Центральная Азия: проблемы и решения. Часть четвертая

Опубликовано: 07 Февраля 2019 Автор: Подготовил Альтаир РАСУЛ | Алматы
Центральная Азия: проблемы и решения. Часть четвертая
ЭК
просмотров 2862

Руководитель аналитической группы «Центральная Евразия» (Узбекистан) Владимир Парамонов организовал виртуальную экспертную дискуссию по вопросам развития и взаимодействия стран региона. На его приглашение откликнулись свыше 100 экспертов из Узбекистана, Туркменистана, Таджикистана, Кыргызстана и Казахстана, прислав свои ответы на два заданных вопроса: «Какие основные проблемы на пути развития стран Центральной Азии и взаимоотношений между ними вы бы обозначили?» и «Как, на ваш взгляд, можно наиболее эффективно решать данные проблемы?». В рамках информационного партнерства «ЭК» продолжает публикацию наиболее интересных, на взгляд редакции, мнений. 

Павел Дятленко-2.jpg

Павел ДЯТЛЕНКО (Кыргызстан), докторант Кыргызско-Российского Славянского университета:

Проблемы

К основным проблемам стран ЦА можно отнести происшедший после 1991 года стремительный откат в развитии обществ и экономико-политических систем на историческую эпоху назад, в новое средневековье.

Глубина архаизации и деградации в конкретных государствах региона, конечно, разнится. Тем не менее современное индустриальное и постиндустриальное общество во всех странах ЦА существует лишь локально – в крупных городах, вокруг них и рядом с крупными промышленными объектами. Оно не доминирует ни в одном из центральноазиатских обществ. Все это означает невозможность самостоятельной модернизации.

В экономическом плане в регионе установился периферийный капитализм, который превратил наши республики в транзитно-сырьевое приложение к развитым странам и мировой экономике.

На постсоветском пространстве есть только один устойчиво развивающийся интеграционный проект – ЕАЭС.

Пути решения

Перед Центральной Азией стоит неизбежный выбор из трех возможных вариантов будущего:

– сохранение своего периферийного положения в мировой экономике и продолжение выживания за счет транзита чужих товаров и получения природной ренты (до ее истощения);

– постепенное превращение в придаток к чужому интеграционному проекту (Китай или арабский мир);

– создание собственного интеграционного проекта вокруг стратегического партнера – России. Интеграция приведет к постепенному восстановлению в Северной Евразии самостоятельного геополитического центра в виде союза государств.

Владимир ПАРАМОНОВ.jpg

В итоге у постсоветских стран ЦА, на мой взгляд, есть шанс на сохранение своих обществ, самостоятельную модернизацию в условиях нового геополитического противостояния. Для достижения названной цели потребуется реинтеграция в единое пространство, что позволит объединить различные ресурсы для общей модернизации, последующего совместного развития и успешного продвижения в глобальное пространство. На постсоветском пространстве есть только один устойчиво развивающийся интеграционный проект – ЕАЭС.

Часть стран Центрально-Азиатского региона уже являются членами Евразийского экономического союза. Это Казахстан и Кыргызстан. Таджикистан и Узбекистан активно развивают связи со странами ЕАЭС и в перспективе будут сближаться с Евразийским союзом.

  

Владимир ПАРАМОНОВ, кандидат политических наук / Ph.D., основатель / руководитель аналитической группы «Центральная Евразия» (Ташкент, Узбекистан) и одноименного интернет-проекта (www.ceasia.ruwww.ceasia.org):

Вы выделили Россию в качестве принципиально важного партнера и даже друга ЦА, отметили важность интеграционных процессов на постсоветском пространстве. Но у меня возникает ряд вопросов:

– Что значит Центральная Азия для самой России?

– Действительно ли Россия нуждается в ЦА и реальной интеграции с ней?

– Экономическая интеграция России со странами региона или все же экономическое поглощение Россией Центральной Азии?

– Чем Россия отличается в своих подходах к региону от других держав, например от Китая?

– Насколько реальны и перспективны современные формы интеграции на постсоветском пространстве, в том числе в рамках ЕАЭС?

Выношу эти вопросы на обсуждение. Также выскажу свое мнение.

На мой взгляд, никакой интеграции не было и нет, а на постсоветском пространстве продолжается дезинтеграция. Мое утверждение связано с оценкой общих, иными словами, магистральных процессов и одновременной констатацией крайней слабости усилий по реинтеграции. Имею ввиду процессы не только в экономической сфере постсоветского пространства, но и в остальных сферах: политической, социальной и сфере безопасности. Уверен, что процессы во всех этих сферах надо рассматривать только в комплексе, междисциплинарно.

