Центральная Азия: проблемы и решения. Часть пятая

Опубликовано: 15 Февраля 2019 г. Автор: Подготовил Альтаир РАСУЛ | г. Алматы
Центральная Азия: проблемы и решения. Часть пятая
ЭК
просмотров 2329

Руководитель аналитической группы «Центральная Евразия« (Узбекистан) Владимир Парамонов организовал виртуальную экспертную дискуссию по вопросам развития и взаимодействия стран региона. На его приглашение откликнулись свыше 100 экспертов из Узбекистана, Туркменистана, Таджикистана, Кыргызстана и Казахстана, прислав свои ответы на два заданных вопроса: «Какие основные проблемы на пути развития стран Центральной Азии и взаимоотношений между ними вы бы обозначили?» и «Как, на ваш взгляд, можно наиболее эффективно решать данные проблемы?». В рамках информационного партнерства «ЭК» продолжает публикацию наиболее интересных, на взгляд редакции, мнений.

Ольга КОБЗЕВА.jpg

Ольга КОБЗЕВА (Узбекистан), доктор исторических наук, профессор Национального университета Узбекистана им. Мирзо Улугбека:

Проблемы

– По заданным вопросам я провела даже серию мини-семинаров с коллегами и молодыми историками университета. Мы постарались тезисно и очень схематично выделить основные проблемы, характерные для Узбекистана, а также для каждой из дружественных и братских нам стран ЦА. Вот что в результате получилось. 

Для родного нам Узбекистана характерны следующие проблемы: низкое качество образования; сложная экологическая ситуация (Аральское море); низкий уровень развития медицины; коррупция; недостаточность глубоких структурных преобразований в экономике; слабое развитие дорожной инфраструктуры; водные проблемы; нехватка кадров; слабая социальная защита; слабая работоспособность правовых органов.
В свою очередь для Казахстана, на наш взгляд, все более важными проблемами становятся следующие: большой внешний долг; низкое качество образования на государственном языке; рост цен на товары и услуги; коррупция; водные проблемы; растущие различия в уровнях социально-экономического развития между селом и городом; растущие проблемы в социальной сфере, в том числе медицине и том же образовании.
На этом фоне для Таджикистана среди приоритетных проблем, как представляется, особо выделяются следующие: безработица, низкий ВВП; гендерная дискриминация; экологические проблемы; неразвитая инфраструктура; водная проблема; коррупция; проблема безопасности границ; низкий уровень жизни; слаборазвитая промышленность и экономика в целом.
При этом для Кыргызстана с нашей точки зрения принципиально важны следующие проблемы: отсутствие развитого промышленного комплекса; высокий уровень безработицы и трудовой миграции; низкий уровень ВВП; неразвитая инфраструктура.
И, наконец, для Туркменистана актуальны следующие проблемы: проблемы с правами человека; слаборазвитая инфраструктура; политическая самоизоляция; по сути, обожествление главы государства (попытки чего, кстати, наблюдаются и во многих других странах ЦА).
То есть в итоге практически все проблемы являются общими, в той или иной степени характерными для всех государств ЦА. Причем об этих проблемах мы должны говорить открыто и спокойно, если являемся действительно дружественными и братскими странами, народами: ведь кто кроме братских и дружественных стран, народов больше всего заинтересован в развитии всего региона, решении частных и общих проблем?

