Центральная Азия: проблемы и решения. Часть десятая

Опубликовано: 05 Июня 2019 Автор: Подготовил Альтаир РАСУЛ | Алматы
Центральная Азия: проблемы и решения. Часть десятая
ЭК
просмотров 2846

Руководитель аналитической группы «Центральная Евразия» (Узбекистан) кандидат политических наук/PhD Владимир Парамонов организовал виртуальную экспертную дискуссию по вопросам развития и взаимодействия стран региона. На его приглашение откликнулись свыше 150 экспертов из Узбекистана, Туркменистана, Таджикистана, Кыргызстана и Казахстана, прислав свои ответы на два заданных вопроса: «Какие основные проблемы на пути развития стран Центральной Азии и взаимоотношений между ними вы бы обозначили?» и «Как, на ваш взгляд, можно наиболее эффективно решать данные проблемы?». В рамках информационного партнерства «ЭК» продолжает публикацию наиболее интересных, на взгляд редакции, мнений.

Гули ЮЛДАШЕВА.jpg

Гули ЮЛДАШЕВА (Узбекистан), доктор политических наук, старший научный сотрудник Координационно-методического центра по вопросам новейшей истории Узбекистана при Академии наук Республики Узбекистан:

Проблемы

На мой взгляд, на отношения государств ЦА следует посмотреть через призму трех взаимообусловленных проблем, по сути, предопределяющих многие другие проблемы.

Во-первых, существует разница в уровне владения русским и другими иностранными языками, что мешает полноценным контактам между обычными людьми и партнерству в любых региональных проектах.

Для казахстанцев, в силу территориальной близости к России и более сильному ее влиянию в стране, русский стал практически родным языком. К тому же политика Казахстана, поощряющая широкомасштабные социальные, в том числе научные и культурные связи с дальним зарубежьем (туризм, стажировки, гранты, культурные обмены и пр.), отразилась на увеличении количества казахстанских граждан, владеющих иностранными языками.

Существует разница в уровне владения русским и другими иностранными языками, что мешает полноценным контактам между обычными людьми и партнерству в любых региональных проектах.

По сравнению с этим в Узбекистане, Таджикистане и Туркменистане процент владеющих русским и другими иностранными языками намного ниже. В частности, в Узбекистане большинство сельских жителей, составляющих на деле более половины населения, не владеют русским языком, и лишь незначительная их часть, преимущественно молодежь, владеет другими языками. В Кыргызстане ситуация также достаточно сложная с более продвинутым в этом плане севером и консервативным югом.

Во-вторых, внутриполитические и социально-экономические проблемы вызвали в период независимости разрыв не только в уровне образования, но и привели к глубокому кризису в научно-образовательной сфере в целом.

В Казахстане, при всей кризисной и переходной ситуации внутренние реформы по большому счету сохранили прежнюю, довольно сильную научно-методическую и образовательную базу. Наряду с широко распространенными в стране научно-академическими обменами и студенческими стажировками за рубежом, тесным партнерством с Россией это обеспечило сравнительно более высокий уровень образовательной подготовки казахстанцев. В остальных республиках ЦА, как известно, почти катастрофическое положение.

В-третьих, все обозначенные моменты логически проявляются в различной степени модернизации государств ЦА и отражаются в ряде важных проблем на пути их развития. Прежде всего это заметно в характере кадровой политики и профессионализме управленцев, качестве функционирования политических и экономических институтов.

В итоге существуют и растут различия во внутренней и внешней политике государств ЦА, степени открытости или консервативности их обществ, уровне вестернизации и экономического развития, определении и функционирования норм, процедур, предписаний и техник их исполнения.

Принципиально важно предоставлять государственную поддержку и создавать благоприятные условия для более свободного выезда граждан за рубеж с целью прохождения стажировок, повышения квалификации и обучения, а также туризма и отдыха.

Пути решения

Для того чтобы хотя бы частично решить данные проблемы во всех государствах ЦА, необходимо предпринять ряд важных мер.

Во-первых, следует повысить качество реформ в сфере науки и образования. Это также должно предполагать и организацию совместных академических, преподавательских и студенческих проектов (подготовку и выпуск учебников, монографий, статей, организацию и проведение конференций, олимпиад, различных конкурсов и т. п.).

Во-вторых, следует кардинально усилить преподавание русского и других иностранных языков. Особенно это касается Узбекистана, Таджикистана и Туркменистана. С этой целью также важно проводить олимпиады, различные конкурсы, викторины, концерты и пр. как внутри стран, так и поочередно в каждой из них. Безусловно, нужно активно использовать при этом СМИ (телепередачи и фильмы, радио, журналы, газеты, и пр.).

Владимир ПАРАМОНОВ.jpg

В-третьих, принципиально важно предоставлять государственную поддержку и создавать благоприятные условия для более свободного выезда граждан за рубеж с целью прохождения стажировок, повышения квалификации и обучения, а также туризма и отдыха (ведь это тоже предполагает элементы приобретения нового опыта).

В совокупности это и должно позволить поддержать стратегический курс на модернизацию стран ЦА и кооперацию между ними, постепенно снизить или даже стереть существующие различия, совершенствовать систему регионального просвещения, усилить взаимопонимание и сблизить народы. Уверена, что это позитивно отразится и на реализации задуманных региональных проектов. Осуществление данных мер может ускориться и с практическим выполнением подписанных в ходе визита Владимира Путина в Узбекистан (октябрь 2018 года) документов в гуманитарной сфере.

Владимир ПАРАМОНОВ:

Спасибо большое за ответы! Мне показалось, что у вас сложилось несколько оптимистичное представление о ситуации в Казахстане. Это неплохо. И, безусловно, мы должны только радоваться успехам наших соседей. Я часто езжу в Казахстан, который был и остается ключевой региональной площадкой для научных и экспертных обменов, местом проведения многочисленных конференций и семинаров. Все это положительно. Однако мне представляется, что в целом обстановка в Казахстане, как в экономике, так и во всех других сферах, по большому счету ничем не отличается от ситуации в других странах ЦА и даже становится хуже.

Более того, вы затронули очень интересный блок вопросов, касающихся значения русского языка и влияния России в Центральной Азии. Думаю, этому стоить уделить большее внимание в последующих частях дискуссии, вынеся на обсуждение следующие вопросы:

– какова роль русского языка в ЦА?