Как представляется, если даже и есть некие успехи реинтеграции в торгово-экономическом сегменте, то в целом во всех остальных основных сферах мы, государства постсоветского пространства, в том числе ЦА, продолжаем дрейфовать в разные стороны. И здесь я уже не говорю о тех постсоветских странах, которые, по сути, уже потеряны для полноценной интеграции: о странах Прибалтики и Украине… Говорю только о тех странах, которые к ней еще могут быть готовы, если поставят во главу угла своего развития именно общенациональные, долгосрочные и стратегические интересы, а не узконациональные, краткосрочные и тактические.

Итак, теперь поделюсь своими оценками по поводу того, что происходит в каждой из сфер.

Во-первых, приведу некоторые примеры процессов в той же социальной сфере. В ряде постсоветских стран наблюдается стремительное забывание русского языка как языка межнационального общения. Кроме того, практически во всех странах бывшего СССР поднимает голову национализм, а идеи интернационализма не находят никакой государственной поддержки. Да и кто вообще об этом думает? К тому же стоит принять как данность разные образовательные стандарты, а уровень самого образования катастрофически снижается. Говоря об образовании, имею в виду все его ступени: от дошкольного и выше. В целом же совершенно очевидно, что народы постсоветских стран социально стали дальше друг от друга: меньше общаются и взаимодействуют, ориентируются на выполнение более разных задач, меньше понимают друг друга.

Во-вторых, в сфере безопасности ситуация также очень незавидная. Продолжается разрушение всего комплекса безопасности, в том числе оборонного, единых военно-технических и военно-образовательных стандартов, многих других элементов. Но главное, что касается сферы безопасности постсоветского пространства, так это то, что эта сфера утратила свою основную функцию – функцию защиты общих экономических интересов и проектов. Сфера безопасности как бы живет своей собственной жизнью, в отрыве от реальных целей, в отрыве от экономики. Часто безопасность видится как самоцель. Где же те жизненно важные и объединяющие всех нас экономические проекты, локомотивы нашего общего развития? С момента распада СССР у постсоветских стран не было ни одного общего мегапроекта! Вот такие межстрановые и межрегиональные мегапроекты и должны, по идее, защищать формируемые системы безопасности.

В-третьих, интеграционные подходы в сфере экономики почему-то сведены к чистой торговле. Да и в целом преобладают либеральные схемы, принципы и подходы. А где та же ставка на промышленную интеграцию? Где ставка на развитие реальных секторов экономики? Где реиндустриализация? Где инновации в сельском хозяйстве, энергетике? Где жизненно важный для огромных евразийских пространств акцент на развитие транспорта и коммуникаций? Где стратегическое планирование? Где вообще советская школа экономики? Почему мы очень часто заимствуем опыт Запада, но не используем свой собственный? Вопросов очень много...  

В-четвертых, теперь перейдем непосредственно к сфере политики. Давайте не будем забывать, что именно ельцинская Россия начала избавляться от груза национальных республик, усилив дезинтеграционные настроения на всем постсоветском пространстве. Вспомните, как нелепо раньше назывался День России: Днем независимости России! Независимости от кого?

Да, с приходом к власти В. В. Путина что-то изменилось и наметились некоторые признаки реинтеграции. Однако надо честно признать, что предпринимаемых интеграционных усилий явно недостаточно для обеспечения системного прорыва в развитии. Причем недостаточно именно в экономической сфере, за которой, на мой взгляд, должны будут подтянуться и все остальные.

Единая же политическая платформа, по-моему, это результат совместных усилий в сферах экономики, безопасности и социальной сфере, это результат серьезной совместной работы. А работу надо начинать именно с формирования экономического фундамента отношений! Не надо ставить телегу впереди лошади и начинать с координации внешней политики, политической интеграции, тогда как фундаментальные вопросы не решены. Более того, часто получается, что различные структуры, в том числе интеграционные, действуют как рак, лебедь и щука из известной басни Крылова: тянут воз в разные стороны и в разных плоскостях. Здесь тоже большое поле для работы.

Более того, для меня крайне важным является вопрос о политических настроениях в наших обществах. Чего хотят народы? Уверен, что они хотят справедливости, в том числе честного распределения доходов, широкого доступа к социальным благам (той же медицине, тому же образованию), свободы передвижения и многих других свобод. Есть ли все это в России? Если нет, то каким примером, каким центром притяжения и интеграции может быть Россия?


