просмотров 1832

Минеральное сражение

Опубликовано: 10 Мая 2018 Автор: Павел ВОРОНИН | Астана
Минеральное сражение

Что сдерживает переработку миллиардов тонн отходов промышленности? Почему руководство горнодобывающих предприятий считает, что техногенные минеральные образования (ТМО) необходимо рассматривать как вторичное сырье, а не отходы, а за их повторное размещение не должна взиматься плата? Эти вопросы будут обсуждаться на сессии «Экология, переработка отходов», организуемой Республиканской ассоциацией горнодобывающих и горно-металлургических предприятий (АГМП) в рамках Всемирного горного конгресса, который пройдет 19–22 июня этого года в Астане.

По мере добычи и переработки минерального сырья в стране образуется большое количество ТМО – скоплений попутных продуктов деятельности горнодобывающих, горно-перерабатывающих и энергетических производств, содержащих полезные компоненты либо полезные ископаемые.

Так, по данным Комитета геологии, на сегодня насчитывается 1 406 объектов ТМО, общая масса которых составляет 47,4 млрд тонн. Но, несмотря на колоссальные масштабы накопленных техногенных минеральных образований, они еще крайне мало изучены. Скажем, на сегодня оценены и поставлены на баланс запасы только 25 из 1 406 объектов ТМО. Хотя одно можно утверждать точно: занимающие значительные земельные площади ТМО оказывают негативное воздействие на окружающую среду.

Первый шаг на пути к переработке хвостов, шлаков, вскрышных пород и другой разновидности ТМО был сделан после принятия в конце прошлого года Кодекса о недрах и недропользовании. В документе дано обновленное определение ТМО, обозначены четыре источника их возникновения, прописаны новые подходы к системе управления техногенными минеральными образованиями.

В новом Кодексе о недрах предусмотрена передача накопленных с середины прошлого века государственных ТМО действующим недропользователям и металлургическим производствам, – комментирует заместитель исполнительного директора АГМП Максим Кононов. – Отчасти это объясняется тем, что практически невозможно отделить объемы государственных ТМО, заскладированных до 30 мая 1992 года, от тех, которые образовались после этой даты и находятся в собственности недропользователей.

По словам заместителя руководителя ассоциации, переработку ТМО на сегодня сдерживает несколько факторов. Первый касается проблем с их классификацией.

Отсутствует полная ясность, что такое ТМО, – считает он. – Экологический кодекс гласит, что государство взимает плату за размещение ТМО, которые в этом случае приобретают признаки отходов. При этом Налоговый кодекс подразумевает, что при извлечении полезных компонентов из ТМО предприятия платят налог на добычу полезных ископаемых, что придает им признаки минерального сырья. На наш взгляд, ТМО следует относить ко вторичному сырью, то есть к ресурсам, которые необходимо в дальнейшем перерабатывать и вовлекать в производство.

В этой связи предлагается включить в новый Экологический кодекс отдельную главу по регулированию ТМО. Она бы позволила устранить существующие на сегодня разночтения по классификации техногенных минеральных образований и другие несостыковки с налоговым и отраслевым законодательством.

Существуют опасения и относительно того, что после переработки ТМО могут перейти в категорию отходов, и за их размещение будет взиматься плата по гораздо более высоким ставкам, превышающим в 50 и более раз уровень ставок, взимаемых при первичном размещении ТМО. Естественно, при таких рисках ни один недропользователь не станет приступать к их переработке, – утверждает Максим Кононов.

Другая проблема, связанная классификацией ТМО, заключается в отсутствии Методики по определению уровней опасности и кодировки отходов. Этот документ был разработан в прошлом году Министерством энергетики, но на сегодня, к сожалению, не принят. Хотя Методика помогла бы навести порядок в обращении с ТМО и создать прозрачный механизм измерения уровней их опасности. Остается надеяться, что в недалеком будущем документ все же будет принят.

В числе фискальных барьеров Максим Кононов называет взимание платы за повторное размещение переработанных ТМО, хотя уровень их опасности после переработки не меняется, а зачастую даже снижается.

Еще одна фискальная норма – взимание с перерабатываемых ТМО полной ставки налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ), – уточняет заместитель исполнительного директора АГМП.

Максим Кононов приводит пример, когда за сырье, ввозимое на территорию Казахстана, скажем, руду и концентраты, первоначально НДПИ не платится. Но когда из этих же концентратов и руды получают ТМО, то согласно действующему Налоговому кодексу недропользователь должен заплатить НДПИ. Эта практика попросту абсурдна.

НДПИ не должен тяготить предприятия, потому что ТМО надо рассматривать не как источник пополнения бюджета, а, в первую очередь, с точки зрения улучшения экологической ситуации, – уверен наш собеседник. – Гораздо важнее переработать скопления отходов, образованные с 30-40-х годов прошлого века, чем заработать средства, которые в виде НДПИ поступят в бюджет государства.

Даже если все эти законодательные препоны будут устранены, предприятиям предстоит изыскивать значительные финансовые ресурсы. Они потребуются как для проведения геолого-изыскательских мероприятий, так и для строительства новых мощностей, поскольку на действующих полноценно перерабатывать ТМО невозможно.

Но результат будет стоить того. Переработка ТМО позволит улучшить экологическую обстановку в промышленных городах и регионах путем складирования переработанных техногенных минеральных образований на полигонах, находящихся вне селитебных зон городов (или на вновь вводимых полигонах, отвечающих последним требованиям по обеспечению экологической безопасности). Будут созданы новые производства, внедряющих передовые (чистые) технологии по переработке ТМО. Соответственно, ожидается создание рабочих мест и увеличение налоговых поступлений.