– может ли России быть локомотивом развития региона и есть ли у РФ стратегия в ЦА?        

Приглашаю всех желающих экспертов из стран региона ответить на эти вопросы.

Карлыгаш НУГМАНОВА.jpg

Карлыгаш НУГМАНОВА (Казахстан), доктор политических наук, профессор, директор Ассоциации политических исследований, руководитель проекта Центра военно-стратегических исследований, главный редактор научного журнала «Сардар»:

Проблемы

Для лучшего понимания проблем в первую очередь нужно приблизиться к пониманию сущности самого региона как системы.

Центральная Азия – это регион, где сосуществуют различные этносы, цивилизационные модели, религии, культуры, социально-политические и экономические уклады. Более того, это регион, который располагает важнейшими запасами природных ресурсов, привлекающими внимание мировых держав и соседних государств. При этом периодические всплески локальных конфликтов в ряде стран ЦА (Ош, Новый Узен, Фергана, Баткен и др.) создавали и еще способны создавать в будущем вызовы и угрозы национальной и региональной безопасности.

Периодические всплески локальных конфликтов в ряде стран ЦА (Ош, Новый Узен, Фергана, Баткен и др.) создавали и еще способны создавать в будущем вызовы и угрозы национальной и региональной безопасности.

Хорошо известно и то, что географическое положение региона имеет позитивные и негативные моменты. С одной стороны, государства ЦА расположены на перепутье торговых путей между Севером и Югом, Востоком и Западом, что очень выгодно с экономической точки зрения. С другой стороны, территория этих государств находится между сильными соседями, Россией – на севере и Китаем – на востоке, проблемными исламскими странами – на юге и юго-западе. При этом с обретением государствами ЦА независимости более отчетливо проявилась экономико-географическая замкнутость региона.

Учитывая свое геополитическое положение, государства ЦА, с одной стороны, стремятся наладить сотрудничество не только друг с другом, но и с мощными соседями (прежде всего Россия, Китай), а с другой – найти новые выходы на мировой рынок.

При этом, как уже было отмечено, принципиально важной геополитической особенностью и в определенном смысле преимуществом региона являются богатейшие сырьевые запасы, которые стали одной из главных причин заинтересованности мировых держав.  Разведанные запасы нефти составляют примерно 2,7% от мировых, а газа – 7%. На долю Казахстана приходится около 25% мировых запасов урана, 8% мировой добычи (4-е место). Узбекистан по уровню добычи урана занимает 5-е место в мире и 7-е место по его запасам, по производству хлопка-волокна – 6-е место в мире и 2-е – по его экспорту. ЦА в целом богата золотом, другими драгоценными, цветными и редкоземельными металлами.

С учетом этого и многого другого международные отношения в ЦА следует рассматривать как систему, обладающую собственной структурой, взаимодействующую с другими системами и функционирующую в определенной внешней среде. Противоречия внутри такой системы между ее отдельными элементами, а также противоречия между системой и средой выступают источником создания новых связей и элементов.

Понятно, что важнейшим свойством такой системы является ее безопасность, включающая в себя воздействие на нее внешней среды и ее сопротивляемость в отношении такого воздействия, а также внутренняя безопасность, характеризующая целостность системы. На мой взгляд, те же конфликтные ситуации в ЦА – это результат нарушения внутреннего баланса политических сил в условиях  изменений внешней среды.

На мой взгляд, те же конфликтные ситуации в ЦА – это результат нарушения внутреннего баланса политических сил в условиях  изменений внешней среды.

В связи с этим, на мой взгляд, среди основных проблем на пути развития стран Центральной Азии  и взаимоотношений между ними особо следует выделить несколько.

Во-первых, отдельный блок проблем связан с территориальным вопросом. Это формирует целый ряд серьезных дестабилизирующих и рискогенных факторов для социальной и политической стабильности государств ЦА и региона в целом.

Наиболее заметными противоречиями в этой связи, в том числе из-за искусственного характера границ, были и остаются определенные территориальные противоречия между Кыргызстаном и Узбекистаном, Таджикистаном и Узбекистаном, Казахстаном и Узбекистаном. Теперь же, при установлении атмосферы нового стратегического партнерства в регионе, нам всем следует надеяться, что по этим спорным вопросам будут достигнуты соглашения.

Во-вторых, существует блок водно-энергетических проблем. Основные водные ресурсы контролируются Кыргызстаном и Таджикистаном, которые используют воды рек для  выработки электроэнергии (как для экспорта, так и для внутреннего потребления). В свою очередь Узбекистан, Казахстан и Туркменистан используют воду преимущественно в ирригационных целях. При этом Таджикистан и Кыргызстан увеличивают сброс воды в холодные зимние периоды, чтобы задействовать ГЭС в силу возрастания потребления электроэнергии. Летом же, наоборот, данные страны сокращают сброс, пополняя объемы воды в водохранилищах, чтобы зимой вновь задействовать гидроэнергетический потенциал. Однако подобные действия часто приводили к подтоплению территорий в Казахстане и Узбекистане, а летом – к дефициту поливной и питьевой воды.

В-третьих, обозначу еще и такую проблему, как рост влияния радикального ислама,  что ведет к проявлениям экстремизма и терроризма. Эта проблема у всех на слуху, а поэтому останавливаться на ней не буду.

В качестве потенциального вызова для Казахстана можно выделить вероятность смещения акцентов в плане выбора основного маршрута транспортировки углеводородов из Центральной Азии в Китай... Здесь проявляется принципиально новое явление – стремление Китая брать на себя функции модератора отношений между странами региона.

В-четвертых, не секрет, что все страны ЦА вовлечены в межтрансрегиональную китайскую инициативу «Один пояс – один путь».  Как и у любого другого проекта, у этой китайской инициативы есть как свои преимущества, так и определенные риски, вызовы, в том числе для Казахстана.