Фаррух САЛИМОВ.jpg

Фаррух САЛИМОВ (Таджикистан), доцент Таджикского национального университета:

Проблемы

По сути, вопрос состоит из двух частей. Если начать с первой, а именно с определения проблем, стоящих на пути развития стран ЦА, то, на мой взгляд, особо выделяются следующие:

– коррупция;

– недостаточно эффективное государственное управление;

– уклонение от региональной интеграции;

– низкий уровень развития человеческого капитала;

– поверхностность проводимых/или вообще отсутствие реформ;

– неэффективность экономических институтов.

В свою очередь, если принять во внимание новую политику Ташкента, то среди оставшихся проблем на пути развития взаимоотношений между странами ЦА можно обозначить следующие:

– сформировавшееся за период независимости чувство недоверия друг к другу;

– ориентация на совершенно противоположные внешние цели и разные центры силы;

– отсутствие координирующих органов (в виде региональной организации экономического, военно-политического и иного характера);

– отсутствие общего видения региональной интеграции со стороны лидеров стран ЦА;

Для решения существующих проблем между странами ЦА необходимо создать региональную научную и экспертную площадку.

– политика ведущих внерегиональных акторов, направленная на геополитическое и геоэкономическое доминирование в ЦА;

– наличие (все еще) спорных/проблемных вопросов между странами региона (пограничных, ресурсных, территориальных и др.).

Пути решения

Во-первых, для решения существующих проблем между странами ЦА необходимо создать региональную научную и экспертную площадку. На этой площадке следует регулярно проводить различные мероприятия научного, аналитического, исследовательского характера на наиболее актуальные темы сотрудничества в ЦА. Важно привлекать к данным мероприятиям общественные и политические организации, представителей творческих кругов, культуры, искусства и т. д.

Во-вторых, следует приветствовать и поддерживать инициативы лидеров стран региона по интеграции. На мой взгляд, важную роль в развитии взаимоотношений государств региона могла бы сыграть культурная дипломатия. Народы региона объединяют общая история, культура, ценности и ментальность. Поэтому нашим странам легче достичь консенсуса в вопросах региональной интеграции.

В-третьих, безусловно, следует восстанавливать существовавшие в недалеком прошлом хозяйственные связи между странами региона. Это касается и реанимации деятельности единой энергетической системы ЦА, и восстановления/развития транспортно-коммуникационной системы, и активизации работы структур, занимающихся решением региональных проблем,например, фонда спасения Арала.

Рустам БУРНАШЕВ.jpg

Рустам БУРНАШЕВ (Узбекистан), кандидат философских наук, профессор Казахстанско-Немецкого университета (Казахстан):

Проблемы

Очевидно, что я не смогу обозначить все сложности развития стран ЦА. Моя компетентность, как и компетентность любого другого специалиста, ограничена. Остановлюсь только на том сегменте, который изучаю специально, на вопросах безопасности.

Итак, по моему мнению, основные сложности на пути развития стран ЦА в сфере безопасности связаны с их структурными особенностями: все они могут быть оценены как слабые государства, а в некоторой степени даже как государства демодернизирующиеся. Так, ключевой особенностью слабых государств является отсутствие целостности властного поля, его фрагментированность. Структура власти в слабых государствах строится не по схеме «центр – периферия», а предполагает множественность конкурирующих центров. Каждая социальная группа (этническая, религиозная, группа влияния), выступающая как один из множества центров власти, стремится повысить собственную безопасность, что воспринимается другими группами как вызов или угроза их безопасности и, соответственно, порождает ответные действия.

Иначе говоря, рост безопасности одной социальной и властной группы уменьшает безопасность в системе в целом. Поскольку режим в слабых государствах представляет одну из социальных групп, любая его попытка укрепить собственную безопасность или даже установить эффективное государственное управление провоцирует вызовы для власти со стороны других влиятельных социальных групп, их сопротивление и дальнейшее расшатывание институциональной основы государства. Известный специалист-международник Брайан Джоб описывает такую ситуацию как дилемму небезопасности, которая в итоге может рассматриваться в качестве основной проблемы стран ЦА с точки зрения вопросов безопасности.

Еще один проблемный момент – излишний акцент в странах ЦА на безопасности. Многие вопросы, которые могут рассматриваться и решаться в нормальном политическом поле, здесь позиционируются как угрозы, то есть рассматриваются исключительно в контексте безопасности.

