Центральная Азия: проблемы и решения. Часть шестая

Опубликовано: 21 Февраля 2019 Автор: Подготовил Альтаир РАСУЛ | Алматы
Центральная Азия: проблемы и решения. Часть шестая
ЭК
просмотров 2790

Руководитель аналитической группы «Центральная Евразия« (Узбекистан) Владимир Парамонов организовал виртуальную экспертную дискуссию по вопросам развития и взаимодействия стран региона. На его приглашение откликнулись свыше 100 экспертов из Узбекистана, Туркменистана, Таджикистана, Кыргызстана и Казахстана, прислав свои ответы на два заданных вопроса: «Какие основные проблемы на пути развития стран Центральной Азии и взаимоотношений между ними вы бы обозначили?» и «Как, на ваш взгляд, можно наиболее эффективно решать данные проблемы?». В рамках информационного партнерства «ЭК» продолжает публикацию наиболее интересных, на взгляд редакции, мнений.

Шухрат ЁВКОЧЕВ-2.jpg

Шухрат ЁВКОЧЕВ (Узбекистан), доктор политических наук, профессор, независимый эксперт:

Проблемы

На мой взгляд, к основным проблемам на пути развития региона и взаимоотношений между странами ЦА можно отнести несколько.

Во-первых, это геополитическое противостояние крупных держав. Данное противостояние в зависимости от ситуации, геополитических и стратегических интересов часто препятствует интеграции и кооперации центральноазиатских стран. Подобные процессы мы наблюдали и в 1990-е и 2000-е годы, когда попытки Узбекистана и Казахстана по созданию внутрирегиональных союзов и объединений так и не достигали своих основных целей.

Во-вторых, это рост религиозного радикализма.

В-третьих, это экологические проблемы, среди которых на первый план выходят нехватка воды и иссушение плодородных земель. Эти крайне серьезные угрозы всему региону могут привести в движение неконтролируемые силы и процессы...

Борьба с религиозным радикализмом в регионе требует согласованного проведения политики религиозного просвещения масс и разработки комплексной программы борьбы с религиозным экстремизмом. Все это и многое другое невозможно без постоянного мониторинга изменения ситуации, ее анализа и прогнозирования, а как результат – адекватного реагирования.

Пути решения

Буду короток в своих ответах поскольку время не только деньги но и возможности.

Во-первых, к решению проблем, связанных с геополитическим противостоянием крупных держав в ЦА, можно «подойти» лишь за счет проведения государствами региона долгосрочной политики. С одной стороны, это предполагает согласованную политику, а с другой стороны – сбалансированную политику. Эта политика должна исключать резких, непродуманных и нескоординированных шагов, способных нарушить баланс сил и интересов в пользу одной из держав. Самое главное – использовать ситуацию для развития, укрепления экономики, безопасности и внутрирегионального сотрудничества!

Во-вторых, борьба с религиозным радикализмом в регионе требует согласованного проведения политики религиозного просвещения масс и разработки комплексной программы борьбы с религиозным экстремизмом. Все это и многое другое невозможно без постоянного мониторинга изменения ситуации, ее анализа и прогнозирования, а как результат – адекватного реагирования.

В-третьих, экологические проблемы, безусловно, относятся к категории наиболее чувствительных и сложных. Их решение зависит не только от позиции и действий стран, но и от целого ряда объективных факторов, не зависящих от человеческой воли. В идеале нам надо двигаться по пути создания единого центра по координации политики и управлению природными ресурсами всего региона. Другого пути просто нет.

Гульнара ДАДАБАЕВА.jpg

Гульнара ДАДАБАЕВА (Казахстан), доктор исторических наук, доцент кафедры «Международные отношения» Университета КИМЭП (Казахстанский институт менеджмента, экономики и прогнозирования):

Проблемы

Я бы выделила в качестве основной саму проблему определения региона, как такового. Существует ли сегодня такой регион как Центральная Азия? Или же он существует лишь как некая виртуальная реальность? Насколько сближают население стран такие общие моменты и факторы как Ислам, тюркские языки, история и многое другое?

