Непостулируемые контроверзы лексикона (К вопросу об иноязычных заимствованиях)

Опубликовано: 14 Декабря 2020 Автор: Даурен ЧЕХИ | Алматы
Непостулируемые контроверзы лексикона (К вопросу об иноязычных заимствованиях)

Мы любим Муз чужих игрушки,
Чужих наречий погремушки…
А.С. Пушкин

Солнечным весенним утром он проснулся в бодром расположении духа. А что, работал он топ-менеджером в мерчандайзинговой компании, иногда предоставляющий в лизинг продукцию, за что его и называли трейдером высшего звена. Правда, в связи с кризисом он мог попасть под аутсорсинг, но он все-таки был дистрибьютором со стажем, и опасений стать лузером становилось все меньше.

Проходя в клозет, он бросил взгляд на маунтбайк и подумал, что когда придет вошенгер, надо дать поручение о клининге.

Позавтракав слайсами и мюсли, он подошел к компьютеру, поскольку был юзером, но не настолько продвинутым, а скорее ламером.

– Хорошо, что я сделал апгрейд по утилитам и минимизировал баги, а патчить буду в следующий раз, – стал размышлять он. Столько развелось фишинга и хакеров, надо бы еженедельно менять логин, а то заполучат доступ к моим аккаунтам, – пронзила его тревожная мысль. – А если это не поможет, то надо менять хостинг.

…Покликав, он увидел, что на его блоге месседжей с утра не было. Это его чуть обеспокоило, и он подумал, что надо бы заняться гивами. Но для этого нужен выстрельный сабж, и желательно без флуда.

– Вот и хорошо, займусь-ка я пока ребрендингом фирмы, кто я, в конце концов? Признанный маклер или простой маркетолог? Известный провайдер или уличный промоутер? Может, я когда-то и был риэлтором, стрингером и фрилансером, но теперь я заслуженно имею свой копирайт, и на сивой кобыле простой брокер ко мне не подъедет, – с гордостью подумал он.

В конце недели предстояло пати и он решил, что хорошо бы уже сейчас позвонить в event-агентство и договориться с букером насчет танцоров go-go, а также фриков и предварительного чекаута. В любом случае, все должны получить нормальный драйв, может, для наших заказать свингеров для афтепати? – стал раскидывать мозгами он, но отбросил эту мысль как преждевременную.

Как бы то ни было, день загорался, и предстояло ехать на работу. Позанимавшись шейпингом, сделав самостоятельно пилинг, посмотрев на заживающую ранку от убранного позавчера на интимном месте пирсинга, одевшись как метросексуал (видимо, подражая яппи), он вышел из дома. Подходя к своему авто, он заметил, что молдинг на лобовом стекле выглядит блекло, а спойлером давно пора заняться серьезнее. Да и не мешало бы сделать хороший тюнинг, только вот руки никак не доходят, – посетовал про себя он.

По дороге в офис он слушал ремиксы 80-х, за окном машины мелькнули, как всегда, огромные билборды, баннеры, студенческий кампус и фитнес-клуб. Возле кастингового агентства, наискосок от гипермаркета, флэшмоберы устроили свое реалити-шоу с предполагаемым хепенингом. Впрочем, их перформанс был довольно оригинален, и в основном все они были тинэйджерами, некоторые, несмотря на прохладное утро, одетые топлес. Чуть поодаль от флэшмоберов репетировали девочки-черлидеры с их зажигательным хэдлайнером. А вообще, ко всему он относился толерантно. Главное, чтобы не было индифферентности в умах людей и побольше транспарентности.

Проходя в кабинет, на посту секьюрити он идентифицировал себя по отпечаткам пальцев, зачекинился и после подтверждения его аутентичности пошел вглубь здания. На рисепшене он увидел рядом с секьюрити новый постер, рекламирующий его фирму.

– Креативно, инновационно, – отметил он его исполнение. – Надо бы выделить адвертайзерам еще транш за работу, постарались на славу, пусть пиарят дальше, но с отрывными стикерами, добавлением экспрессии в слоган и небольшим изменением генеральной концепции.

