просмотров 1007

Как верблюжья батарея рейхсканцелярию штурмовала

Опубликовано: 03 Мая 2018 Автор: Эрик АУБАКИРОВ | Алматы
Как верблюжья батарея рейхсканцелярию штурмовала

Известный казахстанский журналист Михаил Ярич долгие годы работал редактором восточноказахстанской газеты «Прииртышье». И мало кто знал, что этот скромный человек и прекрасный специалист во время Великой Отечественной войны участвовал во взятии Берлина и штурме бункера Гитлера…

Михаил Ярич родился в 1925 году в восточноказахстанском селе Акжол. После окончания Ташкентского стрелково-минометного училища попал на фронт в 5-ю ударную армию. Командовал минометным взводом. Вскоре начальство заметило толкового и исполнительного командира, и Ярич был переведен в офицеры связи.

0_a03f1_d775c82f_orig.jpg

5-я ударная армия сыграла главную роль во взятии Берлина. Бойцы штурмовали главные правительственные здания: гестапо, министерство авиации, рейхсбанк и Рейхсканцелярию, где размещался штаб обороны Берлина. Кстати, в подвале под Рейхсканцелярией находился личный бункер Гитлера, откуда бесноватый фюрер, подобно пауку, раскинул свои сети над агонизирующей Германией. Ожесточенные бои велись за каждый дом, за каждый метр территории.

0_19e53_b05dc072_orig.jpg

«На Потсдамском мосту наши танкисты использовали хитроумный прием, – вспоминал Михаил Ярич. – Они прикрепили на задней броне своих боевых машин обугленные канистры и промоченные соляркой тряпки. Когда танки вышли к мосту, эти тряпки были подожжены. Расчеты немецких противотанковых орудий и экипажи «тигров», открывшие поначалу прицельный огонь, вскоре прекратили его, решив, что с советскими танкистами покончено. Однако спустя некоторое время наши танки вновь рванули вперед. Пока немцы приходили в себя и осознавали, что произошло, нападавшие сумели пересечь мост и ворваться в расположение обороны противника. Вслед за передовой группой «тридцатьчетверок» последовали и остальные боевые машины.

Части 230-й и 248-й дивизий 29 апреля выбили фашистов из почтамта. Я помню подвалы этого объекта. Просторные помещения со многими перегородками. Горы неотправленной корреспонденции. Горы периодических изданий. На многих языках, в том числе и на русском. Журнал с цветным портретом на обложке. Это министр Лей, а журнал называется «Европа трудится». Известно, что в Германию были согнаны рабы из стран оккупированной Европы. И в номере журнала прославляются их «славные» дела и распрекрасная жизнь…

Цивильные берлинцы, старые и малые, начали выбираться из подвалов и других укрытий. У афишной тумбы уже толпилось до десятка немцев, они читали наклеенный там приказ коменданта города. Возвращаясь с пачкой карт, полученных в штабе корпуса, я увидел порядочную толпу. Стоял грузовик, и двое наших солдат выдавали немцам хлеб и консервы. Под напором голодной толпы солдаты растерялись. Подбирая немецкие слова, я крикнул, призывая соблюдать порядок. Мгновенно люди вытянулись в цепочку: слова мои подействовали.

В сторонке, не решаясь подойти к толпе, стояла ветхая старушка с девочкой 10–12 лет. Обращаясь ко мне, офицеру, старушка стала что-то лепетать. Фразы ее можно было понять и без перевода – от голода у нее блестели глаза. Рот у ее внучки был раскрыт, она делала глотательные движения. Я взял у солдат из ящика банку консервов, буханку хлеба и отдал старой женщине. «Данке шён, данке шён», – шептала старушка, а девочка протянула руку. На раскрытой ладошке лежали золотые женские часики. Я сделал отрицательный жест рукой, как мог пояснил, что вот-вот стрельба закончится. Вся толпа стояла тихо и смотрела на меня как на чудотворца. Снабженцы объяснили мне, что раздача продуктов ведется по приказу советского коменданта. В тот день Берзарин накормить берлинцев не мог, конечно, но он сеял надежду на спасение…

Первым по Рейхсканцелярии открыло огонь орудие сержанта Григория Нестерова, заряжающим у которого был татарин Кармалюк. А притащили это орудие через всю войну в Берлин… два верблюда – Машка да Мишка. Снаряд верблюжьей батареи, пущенный прямой наводкой, влетел в окно Рейхсканцелярии. Узнав об обстреле Рейхсканцелярии, менее чем через час Гитлер покончит с собой, предварительно отравив жену и собаку.

Комнаты в самой Рейхсканцелярии большие, заваленные сожженными бумагами и битой каменной крошкой. Груды гильз, трупы эсэсовцев. В одной из комнат огромный простреленный глобус. В другой – горы фашистских орденов и медалей от железных крестов до медалей за спасение утопающих. Еще в одном помещении молодой темноволосый казах с широкими скулами учился ездить на трофейном велосипеде. Сад Рейхсканцелярии представлял собой удручающее зрелище. Привалившись к деревьям, лежали мертвые эсэсовские офицеры. По крови на висках и боку ясно было, что все они покончили жизнь самоубийством. А вот в бункер Гитлера меня не пустили. Его сразу оцепили офицеры Смерша – искали тело Гитлера. Даже маршала Жукова не пустили. А вот труп Геббельса и его жены я видел. Его не сожгли, так, присыпали второпях землей…».

Прошел солдат из Восточного Казахстана огненными дорогами. Видел кровь и смерть. И дошел до Берлина, чтобы больше никогда не было подобной войны...