На мой взгляд, в современном мире экономические основы для сотрудничества играют превалирующую роль. Поэтому считаю, что у стран ЦА отсутствуют сильные мотивы для того, чтобы начать процесс реальной региональной интеграции.

Во-первых, государства ЦА находятся в стороне от основных транспортных маршрутов: есть лишь те, что сохранились с советского периода. Да, к ним добавились новые инфраструктурные проекты Китая, отдельные проекты, инициированные странами региона и их соседями. Тем не менее, отсутствует единая транспортная стратегия, выработанная странами ЦА для продвижения проектов региональной интеграции или же, как минимум, интенсификации сотрудничества.

Во-вторых, просматриваются ли перспективы увеличения товарооборота между странами региона, существует ли реальная заинтересованность развивать экономическое сотрудничество? У Узбекистана был и есть потенциал продавать соседям больше так называемых товаров с высокой добавленной стоимостью. Кроме того, его экономика гораздо более диверсифицирована по сравнению с экономикой Казахстана и экономиками других стран ЦА. Однако насколько остальные государства региона заинтересованы в этом? Насколько в этом заинтересованы соседи – Китай и Россия?

Для того, чтобы претворить сценарий региональной интеграции в жизнь вне того же европейского, российского и китайского «контекстов», необходимо усилить и признать роль Узбекистана и отчасти Казахстана как драйверов этого проекта.

Для примера можно привести товарооборот Казахстана со странами региона. Так, его товарооборот с государствами ЦА ограничен небольшими объемами и не играет существенной роли для экономик всех этих стран. Исключение составляет лишь товарооборот Кыргызстана с Казахстаном. Да, наблюдаются и положительные моменты: за последние 10 лет товарооборот стран ЦА вырос в два раза, с 1,6 млрд до 3,1 млрд долларов.

Наши отношения со странами дальнего зарубежья строятся на другой основе. Экспорт Казахстана в Италию, Китай, Россию и Нидерланды, как правило, составляет основную часть оборота Казахстана, а импорт из тех же России, Франции, Германии, Китая – значительно превалирует над объемами внутрирегиональной торговли.

Поэтому для того, чтобы претворить сценарий региональной интеграции в жизнь вне того же европейского, российского и китайского «контекстов», необходимо усилить и признать роль Узбекистана и отчасти Казахстана как драйверов этого проекта. Однако как другие страны ЦА воспримут эту идею?

В-третьих, существуют проблемы, связанные с инвестициями в эти страны ЦА. Кто и в какие отрасли экономики вкладывает деньги? ЕС, Китай, США в основном работают в отраслях топливно-энергетического комплекса, а также в плане экспорта в государства ЦА готовой продукции. Кто же в таком случае будет заинтересован в развитии промышленности и кто будет вкладывать в нее деньги, если большую часть потребительского рынка заполняют товары европейского, российского и китайского производства? Да, необходимо строить большие предприятия, рассчитанные на региональный  рынок, однако наши страны пока не готовы или же ограничены в своих действиях, чтобы реализовать идею общего рынка.

Пути решения

Относительно недавняя встреча лидеров ЦА (15 марта 2018 года), которая состоялась впервые за последние девять лет, вселяет осторожный оптимизм по поводу перспектив экономического сотрудничества в регионе.

Но есть ли возможность сформировать единый рынок для стран ЦА? Если наши государства будут интенсивно над этим работать, то даже, несмотря на относительную однородность их экономик, они смогут создать условия для дальнейшего более эффективного сотрудничества. Каждая из экономик стран региона небольшая по размерам. Это является определенным пределом для развития. Однако если при разработке экономической стратегии государства ЦА будут рассчитывать на общий рынок, то тогда имеется потенциал для развития и диверсификации экономик.

Владимир ПАРАМОНОВ.jpg

Кроме того, общие транспортные проекты, модернизация инфраструктуры также имеют большой потенциал для экономического развития региона. Казахстану выгоднее импортировать овощи и фрукты из Узбекистана, чем из Пакистана или Польши.

Конечно, торгово-экономическое сотрудничество необходимо, однако важна работа и по дальнейшему снижению различных барьеров.То же касается и производства. Однако это очень серьезная и отдельная тема.