…За рабочим столом уже ждали распечатанные факсы с предложениями о франчайзинге. Одно из них о дриллинге в западной части страны, после общего мониторинга, он сразу же отмел, как пришедшее не по адресу. – Можно согласиться на некоторые, но только на клиринговой основе и с пролонгированным действием. Да и надо позвонить своим риск-тейкерам, пусть будут в случае чего готовы к хеджингу, мало ли что может случиться, – профессионально решил он. Нелишним будет связаться и с дилинговым центром, пусть подстрахуют, особенно в свете предстоящей монетизации. В общем, настала пора диверсифицировать финансовые потоки, и, может произвести ребрендинг компании.

Откинувшись в кресле, он стал рассуждать вслух про новые тренды, в частности о девелоперском развитии бизнеса и мультипликативном эффекте от него. Он четко понимал, что без необходимой диверсификации, инноваций и точечного таргетирования все может застыть на месте, а, следовательно, упадет маржинальная торговля.

Хотя, по показателям волатильности, особенно после недавней девальвации национальной валюты, дела шли с небольшой прибылью.

Проведя интерактивную видеоконференцию в режиме онлайн с филиалами компании, он направился в лобби-бар в отель напротив, на ланч с известным ньюсмейкером, которому он платил время от времени за пиар. Поговорив о выводе денег из офшоров, о выделении трансферта на постпродакшн картины-ремейка в стиле артхаус общего друга, передав портфолио для предстоящего ток-шоу на ТВ в прайм-тайм, он вернулся в офис.

…Вечером, прикрыв дверь кабинета, он, измочаленный, направился домой. Сил на шопинг уже не осталось, а, войдя в квартиру, и не включая телевизор, потому что там опять будут показывать разные блокбастеры, ситкомы и сиквелы, он стал мечтать о дайвинге в рекреационной зоне, в которую он собрался в конце этой недели. Но в это время зазвонил айфон-гэлакси – самая последняя новинка из всех его гаджетов…

послать.jpg

К сожалению, мы не надеемся, что все поняли, хотя бы по вставкам из русских слов, о чем написано курсивом. Примерно такое описание жизни уже становится вполне обыденным в наше время. Можно сколько угодно ругать стремительно врывающиеся иностранные слова в наш лексикон, но то, что это неотвратимо, – более чем ясно. Нам, в эпоху бурно развивающихся технологий, пора привыкнуть к тому, что это такая же неизбежность, как наступление рассвета или весны. Вопрос только в том, насколько люди подготовлены к использованию и употреблению новых слов, заимствований, неологизмов в своей речи. 

Конечно, такие слова не пригодятся, например, рабочим, вытачивающим детали на фрезеровочных станках, или ассенизаторам, делающим свой неприятно пахнущий, но полезный труд. Но в любом случае, для того, чтобы не потеряться человеку в других сферах работ, нежели в вышеприведенных, необходимо идти в ногу со временем, ни в коем случае не отставая от него. 

Правда, не нужно при этом к месту и без оного употреблять новые слова, не до конца понимая их дефиниции.

В данном материале мы не будем рассматривать вопросы, связанные с функционированием государственного и официального языков в нашей стране. Мы лишь попытаемся понять, что для того, чтобы не оставаться на обочине мировых культурно-технологических процессов, в какой степени мы готовы воспринимать их с новой обязательной терминологией. И нужно ли при этом бульдозером «очищать» язык от присутствия в нем иностранных слов?

1818031.jpg

За и против

Язык является отражением социально-экономической и политической сторон жизни общества. Уже долгое время ведущей экономической и политической державой являются США. Поэтому основные заимствования имеют английское происхождение. Чтобы противостоять этому, нужно не ограничивать их доступ в нашу речь, а стремиться занять подобающее положение на международном уровне в области науки, техники, идеологии. Примером тому могут служить слова русского новояза, типа «фианит», «лавсан», «спутник», которые вошли и в сам русский язык, и в другие мировые языки, когда другая мировая держава – СССР – была на высоком технологическом уровне.