В качестве потенциального вызова для Казахстана можно выделить вероятность смещения акцентов в плане выбора основного маршрута транспортировки углеводородов из Центральной Азии в Китай, а также в целом в плане развития инфраструктурных проектов. Так, в последнее время китайские власти все более активно продвигают проект строительства железнодорожной магистрали Китай – Кыргызстан – Узбекистан. Кроме того, четвертую нитку газопровода Туркменистан – Китай китайское руководство предложило проложить через территорию Узбекистана, Таджикистана и Кыргызстана в направлении Китая.

Тем самым из этой цепочки выпадает Казахстан. Здесь проявляется принципиально новое явление – стремление Китая брать на себя функции модератора отношений между странами региона. На данном этапе сложно однозначно определить, хорошо это или плохо. Но ясно одно: Китай будет еще более активно вкладываться в экономики стран ЦА. Соответственно Пекин будет наращивать усилия и в политической сфере с целью защиты инвестиций и интересов. Более того, страны ЦА рискуют все больше проиграть Китаю в стратегических вопросах. Ведь успех Китая связан не только с объемами и масштабами экономики, но и с подготовленностью кадров.

В-пятых, да и в целом надо отметить, что, к сожалению, между государствами ЦА нет единства по многим важным проблемам, вопросам, угрозам и рискам, в том числе перечисленным выше. В подтверждение этого тезиса необходимо упомянуть имевший место таможенный кризис между Казахстаном и Кыргызстаном, систематические конфликты из-за проблем с водой между Узбекистаном и Таджикистаном, между Кыргызстаном и Узбекистаном, споры и противоречия, основанные на нерешенности вопроса демаркации и делимитации границ. К вышеуказанным противоречиям между странами региона следует добавить и борьбу за инвестиции Китая.

Тем более что любое направление организации тех же трансграничных евразийских маршрутов требует интенсификации многосторонней межгосударственной кооперации между странами ЦА для решения замороженных проблем и споров, прежде всего в сферах политики, экономики и безопасности. Это в свою очередь, с одной стороны, вынуждает государства региона идти на политические уступки для развития экономики, а с другой – обостряет внутриполитическую борьбу между элитами государств.

Пути решения

Так как каждое государство ЦА преследует собственные национальные интересы, то единственное верное решение – это, конечно же, нахождение компромиссов. То есть каждая из стран региона должна идти на уступки. Более того, чтобы использовать партнерство с Китаем и другими внешними игроками  себе во благо, государствам ЦА необходимо научиться взаимодействовать на региональном уровне, координировать свои подходы. Все эти вопросы носят стратегический характер, и для начала по ним должна быть организована серьезная исследовательская работа.

Чтобы использовать партнерство с Китаем и другими внешними игроками  себе во благо, государствам ЦА необходимо научиться взаимодействовать на региональном уровне, координировать свои подходы.

С точки же зрения тактики противодействия росту религиозной радикализации, борьбы с экстремизмом и терроризмом мы, страны ЦА, должны совместно реализовать комплекс мер, первоочередными из которых, на мой взгляд, являются следующие:

– пресекать стремление руководства экстремистских организаций и движений, а также их спонсоров к укреплению идейно-организационных основ экстремизма и терроризма на территории стран ЦА;

–  на постоянной основе проводить мониторинг ситуации в ЦА по вопросам радикализма, экстремизма, терроризма и связанного с ними сепаратизма, в том числе создать и использовать в этих  целях центры суточного мониторинга;

– через проведение междисциплинарных исследований выявлять глубинные причины и условия, способствующие проявлениям радикализации, экстремизма и терроризма, использование враждебными элементами и силами методов ведения асимметричных, гибридных войн;

– в контексте изучения радикализма, экстремизма и терроризма более глубоко, серьезно, а главное – междисциплинарно заниматься вопросами конфликтологии и приграничной безопасности;

– совместно с международными институтами и организациями, такими как ОБСЕ, ООН, ОДКБ, ШОС, СНГ, а также их структурами и проектами проводить мониторинг практической работы по вопросам противодействия радикализму, экстремизму и терроризму в зарубежных странах и внедрять положительный международный опыт в ЦА.

Владимир ПАРАМОНОВ:

Вы затронули целый комплекс важных тем. Спасибо большое, Карлыгаш Жандильдиновна! Уверен, что ваши ответы придадут новый импульс нашей дискуссии! По сути, на повестку вы уже вынесли много новых вопросов, среди которых я особо выделил бы следующие:

– как странам ЦА стоит выстраивать свои отношения с Китаем?

– какие риски и выгоды несет политика Китая в регионе?

– сильно ли влияние элит и внутриполитической борьбы в государствах ЦА на характер двустороннего и многостороннего сотрудничества в регионе?

– насколько верен тезис о том, что «политические уступки» стран региона друг другу  способны обострить внутриполитическую борьбу между элитами государств ЦА?

Приглашаю к обсуждению этих вопросов всех желающих экспертов из стран Центральной Азии.

Алишер ИЛЬХАМОВ.jpg

Алишер ИЛЬХАМОВ (Узбекистан), ассоциированный научный сотрудник Школы восточных и африканских исследований Университета Лондона (Великобритания):

Проблемы

Я должен отметить, что за годы независимости страны ЦА утеряли тот уровень взаимодействия и обмена между ними, который был достигнут в экономической сфере в советский период. Особенно это касается водно-энергетического комплекса, транспортных сетей регионального  масштаба, трансграничного потока товаров и свободного пересечения границ гражданами.

После распада СССР возобладал государственный национализм, когда каждая республика стала тянуть одеяло на себя, рассматривая свои национальные интересы в качестве главного приоритета. Особенно болезненным для развития региона оказался разрыв связей и сотрудничества в водно-энергетической сфере. Водные и энергетические вопросы стали решаться в отрыве друг от друга. На этой почве возникли трения и напряженность во взаимоотношениях между соседями, особенно между странами верховья и низовья двух основных рек региона. Надо честно признать, что этой напряженности способствовал высокомерный и жесткий внешнеполитический курс, которого придерживался Ислам Каримов.

После распада СССР возобладал государственный национализм, когда каждая республика стала тянуть одеяло на себя, рассматривая свои национальные интересы в качестве главного приоритета.

Сказанное отнюдь не означает призыва к возврату к СССР. Ведь помимо указанных выше достижений в советский период накопилось и множество острых проблем, например хлопковая монокультура в Узбекистане, которая тоже способствовала возникновению кризиса водных ресурсов и высыханию Арала. Нет, речь идет о том, чтобы лидеры региона достигли нового, более высокого уровня мышления и проявили политическую волю к решению сообща общерегиональных проблем, ставя эти общерегиональные интересы на один уровень с национальными.

