просмотров 640

Не сказка не про Золушку

640просмотров
Опубликовано: 21 Января 2016 г. Автор: Дмитрий ШИНКАРЕНКО | г. Актобе
Не сказка не про Золушку
©ЭК/Дмитрий ШИНКАРЕНКО

Выпускница Жайсанского детского дома до сих пор помнит, как над ней издевались воспитатели. В своей жизни Галине Меклингер приходилось ночевать и в подъездах, и на улицах. Сейчас женщина едва сводит концы с концами, но твердо верит, что ей по силам поднять на ноги двоих детей.

Как-то так получилось, что свой день рождения, 11 февраля, Галина Меклингер не особо любит. Да и как его любить, если первые годы жизни актюбинка провела в детском доме, а там, как правило, именинникам достается лишь лишнее яблоко и пара конфет.

В 1978 году, через пару месяцев после рождения, малышку отвезли в Жайсанский детский дом. Почему именно туда? Все просто: диагноз у мамы девочки – шизофрения, вот врачи и решили, что Галина родилась умственно отсталой. Медики ошиблись.

Детский дом особым радушием не отличался.

– Воспитатели чувствовали себя богами, там было отдельное государство. Мне доставалось больше всех потому, что не хотела подчиняться, – вспоминает Галина. – Не любила спать, могла просто лежать с закрытыми глазами, но взрослым этого было не понять. Как-то меня старшая воспитатель накрыла одеялом с головой и начала бить связкой ключей. Было больно, но я не проронила ни звука.

2.JPG

После этого случая девочка решила, что будет учиться драться. Технику ударов отрабатывала в свободное время, а в качестве спарринг-партнеров выступали толстые деревья. Как оказалось, именно эти тренировки и помогли в жизни.

Больше всего дети боялись стрижки наголо, особенно страшно было тем девушкам, которые вышли из подросткового возраста.

– Это была настоящая психологическая травма для провинившихся девчат. Сбежать оттуда было можно, но никто не пытался – не было ни денег, ни вещей. Да и куда бы мы пошли? Поэтому и терпели побои и унижения. В итоге – воспитатели ненавидели нас, а мы ненавидели их. Так и жили, – откровенничает моя собеседница.

1995 год стал выпускным в жизни Галины Меклингер. Она покидала детский дом с легким сердцем и огромными надеждами на то, что ее судьба круто изменится. Но сказка про Золушку не подходит нашей героине. 17-летняя девушка с чемоданчиком в руках приехала в Актобе и сразу же пошла на учебу. В районе 41-го разъезда тогда было училище, подготавливавшее специалистов швейного дела, поваров и кулинаров. Несколько месяцев выпускница детского дома осваивала азы кройки и шитья, благо от учебного заведения девушке предоставили комнату в общежитии.

– Здесь меня обворовали мои же соседки – у меня из вещей-то было всего ничего, но они и это украли. Тогда я осталась без денег, без вещей и не знала, что мне делать дальше – рассказывает Галина. – Совсем отчаялась, как вдруг мне сообщают, что моя мама жива и есть возможность с ней увидеться. Не сказать, что я очень обрадовалась, ведь от нее столько лет не было вестей, но потом все же решилась…

Волнительная встреча состоялась в теплой обстановке, спустя 18 лет мать и дочь наконец-то увидели друг друга.

Однако на этом испытания Галины не закончились: после смерти матери родные выгнали девушку на улицу. На бирже труда выпускнице Жайсанского детского дома вакансий не нашлось, приходилось работать посудомойщицей в столовой.

– Спала в кустах, ночевала в подъезде, были времена такие, – вздыхает Галина. – А потом встретила мужчину, водителя «газели», забеременела… а он меня бросил. Так и скиталась по подъездам, пока срок родов не пришел. Тогда не выдержала и пошла в городской акимат. Благо Елеусин Сагиндиков меня выслушал и выделил небольшую комнатку в общаге. 

Когда на свет появился Юра, Галина решила во что бы то ни стало дать сыну достойное воспитание. Работала на трех работах и жила исключительно надеждами.

– Много лет я вещи себе не покупала. Помогали добрые люди – перешивала и носила до тех пор, пока одежда не изнашивалась совсем. Не привыкла просить ни у кого, но когда в доме нечего было кушать, обращалась к знакомым, – вспоминает Меклингер.

В 2003 году Галина влюбилась в мужчину, автослесаря СТО. У пары родилась дочь, а спустя несколько месяцев ее любимый ушел к другой. Что было делать выпускнице детского дома с двумя детьми на руках (к тому же, девочка родилась с диагнозом эпилепсия)?

– Хотела уехать в Германию, откуда был мой отец, но не смогла, не знаю немецкого языка. Опускались руки, но когда смотрела на детей, то появлялись силы, и я снова выходила на работу.

Каждый день в четыре утра в любое время года Галина брала в руки метлу и лопату и шла подметать и грести. Закончив эту работу, бежала в столовую, где мыла посуду, а вечерами приходилось убирать подъезды. Если бы не пенсия дочери, то семья бы не выжила. Стоит ли говорить, что к концу месяца дома у Меклингер нечего кушать.

– Совсем недавно поставила дверь в ванную комнату, все эти годы у нас ее не было, а дети ведь растут. Спим мы на полу, а когда в зале очень холодно, так перебираемся на кухню, включаем газ и греемся, – чуть не плача говорит Галина. 

О своей беде и нищете дети говорить не хотят: в школе засмеют и будут обзываться. Впрочем, сестра и брат не отчаиваются и во всем поддерживают маму.

– Я очень люблю машины, подрасту еще немного и пойду учиться на автотехника. А когда заработаю достаточно денег, то увезу маму и сестру далеко-далеко, где мы будем счастливы и ни в чем не будем нуждаться, – тихо говорит 15-летний Юра. 


Читайте также
Кушать продано?
Из стабилизационного фонда Южно-Казахстанской области мистическим образом исчезли продукты
332 0 0
Ядра – чистый изумруд!
Две площадки подобраны для строительства АЭС в Казахстане: в районе поселка Улькен близ оз
1078 0 0
Из России с болью
Трагически закончилась поездка в Россию для 52-летнего казахстанца. Он отправился в соседн
642 0 0
Тряхнуло на «двойку»
Сегодня в 8.14 утра на территории ВКО произошло землетрясение.
1093 0 0