С одной стороны, некоторые филологи-эксперты отмечают, что засилье иностранных слов и выражений вызвано коммерциализацией общества и влиянием псевдокультуры.

Проблеме речи, как национального достояния, не уделяется много внимания в связи с засильем жаргонизмами, иностранными словами, нецензурной лексикой. Так, например, теле- и радиоэфир насыщены бранью, нецензурщиной или, в лучшем случае, сленгом. Политики и другие деятели, выступая перед общественностью, демонстрируют всем низкий уровень родной речи и перегруженность ее иностранными словами и терминами, не всегда уместными и понятными для простого обывателя. Чрезмерное использование профессионального жаргона или иноязычных выражений может создать неверное впечатление, будто вы стремитесь унизить собеседника, показать ему его некомпетентность.

Противники засилья иностранных языков говорят, что они обедняют речь, а это способствует деградации человека, мешает формированию нравственной и духовно богатой личности. Использование сленга, жаргонизмов ведет к непониманию людей различных поколений. Постоянно говорится, что экспансия иностранных слов принижает национальное самосознание. Это способствует разрушению патриотического духа личности. Некоторые люди считают, что, применяя иностранные слова и не используя при этом синонимов родного языка, мы ставим те выше, тем самым сознательно определяя родную речь как более низкую степень.

Скажи что-нибудь. Я хочу тебя увидеть. (Сократ)

Мы полностью согласным с тем, что только с помощью языка человек передает все оттенки своего настроения, что и делает его индивидуальностью. Ни для кого не секрет, что лаконичная и прагматичная западная речь лишает нас возможности выражения испытываемых нами чувств, мешает показать всю широту и мудрость личности. Это, безусловно, верно, но, на наш взгляд, к этому следует подходить с позиции ненужности иностранных слов в речи, где к каждому иностранному слову можно подобрать несколько аналогов своего родного языка, – если это возможно вообще. Главное, не переборщить с иностранными словами, тем самым признавая свою второстепенную роль в мировом развитии.

С другой стороны, у вышеприведенных противников есть оппоненты, которые заявляют, что использование иностранных слов в наше время есть жизненная необходимость, как-то: в науке, технике, искусстве.

Представляется, что тут впору может быть предложен свой критерий: язык, как средство отражения естественного развития человека и общества. Помимо этого, можно утверждать, что язык – это отражение социально-экономической и политической жизни отдельно взятых народа и страны.

Иностранные слова, жаргонизмы, сленг не разрушают, а, скорее, развивают личность и обогащают язык, и это данность. На развитие личности влияют не состояние языка, а другие факторы. Например, воспитание человека в семье и школе. Человек, воспитанный в культурной, интеллигентной (и не обязательно) семье, услышав на улице сленг и жаргонизмы, никогда не станет их повторять. Хотя, впрочем, это тоже спорный момент.

С тем, что иностранные слова обедняют речь, можно согласиться лишь отчасти. Нам кажется, что поток иностранных слов, терминологии, профессионального жаргона не обедняет речь и уж тем более никоим образом не ведет к деградации личности, а наоборот, способствует ее развитию с ярко выраженной индивидуальностью. Заимствования позволяют найти более краткое, точное определение явления, события, предмета. Как правило, такие слова и выражения задерживаются на языке. Так же и с тем аргументом, что засилье сленга, жаргона, иностранных слов создает проблемы в общении. Однако мы считаем, что это усугубляет лишь сложности коммуникации между людьми разных возрастов, разной степени образованности и социального положения. И, наконец, фактически использование иностранных слов является результатом жизненной необходимости, продиктованной условиями развития общества, стремлением не отставать от общественного прогресса. Потому что человечество, особенно в условиях глобализации, вынуждено применять общие словесные понятия, при этом не заморачиваясь на том, что слова взяты не из собственного, того или иного народа, словарного фонда.