Вот на этот вызов лидеры стран региона все еще не ответили адекватно. Конечно, ситуация значительно улучшилась с приходом Шавката Мирзиёева и его инициативами по улучшению взаимоотношений с Таджикистаном и Кыргызстаном. Но пока мы только в начале пути по воссозданию необходимого уровня и климата регионального сотрудничества.  

Пути решения

Как я уже сказал, необходимо каждой стране региона признать и принять к руководству постулат равенства (по своей значимости) между национальными и общерегиональными интересами. Не нужно сразу создавать амбиционные проекты типа Центрально-Азиатского союза. Следует начать со среднего уровня – путем создания на национальном уровне комиссий по проблемным блокам:

Необходимо каждой стране региона признать и принять к руководству постулат равенства (по своей значимости) между национальными и общерегиональными интересами.

– водно-энергетическим вопросам;

– развитию трансграничных транспортных коммуникаций;

– трансграничной торговле, единым тарифам и ослаблению таможенных процедур;

– безвизовому пересечению границ;

– гармонизации национального законодательства и защите прав граждан на территориях сопредельных государств региона;

– наконец, вопросам региональной безопасности (однако решение этой проблемы будет вытекающим из первых пяти).

Затем на этой всей основе можно будет создавать соответствующие межправительственные комиссии. Тем не менее их работа не пойдет продуктивно, если ее результаты не будут приняты серьезно в национальных правительствах. А это опять упирается в политическую волю...

Светлана ДЗАРДАНОВА.png

Светлана ДЗАРДАНОВА (Туркменистан), эксперт Центрально-Азиатского института стратегических исследований (Казахстан):

Проблемы

Не буду говорить о взаимоотношениях стран ЦА. У нас в регионе персонифицированная власть, все очень часто зависит от политической воли отдельных лидеров. Это хорошо видно на примере Шавката Мирзиёева и вселяющим надежду изменениям, происходящим в регионе с его приходом к власти в Узбекистане. Поэтому влиять на взаимоотношения с других уровней очень сложно. Но я, конечно, могу ошибаться.

Выделю лишь три общие для региона проблемы, которые, как мне представляется, традиционно привлекают меньше внимания, но в конечном итоге будут определять судьбу нашего региона: ухудшающееся положение женщин, проблемы экологии, а также низкое качество среднего и высшего образования. О двух последних уже довольно подробно рассказала моя коллега, Анна Гусарова, отвечая на ваши вопросы. Чтобы не повторяться, постараюсь сосредоточиться на первой.

В то время как небольшая часть населения региона выступает за права и свободы для всех, для большей ее части наблюдается обратный процесс – откат к так называемым традиционным ценностям, когда патриархальные культурные установки продвигаются как единственно верные.

В регионе наблюдается фактическое отсутствие политического диалога между представителями разных социальных и политических групп, все более очевидная полярность взглядов и ценностей. В то время как небольшая часть населения выступает за права и свободы для всех, для большей ее части наблюдается обратный процесс – откат к так называемым традиционным ценностям, когда патриархальные культурные установки продвигаются как единственно верные.

Ситуация усугубляется ростом религиозности, а также некачественным религиозным и светским образованием. Такие противоречивые тенденции в том числе сказываются на ухудшении положения женщин во всех сферах жизни: от политического участия, доступа к образованию, здравоохранению, трудоустройству до безопасности в обществе и дома.

Как правило, даже обсуждение вопросов неравенства в лучшем случае встречает недостаток интереса и непонимание и воспринимается как неважное либо «уже решенное», а в худшем – вызывает агрессию и нападки. Тем не менее проблемы, связанные с гендерным неравенством, есть, и их много: физическое, сексуальное и психологическое насилие, ранние браки, неравные возможности в образовании и здравоохранении, отсутствие экономической самостоятельности, неравная оплата труда, низкое представительство женщин в институтах законодательной и исполнительной власти. Связь данного вопроса с развитием региона может показаться неочевидной, но она существует. От участия половины трудоспособного населения, а также качества этого участия зависит социально-экономическое развитие и его темпы.

Так, обеспечение гендерного равенства и расширение прав и возможностей женщин является одной из целей повестки устойчивого развития (5-й целью), и страны региона взяли на себя обязательства по выполнению задач для достижения гендерного равенства. При этом в странах ЦА до сих пор действует ограничительное трудовое законодательство, имеются «списки» запрещенных для женщин профессий, препятствия к занятию женщинами ключевых позиций (традиционно такое положение вещей оправдывается биологическими причинами и протекционистскими соображениями).

До того как решать проблемы, необходимо признать их наличие. Есть положительные сдвиги, но говорить о критической массе исследователей, управленцев, политиков высшего звена, понимающих и признающих накопившееся проблемы, пока рано.

Даже одинаковый уровень образования не гарантирует равных возможностей на рынке труда. Именно женщинам приходится совмещать семейные обязанности, включая уход за детьми, больными и престарелыми с профессиональной деятельностью, довольствоваться менее престижными, низкооплачиваемыми должностями, тратить время на неоплачиваемый домашний труд, не имея ресурсов и свободного времени на саморазвитие и отдых.

В Кыргызстане, к примеру, «женщины тратят на домашние дела в три раза больше времени, чем мужчины», к чему это приводит, можно почитать по ссылке в материалах того же «Клоопа».

Традиции и стереотипы создают барьеры для участия женщин в бизнесе и политике, в процессах принятия политических и экономических решений. Индекс гендерного неравенства, учитывающий такие факторы, как репродуктивное здоровье, права и возможности и участие в рынке труда, показывает потери потенциального развития. Чем этот индекс выше, тем ниже достижения и больше процент потерь от неиспользованного потенциала из-за неравенства полов.

Глобальный индекс гендерного равенства 0.441 показывает, что практически половина человеческого потенциала не используется. Для Казахстана (лучший показатель по региону, на 58-м месте в рейтинге стран мира) этот показатель составляет 0.197. Для сравнения: показатель Швейцарии, которая находится на первом месте в рейтинге, – 0.039. Йемен завершает список с показателем 0.834.