Пути решения
Мы с моими коллегами постарались сгруппировать некоторые рекомендации в отдельные блоки. Вот что получилось.
Во-первых, для эффективного решения проблем в секторе образования, на наш взгляд, необходимы следующие меры:
– более жесткие критерии при отборе в то или иное учебное заведение;
– улучшение качества базового школьного образования;
– возвращение кириллицы для национальных групп (при переходе от кириллицы на латинский алфавит имело место резкое снижение уровня образования, появился разрыв между поколениями, которые получали знания на кириллице, и следующими поколениями, которые стали учиться на латинском алфавите; к тому же не было издано достаточного количества книг и пособий на латинице);
– усиление международного сотрудничества (взаимные стажировки, обмен студентами, преподавателями и литературой);
– создание и организация летних школ для учащихся школ, высших учебных заведений, преподавателей;
– снижение платы за обучение (ведь расширение доступа к высшему образованию позволит увеличить количество квалифицированных кадров и уменьшить «утечку мозгов»; в случае же если продолжить повышение платы на контракты, то обучение станет по карману только «элите», многие представители которой кстати после получения образования уезжают за границу);
– увеличение количества мероприятий по повышению квалификации для преподавателей с использованием опыта развитых стран с учетом нашего менталитета и культуры (ведь не весь зарубежный опыт применим в наших странах).
 Во-вторых, для решения экологических проблем нами предлагается следующий комплекс мер:
– всем пяти странам ЦА следует создать наднациональное министерство с расширенными правами для поиска и анализа путей решения проблемы высыхания Аральского моря, а также пригласить зарубежных специалистов, имеющих опыт в решении такого рода проблем;
– ужесточить уголовную ответственность за браконьерство;
– поощрять создание заводов по переработке мусора (переработка мусора может частично решить нехватку ресурсов, а также принести пользу для экономики в целом);
– более системно заниматься рекультивацией истощенных земель, созданием искусственных водоемов, заповедников и лесополос.
 В-третьих, с точки зрения развития медицины нами предлагается:  
– провести полное техническое переоборудование всех крупных государственных больниц и приступить к созданию новых;
– обеспечить приоритет вопросам непрерывного повышения квалификации медицинских работников и формирования широких каналов их ознакомления с зарубежным опытом (путем обмена кадров, командировок, стажировок, лекций и т. п., а также собственно – за счет организации курсов повышения квалификации, в том числе языковых: например, курсов английского языка для главных врачей, чтобы они могли самостоятельно изучать передовой зарубежный опыт).

Мухит-Ардагер СЫДЫКНАЗАРОВ.jpg

Мухит-Ардагер СЫДЫКНАЗАРОВ (Казахстан), доктор политических наук, директор Института современных исследований Евразийского национального университета им. Л. Н. Гумилева:

Проблемы 

– Если исходить из интересов Казахстана, то многие проблемные моменты носят в основном трансграничный характер, и соответственно их решения связаны с сотрудничеством всех стран ЦА. Если же вспомнить, что министры иностранных дел государств Центральной Азии впервые встретились вместе лишь 2 сентября 2017 года на площадке Генеральной Ассамблеи ООН в Нью-Йорке, то понятно, что нужно наверстывать упущенное. 
Другой пример: за 25 лет независимости между соседними Казахстаном и Узбекистаном не было прямого автобусного сообщения. И лишь в позапрошлом году автобусное сообщение между Шымкентом и Ташкентом наконец стартовало. Это на фоне того, что в Европе, в той же бывшей социалистической, уже десятилетиями существуют прямые внутренние межстрановые туристические автобусные туры «Вышеградский тур», «Сияющие Карпаты», «5 столиц». 
В целом необходимо признать – атмосфера для сотрудничества в ЦА благоприятна, что подтверждают многие политико-экономические события фундаментального характера. Уже сейчас они осторожно закладывают основу будущей региональной если не интеграции, то, по крайней мере, позитивной трансформации. 

Так, с приходом к власти в Узбекистане Шавката Мирзиеева существенно и в позитивную сторону изменилась динамика двух- и многостороннего сотрудничества в ЦА. Мирзиеев сразу обозначил приоритет на нормализацию отношений с соседями по региону. Его визиты в Ашхабад, Душанбе, Бишкек и ответные визиты лидеров других государств ЦА дали мощный импульс позитивному диалогу. Считаю, что благодаря наблюдаемой внешнеполитической активности неуместный для соседних культурно-исторически близких Таджикистана и Узбекистана визовый режим остался в прошлом. 

Более того, наметившийся конструктивный диалог в тандеме Астана –Ташкент является принципиально важным и отвечает национальным интересам всех стран региона: без исключения и без преувеличения. Так, только за 2017 год между Казахстаном и Узбекистаном подписано 27 новых двусторонних документов различного уровня, новых соглашений на сумму на 1,2 млрд долларов США. 400 компаний получили выход на взаимные рынки благодаря активным бизнес-форумам. Задана планка довести казахско-узбекский товарооборот до 5 млрд долларов к 2020 году, а уже по результатам 2018 года планировалось достичь 2 млрд долларов. Как известно, 2018 год являлся «зеркальным» для Узбекистана и Казахстана: в Узбекистане он был объявлен годом Казахстана, соответственно, в Казахстане 15 марта 2018-го торжественно стартовал год Узбекистана. 
Важно и то, что новый кыргызский лидер Сооронбай Жээнбеков также начал свою президентскую деятельность с четких сигналов Астане и всему региону о готовности к налаживанию и развитию конструктивных отношений. Кыргызстан подписал Договор о демаркации госграниц и Соглашение о режиме госграниц. Образцовыми уже можно назвать отношения официального Бишкека и Душанбе, Бишкека и Ташкента. 