Как ни странно, но остается также вопрос о внутрирегиональном туризме, возможностях для граждан государств ЦА ездить в соседние страны, которые должны открывать свои границы для жителей всего региона.

Владимир ПАРАМОНОВ (Узбекистан), руководитель аналитической группы «Центральная Евразия», www.ceasia.org:

Спасибо большое, Гульнара! В связи со сказанным вами предлагаю вынести на обсуждение темы торгово-экономического и производственного сотрудничества, а также развития внутреннего туризма в регионе. Какие конкретные проекты могут стать локомотивами кооперации по этим трем важным направлениям? Вопрос выносится на дальнейшее обсуждение.

С торгово-экономическим и производственным сотрудничеством казалось бы все ясно: эти направления необходимы. Тем не менее, часто уделяется внимание одному из направлений в ущерб другому. В этой связи их рассмотрение в едином контексте, на мой взгляд, крайне оправданно.

Более того, мне очень импонирует сделанный вами акцент на внутрирегиональном туризме. Представляется, что страны ЦА, слишком увлеклись задачей привлечения туристов из-за рубежа (что важно, никто с этим не спорит), но совершенно забыли о более важной задаче: создания благоприятных условий для отдыха, путешествий и просто передвижения  внутри региона граждан наших же собственных государств!

Камолудин АБДУЛЛАЕВ-2.jpg

Камолудин АБДУЛЛАЕВ (Таджикистан), кандидат исторических наук, независимый эксперт:

Проблемы

ЦА унаследовала границы, установленные в 1924-1936 годах. Они являются экономически и этнически необоснованными, а также культурно неадекватными. Особенно это касается Таджикистана, который, помимо того, что оказался оторванным от своих культурных центров, населенных миллионами таджиков, полностью зависим от Узбекистана с точки зрения транспортных коммуникаций, не обладает залежами таких важных полезных ископаемых как газ и нефть.

Таджикистан был с самого начала поставлен в неравные «стартовые условия». Советами он планировался как горное, приграничное («ворота в Индостан» по выражению Сталина), нетюркское и экономически бесперспективное «арийское» подбрюшье «большой Средней Азии». Вернее, экономические перспективы есть, но лишь в отдаленной перспективе. Более того, для их реализации требуются финансовые, человеческие и прочие ресурсы, которыми отдельно взятый Таджикистан, не обладает. Даже мощи советской экономики оказалось недостаточно для развития Южного и Центрального Таджикистана, не говоря о Горно-Бадахшанской автономной области, которая в период СССР являла собой скорее русский пограничный пост, чем хозяйственную единицу.

Пути решения

Для Таджикистана наиболее перспективная стратегия выживания заключается в максимальной интеграции в среднеазиатское (пусть даже тюркское) сообщество.

Именно Узбекистан может и имеет шанс выступить локомотивом региональной интеграции. Это прекрасно понимают в Душанбе, особенно на фоне ослабления России, «увязшей в капкане» неравного противостоянии с Западом, а также растущей роли Китая. Узбекский вектор – сегодня наиболее перспективный и вероятный для Таджикистана. С другой стороны, сближение с Таджикистаном – ближайшим соседом хронически нестабильного Афганистана – желательный путь и для Узбекистана, если он намерен стать процветающим и безопасным «снежным барсом» Центральной Азии. Узбекистан и узбеки наиболее близкая Таджикистану и таджикам нация, так как этнокультурно она содержит важные компоненты исламо-персидской культуры и иранского этноса.

Узбекистан и узбеки наиболее близкая Таджикистану и таджикам нация, так как этнокультурно она содержит важные компоненты исламо-персидской культуры и иранского этноса. Эти компоненты, в свою очередь, вместе с элементами тюркской кочевой культуры составляют ядро идентичности всего региона, и делают его близким и понятным государствам и нациям Южной Азии, Ближнего и Среднего Востока.