Международное объединение «Оксфам» (Oxfam) подсчитало, что из-за гендерного неравенства развивающиеся страны теряют до 9 триллионов долларов США ежегодно. Увеличение доходов женщин положительно отразится на суммарном доходе семей, обеспечит женщинам больше самостоятельности и снизит экономическую нагрузку на мужчин. Вовлечение женщин выгодно и на уровне семьи, малого, среднего и большого бизнеса, и даже на уровне стран.

У стран региона есть выбор: взять курс на средневековье, продолжить ограничивать женское участие в экономической, политической и социальных сферах или понять, что это экономически невыгодно никому.

Пути решения

До того как решать проблемы, необходимо признать их наличие. Есть положительные сдвиги, но говорить о критической массе исследователей, управленцев, политиков высшего звена, понимающих и признающих накопившееся проблемы, пока рано.

Работа в этом направлении чаще всего проводится с подачи международных организаций и на их деньги, и в крайне редких случаях инициируется государством. В целом пришло время брать ответственность за будущее региона в свои руки, в том числе женские. Надеяться на то, что какие-то державы, союзы или международные институты заинтересованы в нашем благополучии больше нас самих, наивно и в конечном счете губительно.

Экономики региона могут получить мощный импульс, обеспечив женщинам равный доступ к образованию, медицинским услугам, сфере занятости, равную оплату труда и распределение домашних обязанностей, доступ к финансированию предпринимательства и политическое участие.

У стран региона есть выбор: взять курс на средневековье, продолжить ограничивать женское участие в экономической, политической и социальных сферах или понять, что это экономически невыгодно никому. Активное вовлечение женщин в экономическую деятельность и политическую жизнь является ключевым фактором развития нашего региона, а для этого необходима политическая воля государства, долгосрочное видение и планирование.

Хорошие новости: постановлением президента Узбекистана от 7 марта 2019 года «отменяются запреты применения труда женщин в определенных отраслях или профессиях» в целях усиления гарантий трудовых прав женщин. Изменения вступили в силу 1 мая этого года. Также постановление предусматривает определенные шаги по поощрению участия обоих родителей в уходе за ребенком и пенсионные изменения.

Санжар САИДОВ.jpg

Санжар САИДОВ (Узбекистан), PhD-докторант:

Проблемы

Одним из значительных факторов, тормозящих процесс развития, сотрудничества и интеграции стран ЦА, до сих пор остается вопрос использования водно-энергетических ресурсов региона. Исторические предпосылки нынешней ситуации своими корнями уходят во времена бывшего Советского Союза. Тогда регион полагался на объединенный водно-энергетический и социально-экономический комплекс всесоюзного масштаба, контроль всех значимых ресурсов, в том числе и водно-энергетических, со стороны так называемого центра. Распад данной централизованной системы изменил не только социально-экономическое, но и геополитическое положение региона.

Зачастую представители ЦА делают акцент на том, что поиск решений по водно-энергетической проблематике является делом или конкретных центральноазиатских стран или региона в целом. Тем не менее в реальности каждое из государств Центральной Азии уповает на помощь и поддержку своей позиции со стороны внерегиональных сил.

Ни одно из государств ЦА не способно в одиночку создать прочный энергетический фундамент для успешного развития своей экономики. Главам стран Центральной Азии предстоит сделать нелегкий выбор в пользу развития современной энергетики и региональной интеграции. Иного пути попросту нет.

Однако позиции и подходы ключевых внешних игроков, воспринимающих ЦА в качестве зоны своих интересов, также неясны и изменчивы. С одной стороны, их представителями утверждается, что трансграничные водно-энергетические вопросы в ЦА должны решаться с учетом интересов всех государств региона и без нарушений водного баланса в ЦА. С другой –слышны голоса о том, что построение водно-энергетических объектов на трансграничных реках продиктовано суверенными правами конкретных государств.

При этом многие аналитики согласны с тем, что водно-энергетические противоречия немного ослабли в результате новой политики Узбекистана во главе с Шавкатом Мирзиеёвым. Тем не менее следует признать, что сам водно-энергетический вопрос все еще не решен. Наблюдавшаяся в прошлом году засуха в Узбекистане и, как следствие, снижение уровня воды в реке Амударья может вскоре еще сильнее актуализировать водно-энергетическую тематику.

Пути решения

Понятно, что при решении любых проблем, в том числе водно-энергетической, жизненно важно сотрудничество и крайне опасна конфронтация. Руководящие принципы при разрешении накопившихся вопросов должны основываться на взаимовыгодных интересах стран Центральной Азии, дипломатии и уважении международного права, также как и прав друг друга. Ни одно из государств ЦА не способно в одиночку создать прочный энергетический фундамент для успешного развития своей экономики. Главам стран Центральной Азии предстоит сделать нелегкий выбор в пользу развития современной энергетики и региональной интеграции. Иного пути попросту нет.

Азамат ИЛИМКОЖА.jpg

Азамат ИЛИМКОЖА (Казахстан), заместитель декана факультета «Международные отношения» Казахского университета международных отношений и мировых языков им. Абылай хана:

Проблемы

Отвечая на вопрос об основных проблемах на пути развития стран ЦА и взаимоотношений между ними, сначала я хотел бы отметить крайне положительную динамику казахстанско-узбекистанского сотрудничества в контексте новой региональной политики Узбекистана. Я серьезно изучал этот вопрос.

Как известно, Казахстан и Узбекистан являются наиболее заметными государствами ЦА по географическому положению, территории и численности населения. Это во многом и обеспечивает развитие всестороннего сотрудничества между Казахстаном и Узбекистаном как в сфере экономики, так и в сфере безопасности.

Можно с уверенностью констатировать, что статус казахстанско-узбекистанских отношений во многом является предпосылкой для успешного развития наших стран и всего региона, а следовательно – залогом решения основных проблем ЦА. То есть постоянный межправительственный диалог на высоком уровне и укрепление казахстанско-узбекистанских связей соответствуют стратегическим задачам и национальным интересам не только обеих стран, но и всех остальных государств ЦА.

