просмотров 905

Поставки углеводородов из Казахстана в ЕС, минуя территории России и Ирана, – это утопия

Опубликовано: 19 Февраля 2019 Автор: Ярослав РАЗУМОВ | Алматы
Поставки углеводородов из Казахстана в ЕС, минуя территории России и Ирана, – это утопия
© AP

О геополитических процессах и месте, которое в них занимает политика Казахстана, «ЭК» рассказал известный отечественный политолог, директор Института международного и регионального сотрудничества Казахстанско-Немецкого университета Булат Султанов.

– Вокруг соседствующих с Казахстаном стран происходят важные политические события, причем в основном конфликтного характера: постоянно обостряющиеся отношения России и Запада, торговая война Китая и США, ситуация вокруг антииранских санкций… Внешняя политика Казахстана формировалась в 1990-х, в совершенно иные времена. Как вести себя стране сейчас?

– Опираясь, как и всегда, на три столпа нашей политики: многовекторность, прагматизм и защиту своих национальных интересов. В мире сейчас действительно много чего происходит. Это результат перехода от однополярного мироустройства к более плюралистичной, полицентричной архитектуре. И эти процессы не могли не вызвать кризиса в отношениях крупных держав. Россия, Китай и Индия накопили определенный экономический потенциал и стали заявлять, что хотели бы играть более активную роль в мировой политике. Нельзя не заметить, что это следствие объективных процессов, ведь доля развитых стран в мировой экономике опустилась за последние десятилетия ниже 50%, а к 2035 году она упадет до трети от общемирового ВВП. А доля развивающихся стран будет все больше расти. И прежде всего – доля Китая, Индии и России.

Как бы то ни было, переход от однополярного мира к многополярному очень сложен и непредсказуем.

– То есть, как всегда, в основе политических процессов лежит экономика? Отсюда и все множащиеся конфликты?

– Конечно. Страны Запада стремятся сохранить свое лидерство в мире. Хотя объединять эти государства, как прежде, в один лагерь уже сложно – мы видим, что сообщество стран Запада раскалывается, США выдвигают много требований к Европейскому союзу в отношении НАТО, и это вызывает заметный рост антиамериканских настроений в Европе. В ЕС в рамках этой тенденции формируется два направления. Первое – это изоляционистский подход. Его проявления: Brexit, а также процессы в Венгрии и Италии. Второе – подход интеграционистский. Все это увеличивает риски неопределенности в Евросоюзе.

– И как быть Казахстану в этих условиях, учитывая важность для него отношений практически со всеми крупными странами?

– Мы в первую очередь заинтересованы в развитии взаимоотношений с соседними государствами, они составляют первый круг в казахстанской многовекторной политике. Хотел бы отметить, что очень важно для Казахстана поддерживать отношения с Китаем. Резонов здесь много, но я бы выделил задачи по индустриально-инновационному развитию. Для этого мы нуждаемся в прямых инвестициях, а их сейчас можно получить только от КНР в силу следующих причин.

Геополитические процессы идут параллельно с ростом напряженности на финансовых рынках мира. Растет цена золота, бумажные валюты во всем мире девальвируются (конечно, с разной скоростью). И вот интересный факт: США занимают по валютным ресурсам 16-е место в мире, а по запасам физического золота – первое. Весь объем золотовалютных резервов Китая оценивается в 3,2 трлн долларов, но в основном это долларовые резервы. И Пекин стремится сократить их, нарастив запасы золота. Поэтому КНР будет увеличивать финансирование своих проектов за рубежом, и нам надо это иметь в виду, ведь, согласно американским данным, китайские инвестиции в проекты «Экономического пояса Шелкового пути» составят свыше одного триллиона долларов. Хотя нужно помнить о балансе, ведь передовые технологии находятся на Западе, а деньги – у Китая.

– Невозможно не обратить внимание на то, что проекты развития трансконтинентальных путей из Китая в Европу через Казахстан появились давно, от них многого ждут. Но пока, кроме проекта автомагистрали Западная Европа – Западный Китай, ничего не реализуется.

– Я уверен, что китайцы будут строить трансконтинентальный путь для экспорта своих товаров на Запад, в том числе через территорию Казахстана и Центральную Азию. Это стратегическая задача для Пекина. Общеизвестно, что экспорт играет в китайской экономике определяющую роль, а сегодня 90% внешней торговли КНР осуществляется посредством морских перевозок. Но при определенных обстоятельствах океанские просторы могут стать недоступными: мы видим, как развиваются отношения между Пекином и Вашингтоном, а у США самый большой флот и немало союзников в Юго-Восточной Азии. Поэтому строить трансконтинентальные пути китайцы будут. Образно можно сказать так: морская торговля для КНР – это ворота, а путь через Казахстан – это калитка. Но калитка стратегическая, которая может очень сильно выручить в случае большого конфликта с США.

Для комплексного представления этой проблематики нужно также понимать, что может усиливаться экстремистская деятельность на территории Синьцзян-Уйгурского автономного района, по которому будет проходить «Шелковый путь». А это – по соседству с нами. То есть картина довольно сложна.

– А каково, на ваш взгляд, отношение Евросоюза к трансконтинентальным проектам? И в целом к развитию отношений с Центрально-Азиатским регионом? В прошлом году исполнилось 25 лет программе ТРАСЕКА, но чего-то реального в ее рамках не создано.

– Европейский союз, как и Китай, заинтересован в логистических проектах в регионе и энергоресурсах. В ЕС есть стратегия для нового партнерства Европейский союз – Центральная Азия, она была уточнена в 2017 году и теперь должна быть адаптирована к Глобальной стратегии ЕС. Европу интересуют в нашем регионе вопросы безопасности: наркотрафик, оргпреступность, нелегальная миграция и экстремизм. И обязательно в отношениях с ЕС будет звучать вопрос транспортировки нефти и газа. Но надо помнить, что это возможно делать только через Россию или Иран, а поставки энергоносителей, минуя их территории, – утопия. Трубопроводы через Каспий невозможны в силу экологической хрупкости каспийского региона.

– Нельзя не заметить не слишком позитивный факт: когда говорят о вовлеченности Казахстана в международные экономические процессы, всегда упоминают лишь два аспекта – транзитные проекты и экспорт углеводородов…

– Это действительно так. Исходя из характера нашей экономики, на данном этапе иначе быть не может. Нужно сосредотачиваться на развитии наиболее перспективных сфер. Вот у нас много пишут про возможность поставки в Китай мяса, других видов сельхозпродукции. Это хорошо, но надо посмотреть, сколько мы производим этих товаров и учесть численность населения Китая. Объективно Китай, прежде всего, заинтересован в нефти, газе и уране – там скоро начнется масштабное строительство атомных электростанций. Чтобы ситуация менялась, нам необходимо элементарно заниматься диверсификацией экономики. Конечно, есть проблема ограниченности внутреннего рынка, поэтому для нас главным приоритетом является развитие региональной кооперации в рамках ЕАЭС. И очень перспективно предложение Путина и Назарбаева о создании Большой Евразии, общего рынка от Лиссабона до Владивостока.

– Не рано ли об этом говорить, учитывая сегодняшние проблемы в Европе и ЕАЭС?

– Сегодня как раз надо об этом говорить, при этом четко понимая, что это вопрос не сегодняшнего дня и проблема не нынешнего поколения политиков. На Западе в евразийских интеграционных проектах видят то, чего там нет, – восстановление Советского Союза. Чтобы это негативное восприятие исчезло, нужна смена поколения.

Последние новости Казахстана и мира читайте на нашем Telegram-канале