слова.jpg

Не владею!

Язык способен к самостоятельному развитию, а сотрудничество между странами, учеными, деятелями культуры требует выработки единого языка общения. Если мы начнем защищать язык от внешних заимствований, мы окончательно отстанем от мирового сообщества и не сможем стать его частью в дальнейшем. Например, вся образованная Россия в XVIII–XIX веках говорила на французском языке, заимствовала из Франции моду, предметы и т. д. Однако это не привело к обеднению языка, а наоборот, язык обогатился такими словами, как жакет, пальто, кювет и др., которые используются и по сей день в национальных языках. Другое дело, что чрезмерное употребление иноязычных и интернациональных слов в общении приводит к уменьшению материнского словарного запаса. Для полноты общения, для того чтобы точнее довести до собеседника свои мысли и чувства, нужно обладать широким словарным запасом, а не сводить его к упрощенным понятиям жаргона, пусть и профессионального.

Иностранные слова и профессиональный жаргон, хотим мы того или нет, все шире входят в обиход. Язык – средство общения и, естественно, он меняется с течением времени и с изменением обстоятельств.

И если определенное время назад популярным был французский язык, то рассуждать о том, насколько важен английский язык в современном мире как язык международного общения и как язык компьютеров и Интернета, уже, наверное, не к месту. Это, впрочем, объяснимо. Французский язык никуда не делся из понятий культуры, искусства, галантности, английский же, как более технократический язык, стал повсеместным доминированием выражения научно-технических явлений.

Хотя справедливости ради стоит упомянуть о «борьбе» с засильем английского языка в другом контексте.

Так, правительство Объединенных Арабских Эмиратов приняло постановление, по которому все федеральные учреждения обязаны использовать в качестве официального рабочего языка только арабский язык, сообщает газета Gulf News. Это решение было продиктовано тем, что в федеральных органах власти слишком большое распространение получил английский язык.

Или, например, Франция выступает одной из ярких представительниц стран, которые борются за чистоту своего языка, там принято множество законодательных актов по сохранению французского языка. Во Франции действует так называемый «Закон Тубона», предусматривающий штрафы (и немалые) за злоупотребление иностранными словами. Принятый в 1999 году польским сеймом «Закон в защиту польского языка» тоже очень строг к нарушителям. Правительство России несколько лет назад выделяло 80 миллионов рублей на борьбу с засильем иностранных слов.

Российский филолог Григорий Павлов пишет:

В Германии пошли иным путем. Здесь создалась языковая ситуация, которая у нас только назревает. Если у нас интенсивное влияние английского языка ощущается лишь последние лет десять, то в Германии оно длится уже лет пятьдесят. Следует, однако, различать активное владение английским языком и насильственное внедрение английских слов в немецкий язык. Людей, профессионально владеющих английским, в Германии великое множество. Есть масса профессий (не только интеллигентных), для которых знание двух-трех иностранных языков просто необходимо. Специалист с такими знаниями ценится значительно выше. Вспомним, что еще недавно советский человек в анкетной графе «Знание иностранных языков» – с гордостью писал: «Не владею». Широкое распространение английского естественно создает благоприятную почву для проникновения английских слов в немецкий язык. 

И тут следует четко разделять больного простудой от зараженного чумой. Нужно не протестовать против «иностранщины» вообще, а выступать против некритичного, бездумного заимствования иностранных слов, употребляемых в погоне за эффектами, против языковой мешанины в рекламе и средствах массовой информации.

Нужно понимать, что употребление иностранных слов, если они восполняют пробелы в своем языке или благодаря своей четкости и выразительности обогащают его, то это вновь приобретенное благо.