В свою очередь государственный визит таджикского президента в Астану 14 марта 2018 года также открыл новые горизонты. Даже Туркменистан, последовательно идущий по пути государственного нейтралитета, тем не менее все более активно открывает свой рынок для товаров и услуг как из Казахстана, так и из других государств ЦА. 
То есть в регионе Центральной Азии время и экономический контекст уже привели к здоровому прагматизму. Здесь нужно четко понимать, что пока все можно решить в формате традиционной «центральноазиатской пятерки», выработать четкие солидарные позиции, отбросив примат жесткого государственного эгоизма. 

Надо признать и то, что в регионе на эти процессы «потепления» существовал социально-политический, культурно-экономический «заказ», которому уже, кстати сказать, свыше 20 лет. Этот заказ определяется тем, что страны Центральной Азии роднят культурно-языковые, этноконфессиональные и исторические связи. 

Тем не менее следует помнить, что есть еще один важный игрок, пока молчащий, решающий свои внутренние неотложные проблемы войны и мира. Он рано или поздно тоже заявит о своем геополитическом видении в решении целого ряда вопросов. Речь, естественно, идет об Афганистане. 

Афганистану как государству, географически, исторически принадлежащему нашему региону, пока не до решения указанных внутрирегиональных вопросов из-за кровопролитной войны. Но в случае наступления военно-политической стабильности (а она наступит когда-нибудь) Афганистан заявит о своих правах и интересах: например по вопросу водозабора трансграничных рек, гидроэнергетической повестке и многим другим вопросам. 

Внутри ЦА сложилась интересная ситуация в экономической и военно-технической сферах. Три государства региона не являются членами ЕАЭС: Узбекистан, Таджикистан, Туркменистан. Но вместе с тем три государства Центральной Азии являются членами ОДКБ: Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан. Узбекистан вышел из ОДКБ еще при Исламе Каримове в 2013 году. Три государства ЦА являются членами ВТО (Кыргызстан, Казахстан, Таджикистан), а остальные два – нет. Но, как видим, при наличии политической воли и эти вопросы не могут, не должны стать «водоразделами» в двух- и многосторонних отношениях. 

Особо хочу подчеркнуть, что Центральная Азия как регион на политико-экономической карте мира неэксклюзивна. И те проблемы, с которыми она сталкивается, также неэксклюзивны. Сходные повестки стояли перед странами Восточной Европы: Польшей, Чехией, Словакией и Венгрией. Они создали действенный многосторонний формат «Вышеградской группы», которую еще неофициально называют «Вышеградской четверкой», «Вышеградским квартетом». Напомню официальный девиз «Вышеградской группы»: The European quartet – one melody, или «Европейский квартет – одна мелодия». Красивый девиз! Такие же отношения. И это отражает геополитическую нацеленность на совместное решение внешне- и внутриполитических вопросов. 

Пути решения 

Решение трансграничных проблем по определению лежит в плоскости совместных усилий – последовательно солидарных и без ненужных демаршей. То есть поиск решений, а также усилия по минимизации внешних и внутренних рисков находятся внутри ЦА. Но для этого нужно активно работать на всех уровнях – не только на самом высоком уровне, что руководители стран ЦА и демонстрируют, задавая тон всем. Так министерствам и ведомствам экономического блока государств региона следует активно работать над увеличением товарооборота, взаимных инвестиций, созданием подлинно свободного пространства для движения капиталов, услуг и рабочей силы.

Более того, нужно стараться лучше узнавать друг друга. При этом следует повышать «интересность» друг друга как партнеров в собственных глазах. Также важно взаимно запускать действенные инструменты мягкой силы, которые позволят превентивно решать многие вопросы, создавать пояс добрососедства, дружбы и лояльности к взвешенной внешней и внутренней политике. 

