просмотров 1622

Вот он - король Cotton

Опубликовано: 16 Сентября 2015 Автор: Ирина ГАЛУШКО | Шымкент
Вот он - король Cotton

Развитие хлопковой отрасли, совершенствование соответствующей законодательной базы и популяризация казахстанского хлопка на мировых рынках – таковы основные приоритеты объединения «Казахская хлопковая ассоциация». Больше десяти лет назад компании, занимающиеся выращиванием и переработкой хлопчатника, объединились, чтобы сообща решать актуальные проблемы.

В числе основных были и остаются вопросы, связанные с отсутствием высококачественного семенного материала, системной борьбой с вредителями, недостатком поливной воды и несоблюдением севооборота. Помочь хлопкоробам в решении этих и многих других проблем должен был принятый в 2007 году закон «О развитии хлопковой отрасли», задумывавшийся с целью поддержки сельхозтоваропроизводителей страны, контроля за хлопководством и конкурентоспособности отечественного сырья.

Но вышло, что документ дал обратный эффект. Если раньше хлопкоперерабатывающие заводы могли покупать у крестьян хлопок-сырец и после переработки реализовывать хлопковое волокно, то с принятием закона они лишились возможности заниматься самостоятельной коммерческой деятельностью. Вместо «живых» денег в оборот ввели хлопковые расписки – квази-ценные бумаги, которые должны были приниматься банками и финансовыми организациями. Под них должны были выдаваться кредиты крестьянам, и по ним должна была производиться продажа хлопкового волокна, других продуктов переработки сырца. Слабые стороны нового механизма взаиморасчетов стали заметны практически сразу.

- Хлопковая расписка оказалась нерабочим инструментом, - констатирует председатель объединения юридических лиц (ОЮЛ) «Казахская хлопковая ассоциация» Саин Бактыбаев. – Ее не принимают ни банки второго уровня, ни финансовые институты, работающие под патронажем Министерства сельского хозяйства. Как следствие, хлопкозаводы перестали привлекать в эту отрасль инвестиции. Прежде, закладывая собственное имущество, они ежегодно привлекали порядка пяти-шести миллиардов долларов в хлопковую отрасль Казахстана. Эти средства большей частью шли на финансирование крестьян. Взяв деньги на проведение посевной, аграрии рассчитывались с заводом частью выращенного урожая.  Но с введением в действие закона «О развитии хлопковой отрасли» владельцы предприятий, потеряв интерес, перестали привлекать инвестиции. О таком исходе мы говорили с самого начала, но нашу точку зрения не учли. Превалировало мнение, на мой взгляд, ошибочное, о том, что хлопкозаводы монополизируют рынок, диктуют цены, создают кабальные условия. После принятия закона наша ассоциация неоднократно поднимала вопрос о внесении изменений и дополнений в закон «О развитии хлопковой отрасли». Наконец, в этом году они были внесены, и хлопкоперерабатывающие предприятия вновь обрели право на ведение предпринимательской деятельности. Это большое достижение, которое приведет к определенным позитивным изменениям в хлопковой отрасли.

Но для того чтобы они были более ощутимыми, нужны немалые усилия всех заинтересованных сторон в решении и других, не менее актуальных вопросов. Один из них касается качества используемого семенного материала.

- НИИ хлопководства занимается селекцией высокоурожайных семян, семеноводческие хозяйства работают над их воспроизводством, но аграрии большей частью сеют что придется, отдавая предпочтение недорогим, но низкосортным семенам, - добавляет Саин Бактыбаев. – Происходит это из-за отсутствия механизма контроля. Никто не следит за тем, какие семена укладываются в землю, хотя от их качества напрямую зависит будущий урожай. Мы же считаем, что, субсидируя возделывание хлопчатника, государство вправе настаивать на использовании качественного посевного материала. Этот вопрос наша ассоциация поднимала не раз, в итоге нам удалось добиться изменения механизма субсидирования. Если раньше дехкане просто получали на каждый гектар хлопковой плантации по 22 тысячи тенге, и никто не задавался вопросами, что он сеет и какой урожай получает, то с нынешнего года величина субсидий напрямую зависит от полученного урожая. Теперь государственная поддержка выделяется двумя траншами. Весной крестьяне получают по 11 тысяч тенге на гектар. Вторую часть субсидий, которая привязана к урожайности, они получают осенью. Понятно, что сумма финансовой поддержки от государства будет тем выше, чем выше урожайность в том или ином хозяйстве. Такой механизм будет для дехкан стимулом для использования высокопродуктивных, районированных семян. К примеру, получив урожайность в районе 30 центнеров с гектара, он может рассчитывать на субсидии в размере 24 тысяч тенге на каждый гектар. Новый механизм субсидирования – не наше ноу-хау, это мировая практика, когда сумма финансовой помощи зависит от конечного результата. Хотя у этого механизма много противников, так как теперь деньги  получить сложней.

Правда, в ассоциации считают, что и такой поддержки хлопкоробам недостаточно. По подсчетам специалистов, если в минувшем году расходы на гектар хлопчатника составляли 135 тысяч тенге, то в нынешнем они уже на 25 % выше.

- Поэтому мы просим, чтобы государство субсидировало не менее 40% всех затрат, которые несут аграрии при выращивании хлопчатника, - поясняет специалист. – На сегодня субсидируется лишь около 25% всех затрат. Мы также считаем, что субсидирование должно быть предусмотрено и для предприятий, занимающихся переработкой хлопка. Государством предусмотрены субсидии для переработчиков мяса и молока, но их нет для тех, кто занимается переработкой хлопка. Хотя в хлопке-сырце содержится около 32% хлопкового волокна, 53% семян, а остальное – побочная продукция. Семена и побочная продукция являются продуктом дальнейшей переработки и идут на производство хлопкового масла и комбикормов. Если бы первичная переработка хлопка субсидировалась государством, заводы имели бы возможность закупать у крестьян сырец по более высокой цене.