Потом, не нужно использовать борьбу за чистоту языка в националистических или конъюнктурных целях. Нам, например, не понятно, зачем в Иране перевели и усиленно внедряют на фарси такие слова, как «компьютер», «факс», «ксерокс». Зачем лишний раз создавать трудности в международном общении тех же иранских и иностранных бизнесменов? И была ли необходимость калькированного перевода на казахский слова «аэропорт» и других слов международной лексики?

eng129-800x700.jpg

Разумный подход

Понятно, что в каждом языке есть заимствованные слова из других языков, от этого никуда не денешься. Но одно дело, когда заимствуются, и другое дело, когда заменяются родные слова на чужие. В любом заимствовании должен соблюдаться разумный подход. У нас о разумном подходе говорить не приходится, по убеждению многих все должно происходить само по себе.

Если какое-то иностранное слово несет смысл, для выражения которого свой язык еще не выработал своего слова, то, наверное, такое заимствование можно при необходимости принять. Народ, как правило, перенимал слова, которые не знал, как перевести на родной язык, и от родных слов в угоду иностранным никогда не отказывался. Поэтому эти народные заимствования особого вреда языку не наносили.

Правда, некоторые люди явно злоупотребляют применением в речи заимствований. В связи с этим, позволим себе привести в качестве примера следующую историю из Интернета:

Как-то раз, из уст одного работника МИДа, я услышал слово «педалировать». Мне стало занятно узнать, что же оно означает. При поиске этого слова страничка открылась вот на таком месте: «Интенция на инновацию (при перманентной смене критериев новизны), нашедшие свое выражение в педалированном акцентировании в модернизме метафоры «молодость»; акцентированный антитрадиционализм (вплоть до постулирования значимости воинствующего эпатажа, перманентного бунта и поворотных разрывов с предшествующей традицией)».

Думается, что некоторые люди вообще никогда не поймут, о чем идет речь, а некоторым, с более высоким уровнем образованности, придется очень вдумчиво и внимательно прочитать написанное несколько раз, чтобы разобраться в нем. Тем не менее этот маленький отрывок показателен для сегодняшнего времени. И очень хочется, чтобы мы всеми силами противились этому как образцу языка нашего будущего. И в данном случае, конечно, не может быть и речи об обогащении языка новыми иностранными словами.

Эти заменители накапливались сначала постепенно, затем как снежный ком. Но как происходит это заимствование в действительности, в каждом отдельном случае? Сам по себе язык ничего не заимствует, все делают люди. Поэтому большинство иностранных слов появляется у нас не из-за какой-то необходимости в этих словах, а из-за увлечения европейскими порядками (у некоторых – с подобострастием) отдельных представителей власти, науки, «пишущей братии».

Заниматься хозяйством стало как-то несовременно. Слово «хозяйство» заменили на иностранное «экономика» (англ. еconomics). Совсем другое дело, ведь «хозяйственник» отдает чем-то плебейским, а вот «экономист» – уже по-барски. «Общественные вопросы» поменяли на «социальные (англ. social) вопросы». Но в том-то и дело, что подобные слова стали для нас давно привычными. Так, мед у нас «натуральный» (англ. natural), движение – «интенсивное» (англ. intensive), ответственность – «персональная» (англ. рersonal), обед – «комплексный» (англ. сomplex) и т. д. Нам быстрее придет на ум сказать «абсолютный» (англ. аbsolute) или «стабильный» (англ. stability), чем «совершенный», «безусловный» или «устойчивый». Мы почти не говорим сейчас «особо» или «нарочно», мы говорим «специально» (англ. special). У нас не «устраняют последствия» чего-либо, а проводят «ликвидацию (англ. liquidation) последствий». Мы говорим «пропорционально» (англ. рroportional) вместо «соразмерно».

Анекдот в тему

В Госдуму РФ внесли законопроект о запрете иностранных слов. После его принятия новости будут звучать так: 

«Сразу же опосля зачина недозволенной сходки 31-го числа дружина опричников ОМОНа схватила группу непотребных скоморохов, подъячих и борзописцев, поместив их в холодную. Глашатай околоточной управы выкликала имена оглашенных, коим урядник прописал 15 дней на воде и хлебе. Плакальщики от вольнозащитного круга ужо составили писульку о нуждах и требах сидельцев».

