Закончились репортерские байки

Опубликовано: 09 Ноября 2018 Автор: Вадим БОРЕЙКО | Алматы
просмотров 3683

В 2.20 ночи получил в личку сообщение: «Друзья! Сегодня не стало Вячеслава Георгиевича Каморского. Закончились репортерские байки. Светлая ему память»

***

Последний пост Вячеслав Каморский в фейсбуке датирован 3 ноября. Начинается он так: «Мне скучно в измельчавшем сегодня. Я принадлежу к величественному вчера». Пост о женщинах, их красоте. Слава до конца остался настоящим мужчиной, который верен тем, кто вместе с фотографией составлял смысл его жизни.

В моей книжке «Котелок», вышедшей в 2016 году, есть глава о нем – «Как начать литературную карьеру на восьмом десятке». Вот она:

«Известный казахстанский фотомастер Вячеслав Каморский, живущий последние 10 с лишним лет в Калуге, попросил меня написать предисловие к его книге воспоминаний «Репортерский байки», которая вышла в этом российском городе. Вроде ничего особенного. Но в 2015 году ему исполнилось 80 лет. И в моих глазах книга Славы – это настоящий подвиг жизнелюбия.

С Каморским я познакомился в Алма-Ате в начале 1980-х – по совместной работе в казахстанской молодёжной газете «Ленинская смена» и милицейском печатном органе «На страже»: он уже был известным в республике фотокором, а я – начинающим сотрудником секретариата.

Вячеслав Георгиевич старше меня на 24 года (это целые два астрономические цикла!) и казался мне тогда глубоким стариком, особенно после того, как его ударили чем-то тяжёлым и тупым по голове, он поседел весь и ходил с палочкой.

Однако – парадокс! – внутренней разницы в возрасте я совсем не чувствовал. Потом уже понял, что единомышленники – всё равно что ровесники. К тому же как-то его четвёртая жена Людмила (упокой, Господи, её душу) заявила мне: «Прекрати спаивать моего Славочку!» Я возгордился своим могущественным, не по летам, влиянием на ветерана и стал называть Каморского Славик, хотя даже старшие товарищи величали его Георгич.

В середине перестроечного десятилетия к своему «полтиннику» Каморский начал готовить выставку «Я открываю Казахстан».

По поводу пафосного названия коллеги всячески заприкалывали его, а я сочинил стишок, или, по-нашему, «поливу». Для лучшего её понимания нужно пояснить два момента. Любимым выражением Славы всегда была фраза, которая в вольном переводе звучит как «контрацептив штопаный». И в то время ещё был жив его сын Жорик, мой друг и одногодок, начинающий фотокорреспондент «Ленсмены»; в 25 лет он погиб в автомобильной катастрофе.

Я лично в натуре закрыл Казахстан
И спрятал ключи в опустевший карман.
И пусть только скажут: Каморский – гондон.
Я вам не фотограф, а фотобарон!

Хоть родом, конечно же, я и еврей,
Мне первую премию дайте скорей.
Но если же вам на меня наплевать –
Я сына Россию пошлю закрывать!

На рубеже тысячелетий Каморский с семьёй подался в Россию, в Калугу. Дырка в общении после его отъезда так и не затянулась: ведь каждый человек – незаменим. Но, спасибо Цукербергу, расстояние между нами пропало, когда Слава начал выкладывать в фейсбук ностальгические снимки о Казахстане.

Я всегда знал, что Слава – прекрасный фотомастер. Но когда он пару лет назад стал сопровождать свои фотки историями – это стало для меня настоящим открытием. Раньше за ним такого не водилось. Да, он слыл в Алма-Ате хорошим рассказчиком, но устное не всегда переходит в письменное. А здесь – случилось. На восьмом-то десятке!

Поначалу мой глаз редактора-зануды кололи многочисленные ошибки: грамотность – не главное достоинство Каморского. Но потом перестал их замечать – до того увлекательными были эти рассказы. Ладно скроенный сюжет, объёмные и, не побоюсь этого слова, литературные образы, драйв, наконец! Откуда что взялось?

Игорь Губерман однажды сказал в интервью: «Я не пишу стишки – они выделяются, как желчь». Наверное, нечто похожее произошло и со Славой.

Каморский, что называется, «человек с биографией». И вот эта биография, с десятком освоенных профессий (от водителя, геолога, ассенизатора и т. д. – до фотожурналиста); невообразимые приключения по ходу жизни; встречи с тысячами людей, к которым располагает профессия; его всегдашняя предприимчивость и умение адаптироваться к любым форс-мажорам; его жёны и женщины; утрата самых близких; два собственных инфаркта; нестареющая душа; цепкая память; умение не смотреть, а видеть, фиксируя малейшие детали, – все ингредиенты смешались, вскипели и нашли выход в творчестве. В стихийном литературном даре – как итоге богатейшего жизненного опыта.

Я искренне и остро завидую тому, с каким детским любопытством продолжает воспринимать жизнь Вячеслав Каморский. Георгич. Славик».


P. S. Он ушел на 84-м году. Остались его фотографии. Теперь для тех, кто его знал и любил, Слава будет жить в этих снимках.

Последние новости Казахстана и мира читайте на нашем Telegram-канале
Самое читаемое

Читайте также
Казахский для щайнеков
Наряду с качеством школьного образования влияют на уровень чтения распад многопоколенной с
352 0 0
Что я могу еще сказать...
О новом школьном учебнике по русской литературе
2300 0 0
Выход к морю
Отдых на Каспии – опыт полного погружения Зиры Наурзбаевой в реалии казахстанского туризма
914 0 0
Амал қанша
Говорят, у казахов есть около семидесяти названий разных видов ветра...
4084 0 0