Эти компоненты, в свою очередь, вместе с элементами тюркской кочевой культуры составляют ядро идентичности всего региона, и делают его близким и понятным государствам и нациям Южной Азии, Ближнего и Среднего Востока. Интеграция, понимаемая как создание единого экономического, военного, таможенного, валютного и гуманитарно-культурного пространства, может привести к созданию союзного государства Узбекистан–Таджикистан, к которому в случае его процветания, смогут впоследствии присоединится остальные государства региона. Только так можно привести в соответствие и гармонизировать политические, этнокультурные и экономические границы, проведенные Советами много лет назад. Другой путь – это изоляция, перекраивание границ, нестабильность и даже социальные и национальные конфликты.

Последние события в развитии таджикско-узбекских отношений, а именно неожиданное для многих сближение Рахмона и Мирзиёева показали очень многое. В частности, они показали, что регион развивается не в правовом поле (понимаемом по-западному как поле политической конкуренции и многопартийности, результата деятельности сложившегося гражданского общества), а в поле взаимодействия авторитарных персоналий и традиционных, «органических», интерес-групп.

Личные интересы и воля нацлидеров оказались решающими в «потеплении» отношений между Узбекистаном и его соседями, что послужило объективно в пользу масс населения и укреплению недемократических режимов. Всякая интеграция предполагает неизбежное ограничение личной власти нацлидеров и передачу части ее «наверх», на региональный уровень. Она (интеграция) предполагает также известную прозрачность, подотчетность и ответственность лидеров. Готовы ли они пойти на то, что неизбежно повлечет ослабление их личной власти? Это интересный вопрос!

Видимо надо признать, что западная модель многопартийности провалилась, по крайней мере в Таджикистане, в котором политический процесс прекратился, едва начавшись. Это означает, что для успешного развития сотрудничества и интеграционных проектов в Средней Азии надо найти собственную модель, опирающуюся на свои, традиционные ценности, сочетающие задачи одновременного обеспечения стабильности и прогресса в интересах всего региона и каждого его жителя. Это не будет копия какого-то опыта, но оригинальный интеллектуальный продукт.

Владимир ПАРАМОНОВ:

Большое спасибо за ваши крайне интересные и нестандартные оценки! Отмечу лишь, что они, в силу своей глубины и концептуальности, оставляют достаточно широкое поле для обсуждения. Приглашаю к нему всех заинтересованных экспертов из стран ЦА.

Лично выскажусь лишь в том плане, что решение обозначенных вами задач возможно лишь в условиях развития и консолидации интеллектуального потенциала стран региона, тех же Узбекистана и Таджикистана. Однако этого, к сожалению, не было, нет и, скорее всего, не будет. Да и навряд ли, что такие стратегические цели могут быть предложены и реализованы лидерами государств ЦА.

Зайнаб МУХАММАД-ДОСТ.jpg

Зайнаб МУХАММАД-ДОСТ (Узбекистан), независимый исследователь, редактор Региональной аналитической сети Центральной Азии (Central Asian Analytical Network, CAAN), www.caa-network.org (США):

Проблемы

Разделю свои ответы на ваши вопросы на два блока.

Первый блок. На пути развития стран региона, на мой взгляд, можно выделить следующие проблемы:

– проблему экономико-географической изоляции региона, проявившуюся начиная с эпохи Великих географических открытий;

– проблему сырьевой ориентации экономик стран региона (даже если в некоторых из них экономика диверсифицирована лучше, чем в других, например, в Узбекистане);

– проблему роста социального неравенства и расслоения в странах региона в результате деиндустриализации, а также преимущественной ориентации национальных экономических систем на развитие аграрной или нефтегазовой отраслей; связанные с этим риски включают в себя высокую безработицу; слабость социальных служб и рост организованной преступности. Неудивительно, что отдельные представители ЦА могут оказаться уязвимыми перед распространением экстремистских идей (отдельной проблемой является радикализация трудовых мигрантов в России);

– проблему коррупции, которая не только усиливает неравенство в ЦА, но и ведет к ослаблению политических институтов, оттоку интеллектуальных и в целом человеческих ресурсов; отсутствие подотчетности властей независимым институтам является связанной с этим проблемой. Все вместе это ведет к росту разочарования в обществе и двойным стандартам, что также создает благоприятную почву для популистских либо даже исламистских идей;

– проблему зацикленности на вопросах идентичности, своего особенного пути, языковой политики; все это чревато национализмом и дискриминацией людей по языковому, религиозному и этническим признакам;

– проблему падения уровня образования и культуры, отсутствия качественной журналистики.