Безусловно, принципиально общение на позициях исключительно здорового прагматизма, который сам расставит все на свои места. Как известно, весной 2018 года прошел Саммит глав государств Центральной Азии. Он стал своего рода ключевым как в «проговаривании» проблем, так и в поисках их решений. 

Конечно, страны ЦА должны солидарно прорабатывать вопросы комплексной помощи Афганистану. Мир и спокойствие в этой стране – основа всей региональной безопасности и стабильности. В этом вопросе, равно как и в других, странам ЦА нужно проявлять четкую и недвусмысленную региональную субъектность. 

В целом солидарная позиция важна как по общим внешним проблемам (близость к нестабильному Афганистану, рост экстремизма, риски терроризма), так и сугубо внутренним (водная повестка и водно-энергетические проблемы, трансграничные реки и водохозяйственные споры, Арал, экологические вопросы, вопросы транспорта и логистики, незавершенная демаркация и делимитация границ). Этого же требуют отношения с ключевыми соседними державами – Россией и Китаем, а также с Ираном, Индией и Пакистаном, так как основные векторы и треки взаимодействия с ними почти аналогичны у всех центральноазиатских стран. 

Также считаю, что экспертно-аналитическому сообществу ЦА и министерствам иностранных дел нужно системно изучать опыт «Вышеградской группы». При этом, на мой взгляд, важно создать Институт изучения Центральной Азии – общий для стран ЦА экспертный, научно-исследовательский центр. 

Подытоживаю. Формат консультативной встречи, которая была предложена президентом Узбекистана Шавкатом Мирзиеевым, и поддержана руководителями других государств ЦА и результатом которой стала прошлогодняя встреча в Астане накануне праздника Наурыз, эффективен. Наурыз сам по себе символичен, выступив смысловым триггером на встрече, которую даже некоторые назвали Саммитом глав государств ЦА. 

Также хотел бы особо отметить, что вокруг ЦА много стереотипов, от которых нужно избавляться. В регионе складывается новая реальность. Центральная Азия сама должна спокойно сконструировать свою новую региональную идентичность. Пока ее конструировали извне. Встреча президентов стран ЦА 15 марта 2018 года в Астане тому лишнее подтверждение. Процесс пошел. 

На мой взгляд, регион, который в советское время называли «Средняя Азия и Казахстан» объединяет не только история, в том числе советское прошлое, но и, надеюсь, единое будущее. Единое будущее не только с позиций красивых и пафосных слов о братстве, единстве, но и с позиций того, что прагматизм современной международной политики обосновывает взаимные, прагматичные, взаимовыгодные дву- и многосторонние экономические отношения. Образно говоря, все пять государств ЦА спят под одним пестрым «шай-атлас-корпе», и, хотя видят разные сны, должны просыпаться в одно время и браться за одни дела.

Шокир ХАКИМОВ.jpg

Шокир ХАКИМОВ (Таджикистан), доктор юридических наук:

Проблемы 

– Долгое время главная проблема была связана с амбициями руководителей некоторых стран ЦА в отношениях между собой. Предметом этих амбиций зачастую было то, какая из стран играет более важную роль в регионе. На текущий момент эта проблема снята с повестки дня. Теперь основная задача для стран ЦА заключается в том, чтобы внешние центры сил не препятствовали интеграционным процессам в регионе, учитывая многочисленные конфликты интересов между ними.

Пути решения

Стратегически важно, чтобы руководство стран региона соблюдало баланс между национальными интересами и всем тем, что связано с влиянием внешних факторов. 

Другим приоритетом на ближайшую перспективу должна оставаться реализация подписанных документов. Чем быстрее рядовые граждане, субъекты экономических отношений и представители других социальных категорий почувствуют эффективность сотрудничества и улучшение качества жизни, тем быстрее можно будет переходить к согласованию очередных вопросов. Безусловно, основного внимания в этом плане заслуживают вопросы, связанные с общими угрозами и вызовами. 

Более того, всем странам ЦА должно быть предельно ясно, что укрепление национальных экономик и привлечение зарубежных инвестиций также зависит от достигнутого регионального консенсуса. Немаловажно, на мой взгляд, и то, чтобы у каких-либо стран, расположенных вне ЦА, было четкое понимание того, что улучшение отношений между государствами региона ни в коем случае не направлено против кого-либо из них. Решение этих задач необходимо возложить на соответствующие министерства и ведомства стран ЦА.

