просмотров 2437

За что с воина-«афганца» Дмитрия Игнатенко перед строем сорвали погоны?

Опубликовано: 11 Февраля 2019 Автор: Владислав КОЖУХАРЬ | Актобе
За что с воина-«афганца» Дмитрия Игнатенко перед строем сорвали погоны?

Из всех воинов-интернационалистов тяжелее всего пришлось тем, кого призвали в эпоху перестройки. Ведь уходили они из одной страны, а вернулись совсем в другую. Да и в горячей точке голая идеология уже не работала…

Дорога «за речку»

Дмитрий Игнатенко мечтал попасть в Афганистан еще до призыва. Он внимательно смотрел выпуски новостей и ждал того момента, когда ему выпадет шанс исполнить свой интернациональный долг. Поэтому в 1986-м, когда призывникам приказали рассчитаться на первый-второй и все первые отправились в учебку под Ашхабадом, Дмитрий очень обрадовался. Хотя в новостях о войне в Афганистане говорили много, сами участники боевых действий предпочитали свое участие в ней не афишировать. В маленьком поселке на Мангышлаке, откуда был призван Дмитрий, жили два «афганца». О том, где они проходили службу, не знали даже соседи.

В мае 1987-го после учебки ребят отправили «за речку». Так между собой военные называли границу с Афганистаном, проходившую по реке Пяндж. Дмитрий был младшим сержантом разведвзвода и с нетерпением ждал военной романтики. Но романтики на войне не было.

Не пловом единым

Пополнение везли на КамАЗе, и когда послышались выстрелы, кто-то из офицеров заорал: «Ложись!». Потом старослужащие долго хохотали над трясущимися от страха молодыми солдатами. Оказалось, что стреляли свои –от скуки, а моджахеды были за десятки километров.

Уже на месте «старики» рассказали о неуязвимости «духов» в горах, где была целая система пещер и тоннелей. Какие-то коридоры создала сама природа, а какие-то дехкане веками прорубали мотыгами. Никто из советских солдат не решался туда сунуться, зато местные знали там каждый уголок. Забрасывать гранатами такое укрытие было бесполезно. «Духи» успевали уйти далеко за считанные минуты. Говорили, что в тоннелях их невозможно достать даже напалмом.

Война к тому моменту длилась уже восемь лет, поэтому многие бытовые вопросы были решены. Построили бараки вместо палаток, да и снабжение продуктами было налажено неплохо. На кухню взяли узбеков, которые вместо солдатской каши готовили настоящий самаркандский плов, а офицеры даже смотрели по вечерам маленький телевизор.

Сколько стоит человек

Тем не менее дедовщина в Афганистане была страшная. Намного хуже, чем в обычных военных частях. Во-первых, «салагами» призывники оставались на полгода дольше. Сначала они прислуживали дембелям в учебке, потом на них стали вешать всю грязную работу в Афгане. Во-вторых, старослужащие, успевшие хлебнуть ужасов войны, становились более жестокими. Не каждый солдат мог выдержать такое.

– Как-то нас взяли с собой особисты, и мы поехали в далекий кишлак. Зачем мы едем, нам не говорили до последнего. Только на месте выяснилось, что мы отправились обменивать дезертира, – говорит Дмитрий. – Парень не выдержал издевательств «дедов» и убежал, взяв с собой автомат и мешок муки. В ауле он принял ислам и даже женился. Так он прятался целых три года. Наконец его сдали сами местные. Выменяли человека на 10 мешков муки, а перед тем, как приехали солдаты, отобрали у него оружие.

Восток – дело тонкое

Солдатам выдали специальную памятку о том, как нужно вести себя в чужой стране. Для полной доходчивости каждый пункт был снабжен иллюстрацией. Под запрет попадали совсем невинные в СССР вещи. Например, нельзя было купаться или загорать в местах, где кто-то из местных мог тебя увидеть – голый торс афганцы воспринимали как жестокое оскорбление. В 50-градусную жару соблюдение этого пункта казалось настоящей пыткой. Нельзя было заходить на женскую половину дома, но на практике это правило часто игнорировалось, особенно при зачистках. Хотя солдаты и старались этот пункт не нарушать без надобности. Ведь оскорбленный хозяин, до того лояльно относившийся к советским солдатам, мог взяться за оружие и уйти в горы.

афганец Игнатенко1.JPG Нам приходилось осторожничать. Зачем наживать себе врагов? Правила, конечно, нарушали, но очень аккуратно. Если брали фрукты в чужих садах, то старались, чтобы хозяин ничего не заметил, – вспоминает Дмитрий. – И конечно, не наглели. Не брали лишнего.

Джинсы или погоны?

Посещать «дуканы» (магазины, где торговали всем – от жвачек до японских магнитофонов) тоже категорически запрещалось. Но это было самым большим искушением для солдат. Запрет нарушали практически все.

Солдатам выдавали по семь чеков (каждый чек равнялся одному доллару), а офицерам – 14. Этого вполне хватало, чтобы закупать дефицитные товары. К тому же продавцы охотно выменивали свой ширпотреб на более ценимые тут вещи: муку, сахар и консервы. Особенно ценилась в Афганистане советская томатная паста.

Снедь выменивали на джинсы-варенки, пакистанские платки, французские духи и аппаратуру. Бартер мог обернуться наказанием, но солдат это не останавливало.

Когда особисты нашли у меня подарки, которые я собирался отвезти домой, они поставили мне ультиматум: или я сдаю им все это, или меня лишают погон, – вспоминает Дмитрий. – Подарки я отдавать не стал. Наказание постарались сделать унизительным. Не только лишили погон, но и перед строем разорвали мои наградные листы. Хотя ребята меня поняли и не осуждали. Все знали, что офицеры везут домой барахло чуть ли не вагонами.

На гражданке Дмитрий относительно легко приспособился к мирным реалиям. Он устроился военруком в школу, так что переход к штатской жизни не был резким. Дмитрий ни капли не жалеет, что попал в Афганистан, но связывать жизнь с силовыми структурами не стал. Сейчас он зарабатывает на жизнь мирной профессией дизайнера.

Последние новости Казахстана и мира читайте на нашем Telegram-канале