Второй блок. На пути развития взаимоотношений стран региона можно выделить следующие проблемы:

– проблему наличия искусственных барьеров в отношениях (как правило, созданные для обогащения отдельных слоев элит);

Отдельно я бы остановилась на инициативе Китая «Один пояс, один путь», которая, на мой взгляд, предоставляет много возможностей для региона. В частности, данная инициатива может помочь развивать транспортные сети. Интеграция же транспортных сетей увеличила бы торговлю в регионе и повысила бы привлекательность ЦА в качестве евразийского транспортного моста, нового туристического центра и перспективного рынка для Китая, ЕС и России.

– проблему зависимости добрососедских или, наоборот, недоброжелательных отношений, от политической воли глав государств, нежели от силы министерств и ведомств, общественных институтов и воли народов. Эта зависимость от межличностных отношений в региональной политике чреватa негативными моментами и новыми проблемами, если настрой глав государств изменится;

– проблему вмешательства (или даже саботирования) отношений в ЦА со стороны внерегиональных игроков.

Пути решения

Разделю свои рекомендации на два блока.

Первый блок. Для решения существующих на пути развития стран региона проблем, на мой взгляд, следует сфокусировать внимание на следующем комплексе мер:

– курсе на реиндустриализацию (не формально, а реально), преодолении сырьевой направленности экономик и отказе от прежних методов управления;

– всемерном поощрении развития среднего бизнеса;

– приоритетном внимании вопросам продовольственной безопасности и удовлетворению базовых социальных потребностей населения;

– обеспечении верховенства закона, жестким мерам против коррупционеров;

– целенаправленному развитию гражданского общества и поддержке независимых СМИ;

– поддержке различного рода аналитических центров и конкуренции между ними.

Второй блок. Для решения существующих на пути развития взаимоотношений стран региона проблем следует уделять приоритетное внимание следующим мерам:

– устранению торговых барьеров, подготовке предпосылок для полноценной экономической интеграции региона. Абсолютно точно, что объединенный регион, в котором проживает около 70 миллионов человек, представляет более высокий интерес для иностранного бизнеса;

– восстановлению между странами ЦА хозяйственных связей, имевших место во время существования СССР;

– развитию сотрудничества с международными партнерами, в первую очередь в целях продвижения региональных инициатив.

Особо бы я отметила важность сотрудничества со странами ЕС и Китаем для поддержания интеграционных инициатив в ЦА. Отдельно я бы остановилась на инициативе Китая «Один пояс, один путь», которая, на мой взгляд, предоставляет много возможностей для региона. В частности, данная инициатива может помочь развивать транспортные сети. Интеграция же транспортных сетей увеличила бы торговлю в регионе и повысила бы привлекательность ЦА в качестве евразийского транспортного моста, нового туристического центра и перспективного рынка для Китая, ЕС и России. Этот проект дает шанс развития не только в транспортно-торговом смысле, но и в плане инфраструктуры и финансов. Тем не менее, странам ЦА следует избежать сценария, при котором данная инициатива будет предоставлять возможности лишь Китаю торговать своими товарами в регионе: сотрудничество должно также поощрять выход товаров стран ЦА на китайский и другие рынки.

Асет ОРДАБАЕВ.jpg

Асет ОРДАБАЕВ (Казахстан), докторант, сотрудник Евразийского исследовательского центра при Международном казахско-турецком университете им. Ходжи Ахмеда Ясави:

Проблемы

Безусловно, что существует целый ряд серьезных проблем. На мой взгляд, основные из них можно сформулировать следующим образом:

– отсутствие у государств ЦА четкой экономической мотивации для кардинальной интенсификации взаимодействия друг с другом (товарооборот невелик, взаимные инвестиции невелики);

– слабость экономических систем стран ЦА (малая емкость рынков);

– конкуренция государств ЦА между собой за транзитные коридоры;

– незаинтересованность государственных бюрократий стран ЦА во взаимодействии друг с другом и региональном сотрудничестве в целом.

