просмотров 370

Почему геологи запекали рыбу в семи слоях газеты и работали в нижнем белье?

Опубликовано: 27 Августа 2020 Автор: Владислав КОЖУХАРЬ | Актобе
Почему геологи запекали рыбу в семи слоях газеты и работали в нижнем белье?
Алексей Босяк

Невозможно говорить о проблемах геологии в Актюбинской области, не затронув судьбы людей, благодаря которым регион стал одним из самых перспективных в республике.

Мечты буранного полустанка

Алексей Андреевич Босяк родился в крошечном поселке недалеко от Каменск-Уральского в Свердловской области. В 1954 году вместе с родителями переехал в Казахстан на освоение целины. В первое время пришлось жить в обычном железнодорожном вагоне, наспех приспособленном под жилье. Только потом семья переехала в шлаколитой барак. После вагона-теплушки и холодных щитосборных домиков квартира казалась чуть ли не дворцом. И пусть в туалет приходилось, как и прежде, бегать во двор, а из удобств в комнате был лишь простенький рукомойник…

Покорителям целины жилось очень непросто. Из-за перебоев со снабжением часто не хватало самого необходимого.

Мне почему-то запомнилось, какими жадными глазами я смотрел на два кусочка рафинада, которые выпали из кармана братишки, – вспоминает Алексей Андреевич. – Обычный сахар для меня был необычайным лакомством. Этот момент очень красноречиво говорит о том, как бедно люди жили в то время.

Выручало покорителей целины разве что подсобное хозяйство. Благо земли под огород можно было брать сколько угодно. Кур тоже держали. Целинникам разрешалось для своих нужд собирать зерно, оставшееся в уголках вагонов. Основной же урожай пополнял закрома родины. Но даже в таких суровых условиях мальчишки мечтали о высоком.

Эхо из подземелья

Суровая романтика профессии геолога в то время была очень популярной. О ней снимали фильмы, писали книги, да и редкая газета не обходилась без фотографии покорителя недр. Неудивительно, что Алексей, закончив на отлично школу-интернат, выбрал именно эту профессию и отправился в Киевский геологический техникум.

геолог1.jpg

Одно лишь название специальности звучало чарующе. Геофизик – в этом слове последние научные достижения сплелись с древней загадкой земных недр. В глубь земли запускались электрические, магнитные, радиоимпульсы, и по тому, как откликались недра, можно было узнать, какие богатства они таят в себе.

Приборы того времени были очень хрупкими и требовали тончайшей настройки, а уж об их материальной ценности и говорить не приходится. Неудивительно, что ответственные лица буквально тряслись над каждым аппаратом. Именно с таким испытанием Алексей Андреевич столкнулся почти сразу после окончания учебы.

Рентген в кармане

Так получилось, что в одной из экспедиций пропал контейнер с радиоактивным эталоном. Он был необходим для настройки оборудования. По инструкции опасную капсулу должны были хранить в сейфе, но старые геологи привыкли доверять друг другу и сунули контейнер в ящик с песком на местном аэродроме. Там странную коробочку и обнаружил любопытный техник. Решив, что в таком ящике хранится нечто ценное, он стащил капсулу и, увидев лишь кусочек металла, выбросил драгоценный эталон посреди степи.

Накануне 300-летия Усть-Каменогорска стало известно имя человека, который круто изменил судьбу этого городачитать подробнее

Группе грозило как минимум 10 лет тюрьмы за халатность, а если опасный эталон попал бы в населенный пункт и жители получили бы дозу облучения, то и 10 годами вряд ли бы отделались. Без защитного свинцового контейнера эталон давал дозу, равную примерно 30 аппаратам флюорографии одновременно.

– Мне нужно было вылетать на место, а эталон так и не нашли, – вспоминает геолог. – Срывать исследование мы тоже не могли. Я тогда решил отправиться на точку, а ребята остались искать злополучный эталон. И ведь нашли его! Это в степи, такую крошечную капсулу. Мой коллега на радостях даже не подумал о защите. Просто сунул его в карман брюк. Я когда увидел это, просто онемел. Лишь потом смог сказать: «Валерий Сергеевич, вы что делаете-то?».

Хариус по-геологически

Суровой романтики, как в кино и книгах, хватало. Алексей Андреевич до сих пор вспоминает глыбу малахита необычайной красоты, которая повстречалась ему в Забайкайлье. К сожалению, фотоаппараты тогда были не у каждого, а академик, руководивший разведкой, фототехнику имел, но берег пленку для более практичных целей, чем красочные глыбы.

Или походная жизнь. Ничто не сравнится с духом лагеря геологов. В одной из экспедиций возле Байкала группе выделили рыбака из местных. Тот ловил рыбку по заказу: «Что именно хотят на ужин товарищи геологи?». Поэтому многие деликатесные породы рыб, которые в городе стоили четверть зарплаты, здесь были повседневным блюдом. Только для хариуса придумали десятки рецептов – от банального шашлыка до экзотического способа запекания в семи слоях газеты.

Степное дефиле

Это только в кино матерый геолог, сойдя с вертолета, выкуривает «беломорину» и не успеет папироса дотлеть, как на карте появляются метки, где именно надо искать нефть, алмазы или золото. В реальности же на исследования уходят месяцы тяжелейшего труда. Порой замерять приходится каждые пять метров участка, а пройти надо сотни километров. И все это с тяжеленной капризной аппаратурой. Это сейчас оборудование весит чуть больше ноутбука, и справиться с ним может даже подросток. А тогда приборы были огромными и требовали точной ручной настройки.

геолог3.JPG Когда мы работали в Западном Казахстане, то вставали в четыре утра, чтобы не попасть под палящее солнце, – вспоминает Алексей Андреевич. – Но и утром было так жарко, что работали мы в одном нижнем белье. И парни, и девушки. В таких условиях было не до стеснения.

Но усилия того стоили. Все, что известно о недрах края, получено именно тогда. Регион, как и другие области Казахстана, исследованы всеми возможными способами, и современные недропользователи лишь пользуются плодами тех разведок.

Стон Земли

К сожалению, именно самоотверженный труд советских геологов по иронии судьбы стал проклятием для геологии современного Казахстана. Эта отрасль требует долгосрочных инвестиций, а местным чиновникам зачастую достаточно сиюминутной выгоды. На 20–30 лет исследованных месторождений точно хватит, а там кресло займет другой человек, так пусть у него и болит голова за экономику страны. Советская практика, когда геологией занималось только одно министерство, ушла. Сейчас центральный исполнительный орган носит громоздкое название – Министерство экологии, геологии и природных ресурсов. Но вряд ли возможно отыскать специалиста, который был бы компетентен во всех трех сферах сразу. А последствия уже дают о себе знать.

Когда в 2015 году в Актобе было землетрясение, я долго не мог в это поверить, – удивляется Алексей Андреевич. – Наш город расположен так, что землетрясений тут не может быть даже в теории. А потом я узнал о том, как ведется добыча нефти в Мангистау, и все встало на свои места... И это не единичный случай. Микрорайон «Нур-сити» стоит на залежах калийных солей. Этого категорически нельзя делать! Дома могут провалиться под землю. Об этом неоднократно говорили мои коллеги. Нарушения есть, и их немало. Но докричаться до властей мы не можем.
Последние новости Казахстана и мира читайте на нашем Telegram-канале