Бахтиер БАБАДЖАНОВ.jpg

Бахтиер БАБАДЖАНОВ (Узбекистан), доктор исторических наук:

Проблемы 

– Вопросы сформулированы тривиально, и вполне могут породить соответствующие ответы. Если они рассчитаны на экспертов, то не нужно особых интеллектуальных усилий для ответов, которые уже давно звучат в разной формулировке и которые в лучшем случае могут выплеснуться в пару новых интерпретационных парадигм. Хотя очевидно, что ответы нацелены на обсуждение самых злободневных контекстов интеграции региона, поскольку странам в одиночку тяжело преодолевать общие вызовы и проблемы. 

С другой стороны, обсуждать сформулированные вопросы (несмотря на их очевидную актуальность) сейчас почти бессмысленно, пока решение всех проблем региональной или любой другой интеграции остается в руках ограниченного круга политиков и лидеров стран. В обществах еще не сложилась (или только складывается) система общественного влияния на принимаемые политические решения. Преемственность из прошлого – вещь трудно преодолимая... Пока только социумы стран (в самом широком понимании), несмотря на их разнообразие, заинтересованы более всего в любых формах интеграции. Хотя и в них вбиваются идеологические штампы о «национальных интересах» в пределах только собственных выгод, о титульных нациях с их «великой историей» и т. п. От окончательного одурения спасает только то, что эта пропаганда внутри стран проводится по советским традициям и потому мало интересна большинству простых граждан. 

Менталитет же большинства наших политиков скроен по советским лекалам «республиканского соревнования», крайне ограниченного понимания «национальных интересов» и пр., а потому ждать от них взаимных компромиссов сложно. Следовательно, политики меньше всего готовы к такого рода обсуждениям и строят стратегии своих стран исключительно из примитивно понятых «национальных интересов» в духе заплесневелых идей Уинстона Черчилля. Конечно, это не значит, что обсуждений взаимоотношений стран региона не должно быть, особенно в среде экспертов. Напротив, такие обсуждения актуальны и должны быть доступны. 

И, наконец, в высшей степени «извилистые» и навязанные «национальным размежеванием» границы породили такие же интересы (от территориальных, водных, ресурсных и пр.). Это будет долго накладывать свой отпечаток на взаимоотношения стран, почти все из которых недовольны сегодняшними итогами «размежевания» и не всегда готовы признать незыблемость исторически сложившихся границ в регионе. На этой же основе обществу навязываются совершенно невежественные (слепленные по тем же советским традициям) формы «национальных идеологий», к которым в последнее время пытаются присовокупить «исламские ценности», тоже воспринятые и истолкованные в крайне примитивных формах... Но это отдельная тема. 

Пути решения 

По уже названным и другим (хорошо известным экспертам) причинам, предложил бы сформулировать более локальные, и может быть, конкретные варианты дискуссий. В ходе их обсуждения вполне может быть сформулирован «вопрос вопросов»...

Владимир ПАРАМОНОВ-2.jpg

Владимир ПАРАМОНОВ (Узбекистан), руководитель аналитической группы «Центральная Евразия», www.ceasia.org:

– Спасибо, Бахтиер Мираимович, за ваши ответы на столь «простые» и даже, на ваш взгляд, тривиальные вопросы, а главное – за ваши интеллектуальные усилия и время. 
В свою очередь, мне представляется, что в первую очередь надо четко понимать, в рамках каких концептуальных и стратегических целей/установок страны ЦА будут развиваться, а следовательно – должны строить двусторонние и многосторонние отношения. 
Во-первых, будут ли эти отношения поддерживать и подпитывать интеграцию в нашем регионе, как и на постсоветском пространстве в целом? Если так, то это одна концептуальная установка, конкретная цель и четкий вариант движения в сторону сближения с остальными постсоветскими государствами, в первую очередь Россией, даже если они сами этого не понимают и ничего серьезного для этого не делают. 
Во-вторых, будем ли мы строить отношения в рамках продвигаемых Западом и/или Китаем схем, проектов, алгоритмов? Да, стратегические и тактические цели у Запада и Китая могут быть разные, а между самими странами Запада и их транснациональными корпорациями временами даже может и не быть единства. Но тем не менее в любом случае речь будет идти о дальнейшем дистанцировании от России и, скорее всего, целого ряда других постсоветских стран. 
В-третьих, можем ли мы, государства ЦА, выработать собственный, максимально независимый от каких-либо внешних сил концепт развития двусторонних и многосторонних отношений? Например, с точки зрения интеграции нашего региона? На мой взгляд, этот вариант был бы наиболее мудрым, принимая во внимание реалии современной ситуации в мире и подходы России к интеграции на постсоветском пространстве. Страны ЦА сами должны научиться решать свои проблемы. Однако это можно сделать только через мобилизацию интеллектуальных ресурсов наших стран на цели долгосрочного развития. Как это делать? Очевидно, что только через кардинальное усиление роли науки, аналитики и экспертизы, в целом междисциплинарных и публичных научных исследований в системе принятия стратегических решений. Другого пути нет. 