Пора перейти от деклараций к конкретным, практическим шагам в плане регионального сотрудничества; например, можно начать с программ по  совместному развитию приграничных территорий.

Пути решения

Очевидно, что решения не просты и не легки. На мой взгляд, можно было бы особо выделить следующие стратегические решения:

– приступить к реализации масштабной программы по созданию в странах ЦА совместных предприятий с участием капитала из государств региона и/или другой вариант – приглашать иностранные компании участвовать в региональных экономических проектах, давая им одинаковые преференции на весь регион;

– целенаправленно формировать у министерств и ведомств (бюрократии) стран ЦА заинтересованность в региональном сотрудничестве; например, это можно делать за счет создания тех же совместных предприятий с участием центральноазиатского и внешнего капитала;

– перейти от деклараций к конкретным, практическим шагам в плане регионального сотрудничества; например, можно начать с программ по  совместному развитию приграничных территорий.

Арсен УСЕНОВ.jpg

Арсен УСЕНОВ (Кыргызстан), младший научный сотрудник Института стратегического анализа и прогноза Кыргызско-российского славянского университета:

Проблемы

На мой взгляд, развитие стран ЦА и взаимоотношений между ними определяется рядом объективных и субъективных факторов, причем с большим преобладанием последних.

К числу объективных проблем можно отнести проблемы делимитации границ и территориальных споров, в частности в «Ферганском треугольнике» (Таджикистан, Узбекистан, Кыргызстан). Процессы делимитации и демаркации границ идут уже около двадцати лет, но ощутимые изменения стали заметны только лишь недавно.

При этом территориальные разногласия между странами ЦА все еще являются барьерами для углубления сотрудничества по всем остальным направлениям. К тому же на повестке взаимоотношений государств ЦА стоит вопрос распределения водных ресурсов, что отражается на проектах строительства ГЭС большой мощности в Таджикистане и Кыргызстане. Остальные проблемы – это, прежде всего, проблемы безопасности, а также проблемы, связанные с трудовой миграцией.

Но все же большая часть проблем на пути развития и взаимоотношений стран ЦА, на мой взгляд, носит в значительной степени субъективный характер.

Во-первых, важно отметить, что государства региона все еще находятся в стадии формирования собственной национально-государственной идентичности. Соответственно, своего рода обособление в качестве государств и наций с собственными культурными, национальными ценностями является закономерным. Но в то же время это приводит к ситуации, когда граждане стран ЦА отождествляют себя в большей степени в качестве представителей своей нации и своего государства, а сам регион для них есть лишь некая совокупность пяти государств. В свою очередь, отсутствие регионального самосознания делает взаимоотношения в самой ЦА не приоритетными.

Лидерам стран ЦА необходимо проявить политическую волю по интеграции и начать этот процесс с регулярных встреч в формате «пятерки» для обсуждения и решения совместных проблем. Политическая воля, проявленная новым лидером Узбекистана Ш. Мирзиеёвым уже позволила разрядить обстановку в регионе. Были созданы условия для решения ряда проблем на пути сотрудничества стран ЦА.

Во-вторых, государствам ЦА не удается решать наиболее острые проблемы напрямую: путем двустороннего или многостороннего диалога. Зачастую для решения проблем взаимоотношений стороны часто прибегают к помощи внерегиональных посредников. «Свежий» и важный пример: при решении проблем на кыргызско-казахстанской границе в 2017 году стороны смогли прийти к компромиссу посредством России.

В-третьих, в ЦА существует проблема конкуренции за лидерство между двумя экономически наиболее сильными странами – Казахстаном и Узбекистаном. Уровень экономического развития является здесь весомым фактором. Обе страны, являясь лидерами в плане экономического развития, долгие годы боролись за статус регионального лидера. В настоящее время между странами заметно выросло осознание необходимости совместного решения накопившихся проблем. Тем более что интересы Астаны и Ташкента в части решения целого комплекса проблем, например водных, совпадают.