Постоянный межправительственный диалог на высоком уровне и укрепление казахстанско-узбекистанских связей соответствуют стратегическим задачам и национальным интересам не только обеих стран, но и всех остальных государств ЦА.

Укрепление сотрудничества по вопросам региональной безопасности остается актуальным и для Нур-Султана, и для Ташкента, о чем свидетельствуют регулярные контакты правоохранительных органов двух стран. Завершается демаркация государственных границ, осуществляемая сторонами на основе двустороннего договора о казахстанско-узбекистанских государственных границах.

Все более важным направлением двустороннего сотрудничества является торгово-экономическое взаимодействие, в рамках которого сформирована комплексная договорно-правовая база, включающая более 50 межгосударственных, межправительственных и межведомственных документов.

Это говорит о том, что все имевшие место сложности и проблемы на пути развития казахстанско-узбекистанских отношений успешно решаются лидерами наших стран. Что способствует решению многих других проблем на пути развития ЦА и взаимодействия между странами региона.    

Пути решения

Безусловно, экономическое направление должно оставаться приоритетным, а поэтому приграничные территории должны сыграть в этом значительную роль, способствуя тем самым объединению экономического потенциала двух стран. На мой взгляд, основной упор приграничными территориями должен быть сделан на развитии торговли, промышленной кооперации, транспорта и реализации совместных инвестиционных проектов.

Очевидно, что важнейшим фактором сближения наших стран должно оставаться многоплановое и полномасштабное культурно-гуманитарное сотрудничество. Ведь Казахстан и Узбекистан объединяют не только общие границы, но и история, культура, а в большинстве случаев – мышление. Это должно создавать еще более лучшие, чем сейчас, условия для непосредственного общения между людьми через расширение информационного и культурного обмена. Это в конечном итоге будет способствовать укреплению двусторонних контактов.

Казахстану и другим странам ЦА стоит только приветствовать и поддерживать то, что нынешнее руководство Узбекистана все больше смотрит за пределы региональных рамок и пытается строить свою новую политику, основанную на собственной культуре.

При этом Казахстану и другим странам ЦА стоит только приветствовать и поддерживать то, что нынешнее руководство Узбекистана все больше смотрит за пределы региональных рамок и пытается строить свою новую политику, основанную на собственной культуре. Особенно важен в этом контексте курс Узбекистана на закрепление за страной роли генератора знаний, научных инноваций и просвещенных религиозных идей мирной мусульманской культуры.

В целом же, учитывая все экономические, регионально-политические, культурно-гуманитарные и иные аспекты, хочется отметить, что локомотивом расширения сотрудничества между Казахстаном и Узбекистаном могут и должны стать прежде всего связи в области транспорта и логистики.

На мой взгляд, для Казахстана могут быть интересны следующие  крупные проекты:

– создание высокоскоростных железнодорожных сетей, включая новый маршрут Ташкент – Нур-Султан;

– создание сети скоростных железнодорожных магистралей по меридианной оси северо-запад Узбекистана – юго-запад Узбекистана;

– завершение электрифицированных железнодорожных магистралей;

– расширение дороги через Камчикский перевал (между Ферганской долиной и остальной частью страны);

– развитие международного интермодального логистического центра на базе аэропорта Навои.

В свою очередь Узбекистан уже проявляет повышенный интерес к казахстанскому проекту реконструкции автомагистрали Бейнеу – Акжигит –граница Узбекистана.

Эрлан НУРЛАНОВ.jpg

Эрлан НУРЛАНОВ (Кыргызстан), младший научный сотрудник Института стратегического анализа и прогноза Кыргызско-российского славянского университета:

Проблемы

Я выделил бы несколько ключевых блоков проблем на пути развития ЦА.

Во-первых, ЦА – это своего рода большой «плавильный котел», где реализуют свои геостратегические и геоэкономические интересы различные международные акторы. В связи с этим основные политические, экономические и иные процессы в ЦА находятся под влиянием взаимоотношений с внерегиональными игроками. В итоге большое влияние внерегиональных акторов негативно отражается на процессах естественной регионализации в ЦА.

Во-вторых, у самих государств ЦА сохраняется достаточно пассивная позиция по вопросам развития взаимоотношений друг с другом. Многие интеграционные проекты создаются при участии или инициативе внерегиональных акторов. Двусторонние и многосторонние форматы в ЦА также часто развиваются при поддержке третьих сторон (АБР, МВФ, американская промышленная палата и т. п.). В итоге государства ЦА не могут или не хотят выработать и приступить к реализации своих общих геоэкономических и геостратегических интересов и, соответственно, проектов.

Большое влияние внерегиональных акторов негативно отражается на процессах естественной регионализации в ЦА.

В-третьих, среди государств ЦА отсутствует региональный лидер. После распада Советского Союза многие эксперты утверждали, что региональным лидером в ЦА станет Узбекистан, в том числе в силу того, что граничит со всеми государствами региона. Или предполагалось, что эту роль сможет сыграть Казахстан в первую очередь в связи с его ресурсным потенциалом и экономическими возможностями. Однако по прошествии времени ни Узбекистан, ни Казахстан не взяли на себя функцию полноправного лидера.

Узбекистан изначально поставил перед собой совершенно другие внешнеполитические задачи. В последние же годы Узбекистан приступил к реализации стратегии по пяти приоритетным направлениям развития, которая также исключает его лидирующую роль в регионе. В свою очередь Казахстан традиционно активно взаимодействует с Евросоюзом, Россией и Китаем, предпочитая действовать в ЦА исходя из своего рода концепции «Казахстан и Средняя Азия».

В-четвертых, в регионе существует высокий идеологический и политический плюрализм. Помимо проектов внерегиональных акторов в ЦА сосуществуют, конфликтуют и развиваются самые разные идеологии: политического ислама, евразийства, пантюркизма, либерализма, коммунизма и т. п. Причем зачастую все они опять же являются «продуктом» внешней среды. Например, в государствах ЦА никого не удивишь одновременной исламизацией населения, развитием гражданского общества и советским идеологическим наследием. В итоге получается, что страны ЦА ни в рамках интеграционных объединений, ни в рамках национальных стратегий так и не сформулировали свои собственные идеологические и/или политические концепции, которые могли отражать или влиять на экономические или социально-политические процессы.    