Еще один проблемный момент – излишний акцент в странах ЦА на безопасности. Многие вопросы, которые могут рассматриваться и решаться в нормальном политическом поле, здесь позиционируются как угрозы, то есть рассматриваются исключительно в контексте безопасности. Это приводит к тому, что для их решения начинают приниматься экстраординарные меры, зачастую с трансформацией или даже нарушением правовых и политических норм. Например, излишне секьюритизируются вопросы, связанные с деятельностью политической оппозиции, некоторых религиозных групп, международных фондов. Все эти факторы мешают нормальному развитию стран.

Вторая часть вопроса, по моему мнению, гораздо проще: поскольку государства ЦА слабые, то их влияние не выходит за рамки их границ. Более того, все страны региона разделяют «вестфальские» нормы современной системы международных отношений, что обеспечивает их защищенность от традиционных угроз безопасности со стороны друг друга и соседних государств. Таким образом, в настоящий момент я не вижу сложностей во взаимоотношениях между странами ЦА, которые можно было бы обозначить как проблемы.

Пути решения

Решение внутренних проблем безопасности стран ЦА, на мой взгляд, лежит в изменении структуры власти и модернизации. Фактически можно говорить о необходимости их революционной трансформации в либерально-демократическом направлении. Поскольку, по моему мнению, мы не имеем межгосударственных проблем, то их решения и не требуется. Однако позволю отметить, что возврат стран ЦА к модернистскому варианту развития существенно снизит те барьеры, которые имеются на пути сотрудничества между этими государствами.

Улан ДЖАПАРОВ-2.jpg

Улан ДЖАПАРОВ (Кыргызстан), архитектор, руководитель архитектурной студии Museum («Музей»), куратор проектов современного искусства:

Проблемы

Не очень разбираюсь в вопросах политики, геополитики, экономики, социальных исследований, истории и пр. Моя экспертность опирается лишь на небольшой опыт художественного взаимодействия с разными участниками из стран ЦА, а также на некоторые собственные ощущения и представления обывателя. Поэтому мой комментарий будет носить несколько обобщенно-метафорический характер.

Кажется, что стоит отойти от общепринятой формулировки: «проблемы, которые стоят на пути (мешают) развития(ю) стран ЦА». Есть, конечно, некоторый набор объективных условий, трудностей и проблем, с которыми мы все сталкиваемся. Но это та плата, которую пришлось заплатить за собственную независимость, за полный демонтаж существовавших на момент распад СССР связей, производственных отношений и пр.

Проблемы между странами ЦА не сами по себе существуют, они – место стыка внешних форм (оболочек) тех интересов и неоднозначных процессов становления социума, которые происходят внутри конкретных государств региона. Процесс формообразования для каждой из стран ЦА только в начале, мы ищем свою форму. Вроде все атрибуты государственности есть, но тот волюнтаризм и произвол, который можно проявлять по отношению к своим гражданам, не проходит на межгосударственном уровне. Поэтому большинство авторитарных режимов замкнуты на себя. Также существует некий скрытый комплекс неполноценности, который прячется за громкими национальными идеями своей исключительности или заботой о безопасности. Это как болезнь роста, которой необходимо переболеть. Процесс может занять чуть больше или меньше времени в зависимости от тех политических деятелей, кто готов/не готов воспринимать реальную ситуацию и адекватно реагировать.

Проблемы внутри и между странами мной воспринимаются как вызов, экзамен для перехода в более зрелую стадию становления, что сопряжено и со сменой поколений.

В кыргызском традиционном орнаменте (в войлочных шырдаках) есть интересный принцип – равнозначность формы и фона. Тот рисунок, который вырезается из листа войлока одного цвета, оставляя орнаментальный фон, используется как вставка в полотно другого цвета, из которого в свою очередь также вырезан орнамент… Можно сказать, что форма формирует фон, а можно сказать, что и фон воспринимает только ту форму, которая для него подходит.

Сопоставление, притирка между теми внутренними, во многом специфичными формами, которые приобрели наши страны, и внешним фоном – это тот процесс, который реально происходит в ЦА в отличие от различных многократно заявленных объединительных инициатив, содружеств и пр. Проблемы внутри и между странами мной воспринимаются как вызов, экзамен для перехода в более зрелую стадию становления, что сопряжено и со сменой поколений.

Пути решения

Я люблю не разные стратегии и институциональные инициативы, а то, что происходит как бы само собой. Именно оно достойно изучения и качественного изменения, здесь и нужны спецы, кураторы. Понимаете, я немного по-другому работаю, специально никого не приглашаю сотрудничать, уже есть некая общность партнеров/друзей со всех стран ЦА, периодически делаем разные проекты.