В-четвертых, отсутствие политической воли к интеграции у лидеров государств ЦА делает интеграцию региона маловероятной. «Объединенная Центральная Азия» пока не способна принимать самостоятельных решений. Как показывает история, все интеграционные проекты в регионе (ЦАЭС, ЦАС и др.) не имели  продолжения в рамках границ пяти государств без иностранного участия. Часто стремление дистанцироваться и отстоять свой суверенитет является превалирующим в мотивах лидеров стран ЦА. Это отражается и на невозможности регионализации без участия России. Наличие разобщенности в ЦА делает доступным управление процессами в регионе со стороны внешних акторов, что в какой-то степени, кстати, отвечает их интересам.

Пути решения

На мой взгляд, решение вышеперечисленных проблем, во многом, лежит именно в субъективной плоскости. Для лидеров и народов стран ЦА принципиально важны два момента: осознание и политическая воля (действие).

Во-первых, государствам ЦА пора осознать, что внутренние и региональные проблемы невозможно решить без диалога. Таким образом, логика принятия политических решений должна исходить из того, что от благополучия всего региона зависит и благополучие конкретной страны.

Во-вторых, лидерам стран ЦА необходимо проявить политическую волю по интеграции и начать этот процесс с регулярных встреч в формате «пятерки» для обсуждения и решения совместных проблем. Политическая воля, проявленная новым лидером Узбекистана Ш. Мирзиеёвым уже позволила разрядить обстановку в регионе. Были созданы условия для решения ряда проблем на пути сотрудничества стран ЦА. Это касается и водных проблем, приграничных вопросов, энергетических проектов в ЦА.

Ответные инициативы со стороны лидеров других государств ЦА должны обеспечить дальнейшее развитие отношений в регионе.

Схематично и крайне условно основные вектора внешней политики стран ЦА выглядят следующим образом: Казахстан и Кыргызстан ориентируются на евразийскую интеграцию; Узбекистан предпочитает развитие торговли, а Туркменистан пока придерживается нейтралитета; Таджикистан находится на перепутье – между Китаем и Россией.

Таким образом, интеграция в ЦА возможна пока только лишь на консультативно-дискуссионном уровне, без политических обязательств. Тем не менее, при создании даже дискуссионной площадки принципиально важен выбор ее местоположения. С геополитической точки зрения наиболее подходящим местом мог бы стать Ташкент в связи с тем, что Узбекистан граничит со всеми странами ЦА. Если же исходить из точки зрения нейтральности места, то выбор  Душанбе, Ашхабада или Бишкека тоже логичен.

Бахром РАДЖАБОВ.jpg

Бахром РАДЖАБОВ (Узбекистан), докторант Университета Цукуба (Япония):

Проблемы

На мой взгляд, возможных проблем целый порядок. Ряд из них имеют уже свою историю с момента распада СССР. Однако до сих пор многие проблемы не решены однозначно и бесповоротно, а значит, могут стать причиной конфликтов в будущем.

На данный момент вижу следующие основные вызовы на пути развития стран ЦА:

– нет механизмов интеграции, кроме, зачастую, политической воли сторон;

– отток профессионалов (технократов в хорошем смысле), движущих развитие, реформы.

Подчеркну, что это всего лишь два вызова, которые я отмечаю. Практически же их гораздо больше, на мой взгляд.

Мне представляется необходимым коренным образом менять всю систему управления.

Пути решения

Мне представляется необходимым коренным образом менять всю систему управления. Принципиально важно обеспечить условия для привлечения и воспитания кадров, реформирования систем образования, уходить от устаревших и неэффективных методов и практик.

Одновременно необходимы институты, правовое сопровождение интеграции в ЦА, понимание конечной цели интеграционных процессов: экономических, политических, социальных и иных.

Даниал СААРИ.jpg

Даниал СААРИ (Казахстан), писатель, руководитель Аналитического центра Алматы Менеджмент Университета:

Проблемы

Само географическое расположение стран ЦА и геополитические процессы вокруг них ставят государства региона в весьма сложное положение, где они становятся объектами столкновения внешних интересов. Особо бы выделил интересы США и РФ. Любое противостояние между этими ведущими державами ведет к негативным сценариям развития ЦА.