Надежда ХАН.jpg

Надежда ХАН (Кыргызстан), кандидат философских наук, доцент кафедры «Политология» Кыргызско-российского славянского университета:

Проблемы

– Каждое из государств ЦА имеет свои внутренние проблемы, мешающие процессу развития. Общей же для всего региона проблемой является слабая экономика. 

Причины слабости и отсутствия стабильного роста упираются в отсутствие полноценной интеграции: государства ЦА, памятуя прошлое в составе СССР, привыкли быть ведомыми и интегрироваться благодаря посторонним внешним инициативам, при этом не проявляя собственных. Слабое гражданское общество и отсутствие инициатив являются результатом отсутствия доверия у народа к правительствам государств и высочайшим уровнем коррупции. Гражданское общество при должном уровне поддержки государства готово к интеграции в целом, но региональные элиты не намерены интегрироваться вообще. Более того, внешняя политика имеет ряд дезинтеграционных направлений. 

Главной причиной отсутствия интеграции принято считать угрозу безопасности. Близость ЦА с Афганистаном используется в качестве инструмента конструирования угроз и секьюритизации проблемы. Говоря конкретно о Кыргызстане и радикализации юга государства, могу отметить проблему восприятия и осознания ислама кыргызами. Принятие и развитие моделей ислама, традиционно не свойственного кыргызам, несет угрозу безопасности общества и государства в целом. 

Пути решения 

Решение проблемы той же радикализации Кыргызстана, на мой взгляд, находится в плоскости разработки модели «интеллектуального» ислама, подходящего кыргызам, без идеологического влияния других моделей. Это осуществляется экспертами уже сейчас. 

В целом решить все перечисленные проблемы возможно через развитие гражданского общества, что в дальнейшем приведет к положительным изменениям в сферах экономики и политики. Я намеренно не привела влияние внешних факторов на регион, так как, если ссылаться на них, станет очевидным еще больший ряд проблем. 

Айдар АМРЕБАЕВ.jpg

Айдар АМРЕБАЕВ (Казахстан), руководитель Центра прикладной политологии и международных исследований:

Проблемы

– С учетом заданного вопроса выделю два блока проблем.

Первый блок – это проблемы на пути внутреннего развития стран ЦА. В качестве центральной и во многом системообразующей следует обозначить проблему не завершившегося постсоветского транзита. Иными словами, практически ни в одном государстве ЦА не завершился процесс десоветизации и обретения независимости де-факто. В таких условиях политические, социально-экономические и культурно-идеологические системы испытывают давление прежней системы отношений. Например, многие элементы этих систем все еще являются постсоветскими: мировоззрение, стиль управления, институты, политическая культура, унаследованная система экономического разделения труда, социокультурная общность, ментальные привязанности, общие усредненные стандарты жизни, информационно-языковое пространство.  

Во-вторых, осуществляется трудный и внутренне противоречивый поиск суверенной идентичности во всех аспектах развития. Этот процесс наряду с незавершенным просоветским транзитом ведет к разрыву социальной «ткани» наций ЦА. Так, наблюдаются различные виды разломов и маргинализация социумов в регионе. Парадигма независимости (опоры на свои собственные силы и выработки собственных стратегических ориентиров развития) еще не стала доминирующим трендом. Предпочтение отдается стремлению стать частью чего-то цельного и более состоятельного, «прислониться» к чему-то большему и значительному.

В-третьих, низка эффективность систем государственного управления в странах ЦА, а в связи с этим высока необходимость модернизации во всех сферах.