В Казахской хлопковой ассоциации также настаивают на необходимости возврата субсидий для крестьянских семеноводческих хозяйств. До недавнего времени государство предусматривало финансовую помощь для хозяйств, занимающихся выращиванием хлопчатника на семена. С этого года механизм изменился, и финансовую поддержку получают только конечные потребители семян.

- Мы считаем, что такой механизм малоэффективен, - добавляет Саин Бактыбаев. – Нам нужно усиливать роль семеноводческих хозяйств и один из способов сделать это – вернуть прежнюю систему субсидирования. Необходимо добиваться, чтобы крестьяне сеяли сертифицированные, высокоурожайные семена, закупая их у лицензированных крестьянских семеноводческих хозяйств. В каждом районе должно высеваться не более двух сортов. Сейчас же у нас идет сортосмесь, и как следствие, – невысокие урожаи. Кроме того, чтобы повысить качество семенного материала, на мой взгляд, необходимо допустить на наш рынок лучшие сорта, выращиваемые в соседнем Узбекистане, адаптированные к нашим климатическим условиям.

Помимо использования некачественного посевного материала, на урожайность влияют и другие не менее важные факторы.

- Чтобы рассчитывать на высокий урожай, нужно соблюдать весь спектр агротехнических приемов, использовать высокоурожайные кондиционные семена, применять удобрения, - объясняет специалист. – На деле же выходит, что из-за высоких затрат крестьяне исключают какие-то аспекты. Как следствие, из года в год получают невысокие урожаи. К примеру, до 2012 года средняя урожайность по области не превышала 20 центнеров с гектара. Тогда как при соблюдении всех требований может достигать 50 и даже 70 центнеров с гектара. Принятый в 2007 году закон «О развитии хлопковой отрасли» революции в хлопковой отрасли не сделал. Решению многих проблем могло способствовать укрупнение крестьянских хозяйств, но заметных сдвигов в этом вопросе не произошло. На наш взгляд, нельзя добиться укрупнения, включив лишь один административный механизм. Крестьян нужно стимулировать к объединению. Например, ввести налоговые каникулы для укрупненных крестьянских хозяйств, обеспечивать их удешевленным топливом, субсидировать приобретение дефолиантов.

Требует своего решения и вопрос, связанный с разработкой методики ценообразования на хлопковое волокно при экспорте.

- В 2009 году хлопковое волокно было ошибочно включено в перечень биржевых товаров, - говорит председатель объединения. - И хотя на протяжении полувека реализация волокна производится путем прямых продаж, а не через биржи, фискальные органы в ходе проверок трансфертного ценообразования хлопковой отрасли, рассчитывают рыночную цену хлопка на основании ценовых прогнозов агентства Cotton Limited, ошибочно принимая это агентство за Ливерпульскую хлопковую биржу. В результате, вместо реальных рыночных цен, которые можно получить из утвержденных законом источников, налоговики постоянно апеллируют к недостоверным и завышенным прогнозируемым ценам. В итоге одной из проверяемых компаний было незаконно доначислено 200 млн тенге, а другой – 400 млн тенге налогов. В течение двух лет мы пытаемся побороть эту порочную практику, утвердив специальную методику ценообразования на хлопковое волокно при экспорте. Однако пока наши действия безрезультатны. Для нас это очень важно, так как мы хотим иметь четкие правила, с которыми можно работать. Сегодня же экспортерам приходится в судах доказывать несостоятельность доводов налоговиков. Сложившаяся ситуация привела к тому, что экспорт хлопкового волокна сократился вдвое. Если еще в 2013 году область экспортировала порядка 82 тысяч тонн волокна на 137,1 млн долларов, то в минувшем году – лишь чуть больше 47 тысяч, за которые выручили 79 млн долларов.

Помимо названных проблем, хлопковая отрасль испытывает острый дефицит квалифицированных кадров. Нужны знающие агрономы, специалисты по первичной переработке хлопчатника. В бывшем СССР кадры для хлопковой отрасли готовили в Ташкентском институте легкой промышленности. Сейчас их неоткуда взять – в Казахстане нужных отрасли специалистов попросту не готовят.  

- Хотелось бы обратить внимание и на то, что большинство хлопкоперерабатывающих заводов устарели морально и физически и, как следствие, нуждаются в реконструкции, - сказал в заключение Саин Бактыбаев. – Кроме того, при снижении объемов переработка становится убыточной. Если раньше заводы работали по четыре-шесть месяцев в году, то сейчас они вынуждены останавливаться уже через 1,5 месяца. Это сказывается на себестоимости. Только в минувшем году в рамках диверсификации в области сокращены посевные площади хлопчатника с 126,5 тысячи до 102 тысяч гектаров. Предполагалось, что сокращение площадей никак не скажется на общих объемах производства, так как увеличится урожайность. Пока эти ожидания не оправдались. Есть объективные и субъективные причины, по которым произошло сокращение площадей. В первую очередь, это рост себестоимости, низкая рентабельность и низкие закупочные цены. Но как бы там ни было, хлопок – это одна из основных культур Южного Казахстана, и мы должны его сохранить. Для этого требуется целый комплекс мер, о которых я говорил выше. При их соблюдении хлопковая отрасль имеет большой потенциал. 

Последние новости Казахстана и мира читайте на нашем Telegram-канале