В ЦА сосуществуют, конфликтуют и развиваются самые разные идеологии: политического ислама, евразийства, пантюркизма, либерализма, коммунизма и т. п. Причем зачастую все они опять же являются «продуктом» внешней среды.

Пути решения

Для решения основных проблем, безусловно, необходим целый комплекс взаимосвязанных мер. Назову лишь наиболее важные, на мой взгляд.

Во-первых, государствам ЦА принципиально разработать и инициировать собственные геостратегические и геоэкономические проекты. Например, все еще актуален проект Центральноазиатского союза.

Во-вторых, одновременно следует активизировать двустороннее сотрудничество в регионе.

В-третьих, важно разработать некие концептуальные документы, например «Единую концепцию развития Центральной Азии». На основе данного соглашения следует создать межправительственный консультативный орган, который мог бы содействовать выработке единой экономической политики, осуществлять координацию проектов, проводить гармонизацию законодательства и т. п.

Нигора КАРИЕВА.jpg

Нигора КАРИЕВА (Узбекистан), PhD-докторант Института истории Академии наук Республики Узбекистан:

Проблемы

Конечно, существуют общеизвестные внутренние и региональные проблемы. Не буду их все озвучивать.

Хотела бы очень тезисно и кратко выделить, на мой взгляд, одну из основных проблем – проблему наличия признаков мононационализма. Другими словами, эта проблема связана с идеологией продвижения приоритетов только лишь одной нации – своей нации в каждой из стран ЦА. То есть на этой основе в итоге и формируются новые ценности: с позиции «наша нация либо наш народ лучше и круче остальных!».

Помимо этого, на мой взгляд, конечно, нельзя забывать о таких важных внутренних проблемах для каждого из государств региона, как авторитаризм, клановость, местничество, монополизм в экономике и другие ограничения на пути свободной конкуренции.

Проблема связана с идеологией продвижения приоритетов только лишь одной нации – своей нации в каждой из стран ЦА. То есть на этой основе в итоге и формируются новые ценности: с позиции «наша нация либо наш народ лучше и круче остальных!».

Пути решения

Мне представляется, что главным условием является обязательное совместное участие в решении всех региональных проблем и заимствование, в том числе друг у друга, лучших практик по решению внутренних проблем.

Самое главное – это, безусловно, продвигать просвещение, науку, исследования, что должно обеспечивать грамотное использование всех ресурсов. Это все надо поддерживать финансово. Следует поощрять и воплощать новые идеи, а также «слушать» народ.      

В экономическом плане нужно создавать условия для здоровой конкуренции, это самоочевидно. Тем не менее принципиально важно строить социально ориентированную экономику. Я также согласна с ранее выдвинутым вами, Владимир, в одном из интервью «Спутнику» тезисом о том, что нам нужны экономические мегапроекты для реинтеграции.

С точки же зрения решения проблем политического характера скорее всего следует формировать международные команды и проекты, применять опыт стран Запада. Безусловно, принципиально важно пересмотреть ценности, базирующиеся на мононационализме. Нужна новая идеология, новые подходы. В частности, нужна новая идеология, продвигающая толерантность, объективность, искренность в конце концов.

Жумабек САРАБЕКОВ.jpg

Жумабек САРАБЕКОВ (Казахстан), главный эксперт Института мировой экономики и политики при Фонде первого президента Республики Казахстан:

Проблемы

Необходимо более тесное сотрудничество и партнерство государств ЦА для эффективного решения общих проблем. Однако при этом важно учитывать вызовы и наиболее «узкие места» на пути сотрудничества.

Прежде всего, проблема в том, что внешние силы могут создавать препятствия для кооперации и интеграции в ЦА, а ведь государства региона находятся под сильным влиянием этих внешних сил. Учитывая, что никто из крупных игроков не заинтересован в едином регионе, высока вероятность того, что внешние силы попытаются не позволить развиваться интеграционным процессам.

Государства региона находятся под сильным влиянием внешних сил. Учитывая, что никто из крупных игроков не заинтересован в едином регионе, высока вероятность того, что внешние силы попытаются не позволить развиваться интеграционным процессам.

Другой блок проблем связан с нерешенностью водно-энергетической проблемы. Да, новое руководство Узбекистана инициирует процесс урегулирования данной проблемы. Так, Ташкент меняет свою позицию в отношении строительства в Таджикистане Рогунской ГЭС, а также пересматривает свой подход к вопросу строительства в Кыргызстане Камбаратинской ГЭС. Все это создает новый фундамент по вопросам управления водными и энергетическими ресурсами ЦА, приближает заключение соответствующих договоренностей. Однако компромисс, который может быть достигнут в ближайшее время, явно недостаточен. Дело в том, что водно-энергетическая проблема будет усугубляться экологическими проблемами (таянием ледников и ухудшением качества воды), а также ростом численности населения региона. А решений этих сопутствующих проблем ни у кого нет.

Еще одной проблемой является то, что странам ЦА не удалось создать крепкую базу доверительных отношений между собой. Это подтверждается слабостью или даже, честнее сказать, отсутствием институтов многостороннего партнерства в регионе. Узконациональные интересы и недоверие на уровне политических элит сдерживают полноценное сотрудничество в сфере противодействия общим вызовам и угрозам.

Пути решения

Да, возможности для решения вышеуказанных проблем существуют. Одна из таких возможностей связана с расширением деятельности казахстанского капитала на соседних рынках.

Узконациональные интересы и недоверие на уровне политических элит сдерживают полноценное сотрудничество в сфере противодействия общим вызовам и угрозам.

Ключевой интерес для Казахстана здесь представляют открывающиеся ниши на узбекском рынке. В частности, хорошие шансы на расширение имеют коммерческие банки, а также логистические компании Казахстана. Еще одной важной целью казахстанской инвестиционной активности в регионе может стать туризм: особенно курортные зоны на территории Кыргызстана и Узбекистана. Наконец, привлекательным для казахстанско-узбекистанских инвестиций является горнодобывающая промышленность стран ЦА.

Кроме того, новые возможности для взаимодействия государств ЦА в транспортной сфере открываются также в контексте китайской инициативы «Один пояс – один путь», в рамках которой каждая страна региона планирует наращивать инвестиции в транспортную инфраструктуру.