И вот в эти игры постоянно играют ученые, министры, журналисты и т. д. Им же надо показать свою ученость и образованность. Благо, если бы они до конца понимали дефиниции порой неконтролируемого вторжения иноязычных слов. Ведь рядовой читатель, слушатель, зритель иногда не понимает их в 90 процентах, пытаясь уловить по знакомым словам суть произносимого. Такого рода «грамотность», желание сверкнуть эрудицией замусоривают язык неимоверно.

Чаще всего для создания новых слов используется «мертвый» латинский язык. Конечно, латинский язык оправдан в научной, философской или медицинской литературе, но нет необходимости притягивать его в обычный, повседневный язык.

Тем временем, внедрение иностранных слов в наш язык давно идет полным ходом, что мы и не задумываемся об этом. Уже с детства мы знаем, что в парламенте (англ. рarliament) у нас фракции (англ. fraction), коалиции (англ. сoalition), ратификации (англ. ratification), сессии (англ. session), оппозиция (англ. оpposition) и т. д., а депутаты (англ. deputy) проводят пленарные (англ. рlenary) заседания. И там они используют латинские слова «консенсус», «консилиум» вместо «согласие» и «совещание». Может статься, что скоро у нас вместо «голосования» будет «вотинг» от английского voting. А что, привыкли же все к электоральной (вместо «избирательной») кампании.

И все же. Необходимо четко разграничивать ответственность употребления, но главное – иметь маломальское понятие о заимствованных словах. Чтобы не получалось так неловко, когда видишь на улице вывеску с тавтологическим названием «Сервисное обслуживание». Это все равно, что «сладкий сахар» или «мокрая вода».

Или чтобы просмотр новостей не вызывал недоумение у неподготовленного в своей массе населения. Бывает сложно понять язык тех же министров, журналистов, телеведущих, научных и иных деятелей. Хочется спросить этих господ: «Вы для кого это все говорите, на каком языке?». Смотрит какой-нибудь человек телевизор, а ему сообщают: «Экономику мы диверсифицируем, проводим реструктуризацию, ведем мониторинг, создаем венчурный фонд и т. д.». Что он сделает после этого? Наверное, переключит на мордобой с братвой или сериал-слюнявчик, что в конечном итоге будет добивать его и так расшатанную психику, превращая в агрессора или инфантильного субъекта.

Количество иностранных слов в нашем лексиконе постоянно увеличивается. То и дело появляются какие-то слова-новинки, которые начинают гулять по страницам сайтов и газет, вырываться из уст политических и научно-творческих мужей, произносятся с телеэкранов. И все мы вынуждены разгадывать и переводить очередное слово, привыкать к его употреблению и постепенно переносить его в свой обиход.

Главное, при помощи иноязычных слов не напускать туман и не скрывать истинное положение вещей. Чтобы не получалось так: сказал непонятное слово, и сразу создается видимость, что вы заняты решением наиважнейших вопросов.

Относится это особенно к нашим чиновникам, любящим по случаю и без оного щегольнуть заморским словечком. Они, например, с трудом, но произносят слова «диверсификация» и «кластер», но лишь приблизительно могут понять их смысловое и воплощаемое наполнение. И получается как в добром американском фильме «Кудряшка Сью». Там девочка лихо произносила слово «асфиксия», но при этом не знала алфавит...

Последние новости Казахстана и мира читайте на нашем Telegram-канале
Самое читаемое

Читайте также
Абсурд и дикость как норма жизни?
Мы живем в данности, в которой несуразицы, нелепость, дикость и абсурд окружают нас денно
5389 0 0
Нас надо спасать от невежества?
Да, сейчас другие времена, но наследие вечно. И гаджетами жизнь не измеряется.
5581 0 0
Диплом для… развозки пельменей
Строители становятся маркетологами, биологи – продавцами, экономисты возглавляют управлени
6590 0 0
Министерство дивных дел
Если мы живем в воровское время, это не означает, что мы с этим должны свыкнуться и примир
14566 0 0