьком горном пятачке. Патроны у наших солдат были на исходе, все бойцы изранены. Поступил приказ командира приготовить гранаты для самоподрыва – наших спецназовцев душманы в плен брали только для истязаний.

Но на выручку шли «вертушки» эскадрильи Майданова. На пятачок сел только борт «ноль-одиннадцать», за штурвалом, которого был сам Каиргельды Саинович. Остальные прикрывали его огнем с воздуха.

photo_214480.jpg

Бойцы затащили на борт мертвых и раненых. Одного бойца нет! Вертолет перегружен. Задрав хвост и почти бороздя носом землю, он едва оторвался от площадки и сменил место ожидания. Раздался невозмутимый голос Майданова:

– Или забираем всех, или все остаемся.

Четверо солдат, вывалившихся на поиск в сплошном дыму и копоти, на ощупь искали забытого. Он нашелся почти сразу – мальчишка-первогодок. С выпученными глазами, обняв валун в арыке, солдат дико хохотал. Его едва отцепили.

35 человек в вертолете – немыслимая перегрузка. Взлететь он мог только «по-самолетному», с разбега по узкой короткой тропе. По сути, это было невозможно. «Черные аисты» даже прекратили огонь и вылезли из укрытий, чтобы посмотреть, как свалятся в пропасть «шурави» с их безумным пилотом.

Перегруженный вертолет медленно и тяжело стал разгоняться. В тот момент, когда шасси оторвались от земли на сантиметр, «взлетная тропинка» оборвалась – внизу стометровая пропасть. Многотонная машина, падая в бездну, успела за несколько десятков метров набрать недостающее число оборотов винта, прекратила сваливание и, медленно набирая высоту, стала уходить в сторону базы. Изумленные «аисты», повылезавшие из щелей, не стреляли – они аплодировали и потрясали оружием, приветствуя столь достойного врага.

29 июля 1988 года за мужество и героизм, проявленные при выполнении воинского долга, Николаю (Каиргельды) Саиновичу Майданову было присвоено звание Героя Советского Союза. Он был последним Героем великого государства, уходящего в историю.

После распада СССР Майданов вернулся в Казахстан, где был назначен командиром 157-го вертолетного полка, дислоцирующегося в Жамбыле (Таразе). Жизнь там не заладилась. Не решались квартирные и другие житейски-бытовые вопросы. На родине предков герою не нашлось места. А, главное, тогда казахстанская авиация сидела на голодном пайке – не было топлива, полеты практически прекратились. Для такой деятельной натуры как Майданов жизнь без неба и полетов была попросту невыносимой.

Еще один немаловажный аспект: для офицеров Советского Союза именно Россия представлялась преемником той великой державы, которой они давали присягу и верно служили. После долгих раздумий Майданов уезжает с семьей в Россию, где его принимают с распростертыми объятьями. Он получает под командование вертолетный полк в Монино, городке, расположенном недалеко от Санкт-Петербурга.

Штабная работа не для него. Он снова садится за штурвал вертолета, а когда его спрашивают, почему он так делает, отшучивается: «Я стараюсь сделать так, чтобы в бой шли одни старики». Потом серьезно объясняет: «У нас в части смена поколений. Пришло много молодых лейтенантов. В училищах — дефицит горючего, а без него многому не научишь».

На войне, несмотря на кровь и лишения, все начинают верить в Бога. Даже генералы и закоренелые атеисты. Не исключением был и Николай Майданов. Несмотря на то, что его отец был мусульманином, а мать протестанткой, офицер принял православие. Крестным отцом для него стал генерал-майор Анатолий Филепенок, сын которого, Евгений, погиб за несколько месяцев до этого в Чечне.

Вскоре туда отправился и Коля-счастливчик. Чеченские боевики оценили голову Майданова гораздо выше, чем афганские моджахеды – в полмиллиона долларов США.

13 декабря 1999 года вертолет Майданова, вытаскивая в Аргунском ущелье экипажи и десант с трех сбитых «вертушек», оказался на краю гибели – по нему стреляли с 40 огневых точек. Результат – 15 пробоин и перебитый топливный провод. Но офицер выполнил боевую задачу. Через две недели он спас командующего группировкой на Северном Кавказе генерал-полковника Виктора Казанцева и журналистов, сумев остановить обледенелый вертолет на краю пропасти.

29 января 2000 года очередной вылет. Надо срочно эвакуировать группу десантников, попавших в засаду. На задание отправились три «вертушки». Огонь боевиков был сосредоточен на командирской машине. Пуля снайпера, срикошетив от приборной доски, угодила Майданову в грудь. Он не выпустил штурвала из рук. Еще одна пуля попала в шею в момент набора высоты. Задеты важные артерии, перебиты шейные позвонки, но Майданов продолжает управлять машиной. Лишь когда убедился, что все уже в безопасности, передал ручку управления второму пилоту… Через минуту он умер на руках бортмеханика. Умер в небе, которое так любил.

За несколько дней до гибели он был представлен к чину генерал-майора.

Во время похорон, которые состоялись в Санкт-Петербурге, были официально оглашены национальность 43-летнего Николая Майданова и его первое имя – Каиргельды.

У нас любят восхищаться западными мускулистыми и туповатыми суперменами. А ведь рядом с нами, часто незаметно, живут настоящие герои, которым киношные Рэмбо в подметки не годятся. Такие, как Каиргельды Саинович Майданов – казах и Герой России.