В-четвертых, налицо сомнительная легитимность политических режимов и кулуарность осуществленного перехода к суверенному формату политико-экономических отношений. Созданные в результате модели не обладают достаточной устойчивостью и социальной репрезентативностью с точки зрения большинства населения.

В-пятых, у стран региона слаба социально-экономическая база. В частности, экономика государств ЦА носит постколониальный, ресурсо-ориентированный, неинновационный характер, а их рынки остаются неразвитыми. Все это делает их зависимыми от более развитых рынков инвестиций, технологий, потребления, более развитых человеческих ресурсов, общественного сервиса.

В-шестых, в политическом отношении страны ЦА привязаны к установившимся связям в формате «центр – периферия» в качестве мировой периферии и объекта влияния. Так, наблюдается несамостоятельность в принятии внешнеполитических решений и отсутствие полноценной международной субъектности. К тому же незавершенный политический транзит в странах ЦА добавляет неустойчивость их политическим режимам.

Второй блок – это проблемы, связанные с отношениями стран ЦА друг с другом и внешним фоном:

– различия в моделях, векторах, скорости и других важных вопросах развития государств региона снижают возможности и совокупный потенциал ЦА;

– наличие противоречий и проблем между странами ЦА (например, водно-энергетических и территориально-пограничных), а также нестыковки в законодательствах, социальных стандартах, миграционных режимах и пр. – все это существенно сдерживает сотрудничество в регионе;

– высокое влияние авторитарных лидеров стран ЦА делает процессы в регионе, в том числе сам интеграционный процесс, очень зависимыми от целого ряда субъективных факторов;

– глобальный экономический кризис и турбулентность мирового политического порядка, его высокая конфликтогенность, торговые и санкционные войны, конкурентная борьба внешних сил (Запад, Россия, Китай, Индия и пр.) – все это ведет к углублению в ЦА геополитических, геоэкономических и иных противоречий, делает невозможным стратегическое проектирование региона;

– гуманитарный кризис и падение уровня развития человеческого капитала в ЦА значительно снижают потенциал региона и его вовлеченность в мировые общественные процессы, обрекают наши страны на периферийность и отсталость;

– нахождение региона в фокусе деструктивных сил ведет к тому, что ЦА потенциально может стать несостоятельным пространством (failed area), нуждающимся во внешнем управлении.

Пути решения

Во-первых, решение проблем на пути развития стран ЦА, безусловно, является их внутренним делом и зависит от целого ряда факторов. Среди основных могу обозначить следующие: содержание процесса модернизации, прозрачность и репрезентативность интересов широких слоев населения, правовой характер государств, адекватность социально-экономических решений, независимость внешнеполитических стратегий развития, полноценная опора на собственные модели национальной и культурной идентичности.

Во-вторых, принципиально важно поддержать тренд на формирование самодостаточной и автономной стратегии для всего региона. Очень значимым элементом этой стратегии должна стать многовекторная внешнеполитическая доктрина. Она призвана позволить проводить странам ЦА относительно независимую и состоятельную политику в отношении внешних центров силы, не отдавая предпочтение какому-то одному вектору и тем самым нарушая баланс внешнего влияния.

В-третьих, необходима постоянная координация внешнеполитических решений стран ЦА. Особо важна дальнейшая институционализация и закрепление организационной и юридической основы встреч Совета глав государств ЦА. Более того, необходимо создавать аналогичные координационные форматы по всей вертикали и в различных сферах. Например, можно было бы создать следующие структуры: Экспертно-аналитический форум ЦА, Форум предпринимателей ЦА, Молодежный форум ЦА, Банк содействия и развития ЦА, Арбитражный суд ЦА, Транспортно-логистический совет ЦА, Водно-энергетический консорциум ЦА, Культурный совет ЦА, Ассоциацию образовательных учреждений ЦА, Совет по экологии ЦА, Форум приграничного сотрудничества стран ЦА и т. д. Все это можно начинать создавать уже на двух- и трехсторонней основе.

В-четвертых, желательна координация участия стран ЦА в различных международных организациях. При этом важно стремиться к формированию единой платформы, согласованию инициатив и голосования. Такую функцию мог бы взять на себя, например, Центрально-Азиатский совет с официальным представительством от всех стран ЦА. Такого рода структура должна быть наделена соответствующими полномочиями. В ее рамках должна быть согласована ротация руководителей, а ей самой и ее органам должно быть определено место (места) дислокации.