Чтобы плавать, надо плавать, нет нужды в чьих-то разрешениях. По поводу советов – могу посоветовать вашему сайту большего разнообразия тем: тех элементов, которые, собственно, и оживляют нашу в ЦА пеструю атмосферу, – туризм, кухня, ремесленники.

На уровне отношений локальных сообществ ЦА (художественной среды, ремесленников, мелкой торговли, туризма) особых проблем нет. Идет взаимодействие, где-то его основой становится чисто человеческий интерес, где-то взаимовыгодное сотрудничество. Такое ощущение, что мы заново переоткрываем друг друга. Например, в художественной среде уже есть устойчивое понятие «современное искусство Центральной Азии», где художники разных стран имеют свою нишу, специфику и в то же время дополняют друг друга. Впрочем, переосмысление, ироничное обыгрывание и художественная репрезентация проблемных моментов как раз и являются той фишкой, которая отличает нас от других.

Ҳусниддин АТО-1.jpg

Ҳусниддин АТО (Узбекистан), менеджер в сфере культуры и искусства, директор OOO OXUS Culture, сооснователь интернет-проекта «Cеть деятелей культуры и искусства Центральной Азии» – Central Asian Culture and Arts Network, www.cacan.info:

Проблемы

Страны ЦА обладают огромным материальным и нематериальным культурным наследием. У них есть просто колоссальный потенциал для того, чтобы стать одним из культурных центров мира! Главное условие для этого – работать вместе, действовать сообща!

Однако, к большому сожалению, пока нет никакого масштабного межгосударственного соглашения или крупного проекта, который связал бы все страны для выполнения  этой очень важной миссии! Если же и существуют какие-то договоренности, то они или формальны, или не работают, как полагается.

Начать, на мой взгляд, следует с разработки и подписания некоего первого крупного межгосударственного соглашения/документа, одобрения некой общей стратегии.

С этим тесно связана и другая проблема: проблема слабости общения, взаимодействия, сотрудничества между деятелями культуры и искусства, соответствующими организациями и творческими коллективами. Нет даже каких-либо специальных институтов и фондов для организации совместных творческих проектов.

Пути решения

Начать, на мой взгляд, следует с разработки и подписания некоего первого крупного межгосударственного соглашения/документа, одобрения некой общей стратегии. Это даст необходимый импульс региональному сотрудничеству в сфере культуры и искусства. Причем важным условием мне видится то, чтобы страны региона в равной степени принимали бы участие в финансировании всех этапов реализации стратегии наиболее крупных проектов, в целом работали бы сообща и слаженно!

Сауле СУЛЕЙМЕНОВА.jpg

Сауле СУЛЕЙМЕНОВА (Казахстан), художник:

Проблемы

Я художник, и для меня одна проблема – недостаток связей. Мы в Казахстане, в Алматы в частности, тесно взаимодействуем с Бишкеком. Узбекистан сейчас активизируется тоже, что-то начинает проводить. А вот с Таджикистаном и Туркменистаном почти нет контактов.

Пути решения

В общем контакты можно было бы налаживать через современное искусство (хотя это многих пугает) и культурологические исследования (cultural studies). Хотелось бы больше именно региональных культурных проектов и исследований, но не по вертикальному авторитарному образцу, а горизонтальному – между творческими людьми.

Я лично как художник с удовольствием поехала бы в  тур по странам ЦА со своим «пластиковым проектом».

Ведь все связи и предложения – это бесконечный художественный проект. Я не организатор и не из тех художников, которые могут организовывать фестивали, биеннале. В Кыргызстане есть Улан Джапаров, Аида Сулова. У нас есть галерея «Аспан» и галерея Tse в Астане. Они берут на себя широкий спектр и чисто региональных задач. Национальный музей Казахстана, который провел в прошлом году Focus Kazakhstan, а в его рамках – четыре выставки по всему миру. Я лично как художник с удовольствием поехала бы в такой тур по странам ЦА со своим «пластиковым проектом» – инициируя сбор пластиковых пакетов и делая инсталляции. Помимо Алматы и Астаны я делала подобное в Бишкеке – в Американском университете Центральной Азии.

 

Источник: авторский проект Владимира ПАРАМОНОВА «Центральная Евразия»

 

Продолжение следует

Последние новости Казахстана и мира читайте на нашем Telegram-канале