Подводя итог, следует отметить, что степень готовности государств ЦА к региональному сотрудничеству сильно разнится в зависимости от страны. И несмотря на видимое «потепление атмосферы» в регионе, государства ЦА пока явно не готовы форсировать решение имеющихся проблем в многостороннем формате.

Поэтому, на мой взгляд, основой для регионального сотрудничества должна стать интеграция «снизу», а не «сверху». В частности, важным драйвером кооперации может выступить трансграничное взаимодействие между предпринимателями государств ЦА. Более того, уверен, важно реализовать имеющийся потенциал гуманитарных связей между странами региона.

Парвиз МУЛЛОДЖАНОВ.jpg

Парвиз МУЛЛОДЖАНОВ (Таджикистан), доктор наук/PhD:

Проблемы

Есть несколько основных проблем, которые так или иначе стоят перед всеми странами региона.

Во-первых, отдельного внимания заслуживают вопросы, связанные с реформой политической и экономической систем. Все страны регионы нуждаются в проведении масштабных реформ с целью повышения эффективности экономики и уровня жизни населения, обеспечения хотя бы минимально равного доступа к образованию, ресурсам и экономическим возможностям.

В то же время «степень» проведения реформ в тех или иных странах региона существенно различается. Некоторые государства продвинулись дальше по построению рыночной экономики, а в других же экономическая система все еще отличается наличием советских элементов. Также общей проблемой для всех стран ЦА является коррупция, где существенных различий между государствами не наблюдается. Например, в тех же международных рейтингах по уровню коррупции все страны региона находятся недалеко друг от друга.

Общей проблемой для всех стран ЦА является коррупция, где существенных различий между государствами не наблюдается. Например, в тех же международных рейтингах по уровню коррупции все страны региона находятся недалеко друг от друга.

Во-вторых, одним из основных препятствий на пути интеграции является тот факт, что страны ЦА существенно отличаются по уровню своего экономического развития. Соответственно, это обстоятельство создает целый ряд дополнительных трудностей. В частности, вопрос о свободном перемещении финансовых средств и трудовых ресурсов может успешно решаться только в том случае, если все страны-участницы находятся приблизительно на одинаковом уровне развития по своим экономическим показателям.

В-третьих, есть также «проблема равноправия» внутри общих интеграционных моделей. Для того чтобы какая-либо интеграционная модель оказалась состоятельной и устойчивой, необходимо, чтобы все страны имели равный голос при принятии основных решений. Даже если формально это и будет так, то на практике осуществить такое равноправие будет гораздо труднее. Более богатые государства будут доминировать при принятии общих решений, что будет подрывать такую интеграционную модель изнутри, как это сейчас происходит с государствами Евросоюза.

Пути решения

Самое главное, нельзя считать региональную интеграцию априори положительным явлением. Все будет зависеть от того, как и по каким правилам интеграция будет осуществляться. Если какое-либо государство посчитает свои интересы ущемленными, то интеграция не будет устойчивой. В нашем регионе Узбекистан и Казахстан позиционируют себя лидерами интеграции, действительно, большинство предложений и инициатив исходят именно от них. Но если их претензии на лидерство будут ущемлять интересы других стран-участниц, то любые интеграционные инициативы останутся лишь на бумаге.

Странам региона гораздо легче договариваться с Россией или Китаем напрямую, путем заключения двусторонних договоров. Это намного проще и эффективнее, потому что нет необходимости проведения долгих предварительных переговоров, утряски каких-то разногласий или выработки единой позиции.

Кроме того, многие сторонники региональной интеграции в качестве аргумента (чаще высказывается в неформальной обстановке) приводят необходимость противостояния региона глобальным игрокам, например, России или Китаю. Такая позиция также изначально подрывает любую возможность интеграции внутри региона, так как сама по себе идея противостояния звучит по меньшей мере нелогично.

Так, странам региона гораздо легче договариваться с Россией или Китаем напрямую, путем заключения двусторонних договоров. Это намного проще и эффективнее, потому что не существует необходимости проведения долгих предварительных переговоров, утряски каких-то разногласий или выработки единой позиции. Тем более что страны с большим экономическим потенциалом будут и здесь доминировать. Поэтому залогом успеха любой местной интеграционной модели является ее гибкость, где каждая страна-участница должна иметь право самостоятельно определять свою внешнюю политику, возможность участия в других интеграционных союзах в зависимости от собственных интересов.

Эдил ОСМОНБЕТОВ.jpg

Эдил ОСМОНБЕТОВ (Кыргызстан), председатель правления Кыргызского совета по международным отношениям и безопасности:

Проблемы

Сегодня ЦА пришла в естественное геополитическое движение. Есть возможность сформироваться в единый геополитический регион с общей повесткой дня и совместно выступать на международных площадках и защищать интересы всей ЦА. Оборотная сторона глобализации – регионализация, в результате чего малые страны стремятся группироваться, чтобы сохраниться, иметь больший геополитический вес в отстаивании своих интересов на мировой арене.

Общими проблемами для стран ЦА являются следующие: отсутствие собственной объединяющей идеи, стремление к доминированию и лидерству, участие в различных геополитических проектах глобальных и региональных игроков.

Большая проблема – отсутствие постоянной и четкой коммуникации между политическими элитами и экспертными группами стран ЦА. Отсутствие такой связи приводит к формированию различных стереотипов, мифов и непонимания.

Еще одна большая проблема – это отсутствие постоянной и четкой коммуникации между политическими элитами и экспертными группами стран ЦА. Отсутствие такой связи приводит к формированию различных стереотипов, мифов и непонимания. Всем этим очень хорошо пользуются внешние силы для достижения своих целей и реализации своих проектов. Поэтому необходимо воспользоваться «окном возможностей», появившемся у стран ЦА: 2019 год будет оставаться определяющим годом для всех государств региона!

Пути решения

Решение всех проблем возможно при постоянном и эффективном взаимодействии политических и интеллектуальных элит через саммиты и рабочие консультативные встречи на высшем уровне без внешних игроков. Особое значение имеет улучшение взаимодействия экспертно-аналитических групп стран ЦА и проведение ими исследований по ключевым тематикам.

Последние новости Казахстана и мира читайте на нашем Telegram-канале