В этой связи как участие, так и неучастие в любых форматах взаимоотношений с одной из этих держав обязательно отражается на центральноазиатских государствах. В 2003 году, когда Россия впервые после распада СССР четко и недвусмысленно продемонстрировала неодобрительную позицию по вопросу вторжения США в Ирак, никто и предположить не мог, что противостояние между Соединенными Штатами и Россией примет столь затяжной характер. Еще более четко свое несогласие с позицией Соединенных Штатов в роли единственной супердержавы в однополярном мире выразил В. Путин на Мюнхенской конференции по вопросам безопасности в 2007 году.

Понятно, что в странах Центральной Азии достаточно неодинаковое отношение как к России, так и к США. В частности, Туркменистан традиционно придерживается нейтралитета, отказываясь от активного участия в тех или иных региональных интеграционных блоках. Тем не менее необходимо признать, что с приходом к власти в стране Г. Бердымухамедова изменения во внешней политике, ведущие к улучшению отдельных двусторонних и многосторонних форматов отношений с соседями все же наблюдаются. Примером могут служить недавние договоренности по Каспию. В свою очередь, Таджикистан, в силу целого ряда проблем и сложностей, предельно открыт для сотрудничества с обеими державами, готов принять экономическую поддержку как со стороны Вашингтона, так и Москвы, и даже Пекина: лишь бы помогли.

На мой взгляд, не следует «бросаться» решать глобальные проблемы и инициировать бесконечные тщеславные проекты (ЭКСПО, Азиада, Универсиада, различные саммиты, напрямую не затрагивающие вопросы развития ЦА и т. д.). Мне представляется, что государствам Центральной Азии следует сконцентрироваться больше на проблемах самого региона.

На этом фоне Узбекистан и Кыргызстан успели перейти от состояния дружественных отношений с Соединенными Штатами, когда-то открыв на своих территориях американские военные базы, до состояния охлаждения двусторонних отношений (после андижанских событий 2005 года в Узбекистане и очередной революции в Кыргызстане в 2010 году). Одновременно это привело к еще большему сближению Ташкента и Бишкека с Москвой и, соответственно, к уменьшению роли Запада в Узбекистане и Кыргызстане.

Однако, на мой взгляд, наиболее показательными являются отношения Республики Казахстан как с РФ, так и с США. Казахстан неизменно придерживается многовекторности во внешней политике и максимально старается не принимать позицию ни одной из сторон.

В целом, мне представляется, что противостояние США и России очень сильно отвлекает страны ЦА от решения насущных проблем на пути своего развития.

Пути решения

Степень влияния данных проблем можно уменьшить путем более четкой расстановки приоритетов в развитии региона. Здесь, на мой взгляд, не следует «бросаться» решать глобальные проблемы и инициировать бесконечные тщеславные проекты (ЭКСПО, Азиада, Универсиада, различные саммиты, напрямую не затрагивающие вопросы развития ЦА и т. д.). Мне представляется, что государствам Центральной Азии следует сконцентрироваться больше на проблемах самого региона. Уверен, что все наши страны могли бы развиваться более стремительно в формате взаимовыгодного сотрудничества. Успешным примером такого вот регионального сотрудничества может служить модель кооперации стран АСЕАН.

Для этого, на мой взгляд, заслуживает внимания идея создания функционирующего в полную мощь регионального хаба, где можно было бы аккумулировать финансово-экономические ресурсы ЦА в целях поддержки каждой из пяти центральноазиатских стран без привлечения внешних игроков. Более того, совершенно очевидно, что реализация данной идеи невозможна без принципиального повышения внимания к развитию науки и современных технологий в неразрывной связи с производством.


Источник: Авторский проект Владимира ПАРАМОНОВА «Центральная Евразия»  

Продолжение следует

Предыдущие части виртуальной дискуссии

Последние новости Казахстана и мира читайте на нашем Telegram-канале