В-пятых, целесообразно сближение социальных стандартов, правовых режимов и экономических моделей. Все это можно делать, например, через обмен и адаптацию под условия своих стран лучших практик, удачных реформ и т. п. На экспертном уровне необходимо осуществлять регулярный мониторинг и публиковать ежегодные отчеты о развитии стран ЦА по аналогии с Отчетом о человеческом развитии ООН.

В-шестых, следует стремиться к созданию единого информационного пространства ЦА, общей платформы цифровизации и режима коммуникации в интернет-пространстве.

В-седьмых, важно поощрять согласованное с другими странами ЦА участие того или иного государства региона в интеграционных форматах и международных инициативах.

В-восьмых, было бы разумно создать в ЦА институты и механизмы взаимовыручки, поддержки и страхования от негативного внешнего влияния в различных сферах (экономической, военно-политической, «мягкой силы», гуманитарных кризисов, при чрезвычайных ситуациях).

В-девятых, в целях разрешения тактических конфликтных ситуаций между странами ЦА следует предусмотреть механизм двусторонних комиссий и медиаторства.

И наконец, в-десятых, в отношениях между странами ЦА крайне целесообразно обеспечить набор следующих благоприятных условий: безвизовый режим, режим свободной трудовой миграции, образовательного и культурного туризма, бизнес-коммуникаций, формирования свободных экономических зон, зон свободной торговли, единых социальных стандартов.

 
 Владимир ПАРАМОНОВ:

– Уважаемый Айдар, спасибо за активное участие в дискуссии! Все ваши рекомендации, уверен, очень ценны. Не соглашусь лишь с отдельными тезисами, связанными с оценками существующих проблем на пути развития стран ЦА.

В первую очередь не соглашусь с тезисом о том, что именно незавершившийся постсоветский транзит является главной и центральной проблемой. На мой взгляд, все ровно наоборот: именно благодаря советскому прошлому и интеграции в рамках единого государства страны ЦА сформировались в нынешнем их качестве. Причем сформировались как развитые индустриально-аграрные экономики с продвинутой наукой, культурой и социальной сферой, высоким, как сейчас принято говорить, качеством человеческого капитала. Благодаря этой вот «проблеме», благодаря не до конца разрушенному советскому наследию мы, страны ЦА, все еще находимся гораздо ближе друг к другу, чем могли бы быть. И на мой взгляд, наряду с адаптацией лучших международных практик лучший опыт из недавнего советского прошлого также мог бы стать важным конкурентным преимуществом для стран ЦА.

Айдар АМРЕБАЕВ:

– Позволю себе не совсем согласиться, уважаемый Владимир. Да, мы должны быть признательны тому, что вместе со всем указанным вами позитивом именно благодаря советскому прошлому Центральная Азия оказалась в таком дезинтегрированном состоянии, со значительно уменьшенным (в силу фактически осуществленного этноцида народов региона) и разобщенным человеческим и социальным капиталом, а также в основе своей сырьедобывающей структурой наших экономик. Полагаю, что у народов региона была возможность пойти по альтернативному, несоветскому пути развития. 
Например, просуществовавшая всего три года Алашская автономия в Казахстане (1917–1920 гг.) предлагала буржуазно-демократическую модель модернизации казахской степи, сопоставимую с реформами Мэйдзи в Японии. Можно предположить, что в случае реализации подобного рода программы мы смогли бы достичь не меньших результатов, чем при Советах, и меньшей кровью. Иные перспективы открывали и другие альтернативные проекты: Туркестанской автономии, Бухарского государства (эмирата) и т. д., насильно ликвидированные большевиками. 

Хотя, конечно, история не имеет сослагательного наклонения, и случилось то, что случилось. Сейчас настало время выправить то, что можно исправить, и двигаться в ЦА навстречу друг другу, сохранив позитивное начало и искоренив проблемы, о которых я говорил вначале. В настоящее время наметился позитивный тренд в этом направлении. И это вселяет осторожный оптимизм.


Источник: Авторский проект Владимира ПАРАМОНОВА «Центральная Евразия»  

Продолжение следует

Предыдущие части виртуальной дискуссии

Последние новости Казахстана и мира читайте на нашем Telegram-канале